Охота на попаданку, или как не попасть в лапы дракона - Ирина Леухина

Сквозь сон чувствую теплое и очень нежное касание. Казалось, словно перышко коснулось моей руки, и она сразу же стало легкой. Как упомянутое перышко.

Мои глаза лениво приоткрылись. Любопытство оказалось не всегда порок. А очень даже помощь. Потому как маленькая девочка лет шести ловко перебирала ножками и отбегала от меня. А в руках у нее зажат браслет. Знакомой резьбы. Знакомой до кошмарной жути.

Это ведь справочник Пэна!

– Хей, – завопила я. Подскочила на ноги и подлетела к мелкой воришке. – Отдай! Верни мне. Это мое!

– Так мы тебе и поверили. Ты без магии, – отвечает грубо мужчина. Видимо отец девочки. Он отпихивает меня, а я неуклюже валюсь на пятую точку. Вокруг взлетела сухая земля, и мой нос встревожено чихнул. Мужчина ткнул в меня пальцем и грозно продолжил: – А это магический артефакт. В тебе я не вижу ни капли магии. Значит это не твое.

– Пэн, – бужу я пророка. – Они украли у меня твой подарок!

– Умг? – бормочет сонно Пэн. Он даже головы не поднял из-за моего крика. – Что произошло, Влада?

Торопливо начала объяснять я. А Пэн вяло приоткрыл один глаз, зевнул и кое-как сел.

– Они украли у меня твой…

– Не правда, – выкрикнула девочка. – Я нашла это на земле.

На земле!

Вот же маленькая врунья.

– Ты нашла мою руку на земле, – перебила ее я.

– Как ты смеешь кричать на мою дочь! – взревел мужчина. Застав меня врасплох, он встал рядом со мной. Он выше меня и крепче. Он пытался давить своей мужской мощью.

Вот только мне не привыкать, когда на меня так пытаются давить.

Я не конфликтная, но не позволяю никому опускать меня. Сравнивать с землей. Унижать. Не-на-ви-жу это. 

– Так же как ты смеешь воспитывать свою дочь воровкой, – проговариваю я. Так, чтобы каждое слово звучало четко и ясно.

Отец семейства сжимает кулаки и становится в стойку. Я не уступаю ему. Голова высоко поднята, руки сжимаются, готовая на все сто ответить.

Заметно, что дочка скрывает потекшие слезы, а женщина испуганно сжимается. Больше никого в пещере нет. Уже все ушли. Остались только мы. Но нам свидетели не нужны.

Мужчина собирается сделать шаг в мою сторону, чтобы заставить меня отступить. Вот только нас прерывают.

– Так, давайте успокоитесь, – встает между нами Пэн. Он разводит руки между нам и касается одной рукой меня, а другой плеча мужчины. – Эта штука – моя. А не ее. Я ей одолжил и…

– А она лгунья, – перебил мужчина. – Она сказала, что это подарок. Значит и ты врешь, парень.

– Я… – бормочет Пэн.

– Мы уходим и забираем эту вещь. Она нам нужнее.

Мужчина с дочкой и с женой встали и подняли свои пожитки. Пэн хочет им что-то сказать. Но они его не слушают. Он с наглой рожей застегнул свою мантию. Даже посмел помахать рукой на прощание.

А меня накрывает…

Паника, которая перевоплощается в необузданную ярость. У меня в прошлом так тоже было. Всего один раз. Когда забрали у меня мое. И сказали, что я вру. А все поверили, что лгала я. Они так просто забрали мою игрушку. Мою любимую. И я ее больше не видела. Потому что она сгинула.

Когда стало понятно, что мне не верят. Более того, меня стали обвинять во лжи. Я сначала запаниковала. Паника окутала меня. Я находилась на границе потери сознания, и в то же время продолжала осознавать реальность. И в какой-то момент все изменилось. Потому что я разозлилась. Красная тряпка перед глазами не стояла. Но где-то внутри меня, казалось, произошел мощный взрыв, который ломал все вокруг. И я не могла этому сопротивляться.

Я вцепилась тем детям в волосы. Расцарапала им лица. Кому-то попала в глаза, кому-то порвала мочку уха.

Игрушку я разорвала в том приступе ярости.

И больше меня не задирали. Опасались. Эта история стала мифом в приюте. А я старалась не конфликтовать. Ни с кем. Сама испугалась вспышки ярости. А сейчас… Столько лет практики обхождения острых углов в общение с другими. Дополнялось это качество с желанием скрыться от внимания. Меньше попадаешь на глаза, меньше шансов на конфликт.