Наказание жизнью - Анна Минаева

Баннереты окружили главнокомандующего и пытались рассмотреть подробности местности при скудном освещении.

– Такое чувство, что она растёт вдоль границы специально, – поделился наблюдениями мужчина с русыми волосами до плеч.

– Может, ты в чём-то и прав, Ферт, – улыбнулся его брат, закладывая руки за голову. – Разные легенды ходят. На что мы рассчитываем, мастер Гилиам, что Роща так просто пропустит наших людей?

– Нет. Потому я и пригласил сюда командира отряда охотников. Их заданием будет обезопасить армию при пересечении границы.

Мартон поймал на себе несколько недоверчивых взглядов.

– Предлагаешь растянуть армию и проводить её группами несколько дней? Или растянуться самим охотникам по отряду?

– Мне больше нравится второй вариант. Терять людей не хочется. Но и тратить много времени на пересечение небольшой полосы – плохая идея.

– Начинается метель, – поделился наблюдениями Азард. – Стоит переждать, продержав лагерь здесь.

– Мы на открытой местности. Ни холмов, ни лесов. Сдует, и не заметит никто, что армия была. – Велд Конви обратился к Гилиаму: – Стоит сдвинуться с места хоть немного.

– До самой опушки Рощи никаких изменений ландшафта не предвидится. А туда ещё два дня пути по хорошей погоде.

– Ты ведь понимаешь, мастер Гилиам, – презрительно поджав губы, заговорил Ферт Конви, – что стоит дать слабину, как мои люди засядут в шатре у шлюх, а простолюдины сопьются? Тут или двигаться вперёд, или забыть, что у тебя армия была.

– Вот это дисциплина! – Мартон напомнил о себе. – Предлагаю устроить в эти дни тренировки. Метель метелью, но если расположить несколько шатров вокруг предполагаемой арены, можно и от ветра со снегом укрыться, и людей поднатаскать. А то слышал я по пути сюда, как один из воинов спрашивал у другого, для чего нужны точильные камни. И мечи точить научим, и держаться за них с нужной стороны. А простому люду, как вы выражаетесь, зрелища. И выпивка цела, и воины наконец при деле.

Баннереты переглянулись, но промолчали. Гилиам, не дождавшись от них мнения, вынес вердикт:

– Вот ты этим и займись.

Лилиит бродила по лагерю. Ей казалось, что размером он никак не меньше её родной деревни. То тут, то там она натыкалась на патрулирующих мужчин с оружием наперевес. Они провожали девушку настолько недвусмысленными взглядами, что ей пришлось накинуть на голову капюшон и спрятать под плащ волосы.

Ноги вынесли охотницу к высокому цветастому шатру. Полог был опущен, а из-за плотных тканевых стен раздавался женский смех.

Лилиит потопталась на месте, решая, стоит ли беспокоить незнакомых людей своим присутствием или лучше вернуться к охотникам и послушать истории о диких и ни на что не похожих существах.

Но решение приняли за неё. Полог палатки откинулся, выпуская на улицу высокую дородную женщину, закутанную в красную шаль. Она повернула голову в сторону тощей фигурки, стоящей на ветру, и грудным голосом поинтересовалась:

– Новенький, да? Прости, но мы только конных воинов приглашаем внутрь. Пехоту запрещено.

– Да я и не собиралась, – отозвалась Лилиит, не до конца понимая, о чём говорила эта женщина.

– Стой! – Большая ладонь легла на плечо и дёрнула Лил назад. Капюшон стянули и ахнули ещё раз: – Что такая малышка делает тут? Тебя похитили? Или родители тебя сами продали? Ты хоть знаешь, чем тебя тут заставят заниматься?

– Защищать своих и убивать врагов, – ответила охотница, наконец понимая, к чьему шатру привела её дорога.

– Воин? – скептически изогнула бровь шлюха. – А как давно берут женщин на войну?

– С тех пор, как судьбы охотников предписываются им богинями.

Ладонь слетела с плеча. Женщина вытерла её о подол тёплой юбки и убрала за спину длинные чёрные волосы:

– Так вот почему ты тут. Сколько лет тебе, охотница?

– Через полгода совершеннолетие.

– Даже так? – удивилась женщина, ощупывая взглядом фигурку Лилиит. – В таком случае, если тебя прогонят, можешь приходить ко мне. Я приму тебя как родную.

– Мадам Беатра, не переманить тебе охотника. – Азард неодобрительно покачал головой, выходя из шатра.

– Как тебе моя Цуна? – тут же расплылась в улыбке она, завидев частого посетителя.

– Худосочная, – посетовал мужчина. – В следующий раз к тебе приду.

Мадам Беатра залилась румянцем, как молода девица, и исчезла в глубинах цветастого шатра.

– Что ты тут забыла? – Азард тут же переключил своё внимание на Лилиит. – Вот расскажу твоему командиру, где тебя ветра носят.

– Мартону не до меня сейчас. Через час начнутся тренировки. – Девушка вновь накинула на голову капюшон, скрывая лицо и защищаясь от северного ветра со снегом.

– А посмотреть на это не желаешь?

Охотница задумалась на мгновение, а затем улыбнулась суровому мужчине с многочисленными тонкими шрамами на лице:

– Так и сделаю.

Она шла на шум и крики. С десяток палаток перетащили на южный край лагеря и поставили вплотную друг к другу. Они защищали от ветра квадратную площадку. Снег на ней вытоптали. Люди уже толпились по периметру, ожидая кровопролитных драк. Но у Мартона были другие планы.

Охотник вышел в центр площадки, когда Лилиит только подходила к шатрам. Снежинки жирными мухам забивали глаза и нос. Она скользнула внутрь одной из палаток и услышала голос наставника:

– Что, мужики, вы пришли посмотреть на то, как держат в руках оружие те, кто выше вас по рангу? Те, кто могут позволить себя коня и меч?

Толпа оживилась и загудела.

– Эти двести воинов сегодня и завтра продемонстрируют вам свою мощь. Покажут, за что носят высокие звания. Готовы?

Лилиит выскользнула из другого входа в шатёр и с трудом пробилась через толпу к арене. На ней уже стояло десять мужчин, закованных в доспехи. Руки в железных перчатках сжимали мечи и булавы.

– Да начнётся бой! – скомандовал Мартон, разбив бойцов на пары.

Уже вечерело, когда Лилиит вернулась в лагерь. Тренировки воинов её разочаровали. Большинство не знало даже, как правильно распределить вес на ноги. А те, кто знал, махали мечами во все стороны, надеясь вслепую попасть по врагу. Из пятидесяти мужчин десятерых отправили в лазарет.

Мартон остановил представление на середине и взялся объяснять высокородным сынкам минимальные азы, которые были известны ему самому. Мужчина понимал, что прожитый опыт не передашь, но и доносить до Гилиама весть о том, что вся его армия состоит из кусков мяса, закованных в броню, ему не хотелось. Охотник думал, что пехота, собравшаяся поглазеть на некое подобие турнира, разойдётся, но не тут-то было. Они, казалось, ловили каждое слово, сказанное охотником из селения Гудрас. А уже вечером у своих костров, говорят, видели, как мужики повторяли приёмы, показанные Мартоном.