На службе у тирана. ТОМ 1 - София Ваго

Оказавшись в просторной спальне благородного тёмно-коричневого цвета, мы с Василием плюхнулись на кровать. Наконец-то наедине. И весь оставшийся вечер полностью в нашем распоряжении. В животе сильно заурчало. Василий отвлёкся от бекона.

— Ты пачму не потреблять? — серьёзно посмотрел на меня мой тренер по ночным зажорам.

— Я… — вздохнула, и присела на кровати, —  На диете.

— Ты два дня диете! Это слишком! Так и коней двинуть можна, — и не успела я ответить, как в приоткрытый рот мне насильно пихнули отвоеванную котлету, — Если не съешь, я пойти вниз и своровать ВСЁ!

Жёлтые глаза Василия посмотрели на меня в упор.

— Усекла? — клюв Василия в миллиметре от моего глаза.

— Угу, — не без удовольствия я откусила воздушную деликатесину, — Как вкусно!

Василий по-царски прилёг на подушку, сложив крылья на пузике:

— Ну. Слушай батьку чаще.

Я доела свою маленькую, но всё же порцию. По бежевому мягкому пушистому ковру подошла к зеркальной стене и начала раздеваться. Всё же интересно изучить свою сущность с ног до головы. Пара секунд — и болтающаяся на мне солдатская форма лежит на полу. Всматриваюсь. Рыжие густые ресницы незаметно подчёркивают непропорционально большие ядовито-зелёные глаза. Веснушки. Серьёзно? А вот форма губ… Мне кажется слишком надуто детская. Волосы… дофига длинные.

Надо хотя бы попробовать расчесаться. Явно в ванной есть расчёска. Захожу в уютную ванную, в которой окна в пол! Быстрее выбегаю обратно в команту. Смотрю на место, где должны быть окна — а там плотные шторы. Фюх!

Открываю комод — нахожу полотенце. Оборачиваюсь, и попытка номер два. Гуськом забегаю в ванную.

Хиленькая для моей гривы расчёска нашлась в тумбе под раковиной. Возвращаюсь в комнату.

Беру стул. Сажусь, спуская до пола свою гриву. Смотрю в зеркало.

— Ну и как это расчесывать? — я раздражённо посмотрела на отражение.

— Могу предложить поклевать вшей, — сел на подлокотник стула Василий.

Я взяла концы — начала с них, но пройдя сантиметров 50 и, вспомнив всех чертей мира, пошла к корням. Посередине пятого тоненького локона расчёска с треском ломается. Мои затёкшие руки начинает трясти.

— ААА! — в бешенстве зарычала я, топая ногами — Василий, ищи ножницы! Сейчас я к чёртовой матери всё отрублю! 

Василий, зная, как я ненавижу расчёсываться в принципе, серьёзно кивнул в отражение и начал открывать все ящики подряд.

Через пару секунд я уже стояла с ножницами в руках и с ненавистью смотрела на эти кудри как из-под козьей задницы. Может, из-за того, что в детстве меня не расчёсывала, как всех нормальных дочерей,         мама — у меня такая дикая злость, когда до волос дотрагиваются, а тем более, когда они не поддаются укладке. Ножницы занесены над рыжим полотном.

В дверь постучали. Я не успела сказать “Нет!”, как Драгфат уже зашёл в комнату посмотрел в упор, и в следующую секунду повернулся ко мне спиной. Я была настолько зла и близка к тому, чтобы уже сделать рез, что мне было плевать увидели меня голой или нет.

— Кхм...кхм... — попытался прокашляться Драгфат.

Ну чё ты тормозишь? А, пофиг! Я посмотрела обратно в отражение на Василия.

— Режь их! — выкрикнул мой боевой друг.

— Нет! — Драгфат, наплевав на приличия, бросился ко мне. Но было поздно. Я уже отсекла всё, что было длиннее пупка.

Ой! Что-то мне нехорошо… Сильные мужские руки подхватили меня на лету.