Закон девяток - Терри Гудкайнд

— Вы не представляете, как долго я об этом мечтала, — промолвила Джекс, и ее голос показался молодому художнику еще более чарующим, чем помнилось, а ведь Алекс и раньше считал его гипнотическим.

Что, если она специально пришла из своего мира по пятам Бетани и проследила за ней вплоть до сцены в его доме, чтобы напасть, когда та окажется без защиты?

— Да, она что-то такое говорила об этом.

В свете молнии он увидел намек на удовлетворенную улыбку в уголках девичьего рта.

Алекс тоже желал смерти Бетани и понимал, что она замешана в каком-то деле, грозившем многим и многим людям. Мало того: Бетани пообещала своему напарнику, что он сможет зарезать Алекса, однако затем передумала и решила это сделать самостоятельно — лишь потому, что Алекс, видите ли, ее оскорбил. И все же он не ожидал, что ее смерть окажется такой жестокой.

Его мысли, должно быть, были написаны у него на лице, потому что Джекс заметила:

— Алекс, для нее все случилось очень быстро. Зато вас она бы часов шесть мучила своим ножом, а из-за бури никто бы не услышал крики. О, ваши страдания были бы для нее очень приятны.

Алекс сглотнул ком в горле и молча кивнул. Спасибо, что напомнила.

— Послушайте… — Он бросил взгляд на залитое водой окно и недоуменно уставился на Джекс. — А почему вы не промокли?

— Там, откуда я пришла, дождя нет.

Сейчас он видел, что руки и плечи Джекс курятся паром; его зыбкие, чуть светящиеся струйки исчезали на глазах.

При их последней встрече она, по сути дела, заявила, что с этого момента Алекс предоставлен сам себе и что у нее есть другие неотложные проблемы. И еще добавила, что Алексу не миновать беды.

Отчего же она передумала?

— Джекс, что вы здесь делаете?

Она по-прежнему не сводила с него глаз.

— Нам удалось кое-что выяснить об их планах. Я постаралась прийти как можно быстрее.

— Очень рад вас видеть. Серьезно говорю.

— Раз вы закончили свои тошнотворные игрища, предлагаю вам натянуть штаны и уносить ноги. Здесь оставаться нельзя.

— Ничего себе! Вы что, думаете, я по своей воле этим занимался?! Да и штаны давно бы надел, кабы не вот это… — Он выразительно скосил глаза на пластиковые путы, а когда Джекс ничего не ответила, умоляюще воскликнул: — Ну помогите, а?

Вспомнилось, что про Джекс говорила Бетани. Ее жуткая смерть потрясла его до тошноты; он в жизни не видел ничего подобного. Алекс лежал, залитый чужой кровью, хотя всего минуту назад эта кровь текла в живом трепещущем теле, которое прижималось к его груди. Теперь же возле кровати валялся труп.

Пытаясь прочесть взгляд Джекс, Алекс даже задумался, уж не ждет ли его та же самая участь.

Через пару долгих — слишком долгих — секунд она перевела глаза на его запястья. Вспышки молний озарили нейлоновые путы, и Джекс наконец поняла, что именно здесь происходило. Она вновь посмотрела Алексу в лицо и усмехнулась:

— Ладно…

Девушка склонилась над ним, и в сполохах молний Алекс разглядел на ее губах улыбку. Похоже, Джекс обрадовало увиденное: не потому, что Алекс был связан по рукам и ногам, а потому, что не соврал, сказав, что занимался этим не по своей воле.

Когда Джекс нагнулась еще ниже, чтобы перерезать путы на другой руке, Алекс уловил легкий аромат ее духов. Запах ей очень подходил.

Алекс отдал бы все на свете, чтобы не оказаться в такой близости от Бетани, и на что угодно был готов, лишь бы эта минута близости Джекс не кончалась.

— Спасибо, что пришли, — негромко сказал он. — Теперь я ваш должник… не говоря уж про извинения.

Она замерла и взглянула в его глаза. Их лица разделяла пара дюймов. Алекс мог чувствовать ровные удары ее сердца.

— Жаль, что я не успела попасть сюда вовремя, Алекс. Очень жаль.

— Нет-нет, вы пришли на редкость удачно.

Она медленно покачала головой:

— Я опоздала, не сумела спасти вашего деда.

Ее слова ударили как кузнечный молот.

— Вы хотите сказать, что Бетани имеет какое-то отношение к его смерти?!

Джекс нагнулась еще ниже, разрезая последнюю пластиковую петлю, затем выпрямилась.

— Меня там не было, но я кое-что увидела через зеркало в его мастерской. Например, королеву Бетани и огонь.

Алекс обмяк. Он изо всех сил старался похоронить свою скорбь, однако весть о том, что деда убили, не только разбередила рану, но и взбесила его.

Получается, дед умер вовсе не по естественным причинам. Он и сейчас был бы жив, кабы не Бетани. Да и сам Алекс, получается, тоже к этому причастен… Но разве он по собственной воле родился в семье Рал?

Джекс перерезала путы на щиколотках, и Алекс наконец смог выдернуть электроды и натянуть брюки. С превеликим облегчением. Хорошо еще, у девушки хватило такта не напоминать о щекотливой ситуации.

— Вы сказали «королева Бетани»? Почему «королева»?

— Да, она королева в нашем мире. Очень неприятная личность. Была. Ей ничего не стоило заставить страдать любого неприглянувшегося человека, и таких было очень и очень много. Чтобы добраться до нее, мне пришлось отправиться в ваш мир.

Слова Джекс застали Алекса врасплох и вновь разожгли подозрения. Что же получается? Он и впрямь оказался замешан в чьих-то махинациях: в данном случае в заговоре, направленном на убийство какой-то королевы-негодяйки? Он попросту играл роль живца?

— И что королева из вашего мира делала у нас?