Чтобы царствовал один в мире Черный Властелин - Татьяна Рябинина

— Ты в опасном возрасте, Слава, — сказал он, складывая крылья. — Если не будешь следить за физической формой, мышечную массу очень быстро заменит жир.

— А некоторые драконы, которые злоупотребляют девушками, жирные уже в молодом возрасте, — огрызнулся Слава.

— Только днем. Зато ночью…

— Да прекратите уже! — разозлилась Аня. — Достали оба. Пошли, хватит фигней страдать.

Дорога до озера, которую кар одолел бы за час, пешком через лес должна была занять часов двенадцать. Дракон, обычно навещавший водяного лётом, периодически поднимался в воздух, чтобы свериться с ориентирами.

— Не знаю, как вы, мальчики, — заявила Аня, когда солнце поднялось в зенит, — а я есть хочу. Я уже сутки не ела. Два сухаря и пара печенек не в счет.

— Я уже смотрел, — вздохнул Вася. — Ни грибов, ни ягод. Только говно сусликов.

— Говно сусликов — это же супер! — оживилась Аня.

— Собрать тебе? — брезгливо поморщился Слава. — Есть будешь?

— Да. Буду. Ищите свежее. Где говно — там и сами суслики.

Она выдернула из брэ шнурок и ловко соорудила силки, которые установила на сусличьей тропе.

— А наживка? — спросил Вася.

— Я бы попросила у тебя кусочек хвоста, ну да ладно.

Аня оторвала от подола рубахи клочок, нашла колючий куст и проколола колючкой палец. Выжимая кровь, пропитала ткань, свернула комочком и приладила вместо наживки.

— Отошли отсюда подальше, — скомандовала она, а сама забралась на дерево, наблюдая за тропой.

Не прошло и двадцати минут, как раздался истошный визг: привлеченный запахом крови, лесной суслик размером с крупного кота попался в силки. Спустившись с дерева, Аня свернула суслику шею и вдела шнурок обратно в сползающие штаны.

— Свежуйте, — она бросила суслика подошедшим спутникам. — А я огнем займусь.

— Помочь тебе с трением? — с намеком предложил Слава.

— Не льсти себе. С добычей огня презерватив справился бы лучше. Без человеческой начинки.

— Держи, — Вася протянул ей два невзрачных камешка. — Кремень.

— Как хорошо, когда тебя понимают с полуслова, — восхитилась Аня. — То, что доктор прописал.

Она собрала в кучку сухой мох, огляделась по сторонам и радостно взвизгнула, увидев на стволе дерева трутовик. Несколько выбитых искр запалили гриб, от него занялся мох, сухая трава и веточки. Вскоре на поляне пылал вполне пионерский костер. Или партизанский.

— Чем свежевать-то? — растерянно спросил Слава, держа суслика за лапу. — Ножа нет.

Аня задумалась. Посмотрела на дракона, но тот только головой покачал.

— Черт, я идиотка, — пробормотала она. — С кара можно было столько всяких полезных штук забрать.

Изучив Васины башмаки, Аня пристально оглядела Славу с ног до головы.

— Ногу подними!

Пожав плечами, Слава поднял ногу, и Аня осмотрела подошву его башмака.

— Супер! — сказала она торжествующе. — Снимай.

Она подобрала камень и сбила металлическую подковку с каблука. Поводила краем по камню, затачивая, и протянула импровизированное лезвие Славе.

— Сначала перережь горло, спусти кровь. Потом сними шкуру.

Слава побледнел, потом позеленел.

— Я бы вообще подождал до вечера. Это ты с голода умираешь, вот и возись сама.

Аня молча взяла у него суслика, отрезала голову и подержала за лапы на отлете, пока кровь не стекла на траву.

— Вася, полетай вокруг, поищи глину, — попросила она.

— Анна, это слишком долго, — возразил дракон. — В глине часа два будет запекаться. Если снимешь шкуру, я его поломаю на куски, и быстро зажарим на палках.

— Сколько геморроя из-за пары кусков мяса.

— Вот именно, Слава, из-за пары. Нам с Васей хватит. А ты подождешь до вечера. Сам сказал.

Впрочем, когда суслик был благополучно зажарен, Аня сменила гнев на милость и выделила Славе один кусок. Самый маленький. Поблизости обнаружился ручеек, и она вскипятила воду в котелке из бересты (хороший фокус — как бересте не сгореть на огне?), а Вася нашел пахучие травки, получился вполне годный чай.

После еды, даже такой скудной, потянуло вздремнуть — сказалась бессонная ночь с ее ужасами и долгая дорога. Но тут уж Аня была беспощадна, она хорошо знала, что выспаться все равно не удастся, а идти после такого сна будет еще тяжелее.

Начало смеркаться, когда за деревьями багряно блеснуло: закатное солнце окрасило воду. Вася перелетел залив и постучал в замаскированную камышом вентиляционную трубу. Через несколько минут раздался всплеск, и из воды показалась голова водяного.

— Вобанац! — сказал он, отфыркиваясь. — Неожиданно. И что-то мне подсказывает, вы не на пикник заявились.