Ревизор в Академии, или Пикантная особенность - Франциска Вудворт

Открыв глаза, я обнаружила себя в мягкой постели и в незнакомой комнате. Резко села, оглядываясь, и глухо застонала от боли в мышцах. Обнаружив, что на мне ни нитки, прижала к себе одеяло.

— Ты зачем вскочила?

Одна из дверей открылась, и из нее вышел высший, застегивая манжеты на рубашке. Вот кто уже успел одеться, а я продолжала кутаться в одеяло.

— Где я?

— У меня в долине. Отдыхай, я скоро вернусь.

— А вы куда?

Демон смерил меня укоризненным взглядом, а я покраснела. Понимаю, что после всего «выкать» поздно, но не могла себя пересилить.

— В Академию. Не переживай, с ректором я все утрясу. Твоей группе поставят экзамены автоматом. Проверку они прошли и держались хорошо.

— Я с вами!

Дернулась к нему, но так и замерла, сжимая одеяло, не голой же идти.

— А где моя одежда?

— Ну куда ты собралась?

Демон подошел и присел на постель, погладил меня по плечу. И тепло разлилось по телу. Странно…

— Вещи твои сожгли, еще раз сожгли, чтобы наверняка, как ты и просила, а пепел развеяли. Я заберу все твое из Академии. Но и без этого вызовем портниху, подберешь себе гардероб. Только уже завтра с утра.

Я насторожилась.

— Зачем мои вещи из Академии забирать?

— Ну как же, медовый месяц. Проведем его здесь или у тебя есть другие предпочтения?

— К-к-какой м-медовый месяц?!

— Цветочек, только не говори, что не помнишь, — нахмурился высший. — Вспоминай! «Я твоя», «я твой»… соединение тел и душ. Клятву закрепления я произнес. Смотри.

Взяв меня за руку, поднес к носу запястье с брачной татуировкой.

— А-а-а! — заорала я в ужасе.

Наверное, это у меня от переохлаждения все-таки температура поднялась. Редкость для эльфов, но мало ли. Теперь вот бред начался.

Сначала я пощипала себя за руку, почти до синяков. Больно! Потом попыталась оттереть татуировку пальцами. И все это под укоризненно-насмешливым взглядом Хама.

— Нет, нет, нет! — шептала, тряся рукой в слабой надежде, что она оторвется и убежит подальше.

— Ну все, Цветочек, мне обидно вообще-то!

Я вскинула на него взгляд, который репетировала перед зеркалом для особо строптивых адептов. И, кажется, Хам несколько проникся. По крайней мере улыбаться перестал и спросил:

— Ты правда ничего не помнишь?

— Я точно не помню, чтобы давала согласие на брак.

— Ты сама сказала, что моя.

Хмуро уставилась на самодовольную рожу высшего. Потом кое-что вспомнила:

— Ты сам спросил, что эльфы говорят в таких случаях! О браке речи не было.

Потом ощутила, как глаза просто округляются до размеров блюдец, и прошептала:

— Да ты воспользовался моим… моим… моей…

— Страстью, да? — подсказал Хам, чуть подаваясь вперед.

Ласково погладил меня по щеке, но тут же вынужден был торопливо отдернуть ее. Мои зубы клацнули буквально в миллиметре от цели.

— Дэрин, не смешно. Что за выходки?

— Выходки? Вот это — выходка! — Я потрясла злосчастной татуировкой. — А у меня попытки не сойти с ума! Дева Лесная, за что?! В каком месте я провинилась, а? Это мне за то, что я в детстве с уроков сбегала? Или за отвергнутых поклонников? О-о-о-о-о-о!

Бессильно откинулась на подушки и сильно пожелала оказаться опять в Академии. Там можно забаррикадироваться в комнате и позвать на помощь адептов.

— Все, прекрати!

Хам навис надо мной и явно собрался поцеловать. Я успела выставить между нами подушку, так что высший в итоге ткнулся в нее и глухо зарычал. А мне удалось ужом выскользнуть из кровати. Правда, одеяло пришлось оставить и схватить вторую подушку. Ею я кое-как прикрылась и проговорила:

— Лорд Хамсферженвальд, вы же не собираетесь держать меня здесь?

— Я же не дракон, — хмыкнул высший, намекая на их маниакальную одержимость собирать и прятать сокровища. Причем часто драконы прятали так хорошо, что потом и сами не могли найти. Один такой перерыл всю долину, пытаясь найти горшок с золотом. Чертовы клептоманы.

— Я не буду увольняться из Академии!

Надо было руки скрестить для большей убедительности, но приходилось придерживать подушку. Она хоть как-то прикрывала стратегические места, но не мешала Хаму любоваться моими ногами.

— Цветочек, тебе не кажется, что официальное обращение сейчас выглядит как-то глупо?

Да без проблем! Внутри меня уже все клокотало. И с каждой минутой все сильнее.

— Я мечтала сделать карьеру!

— Хочешь, поместье куплю?

На голову его надень!

— Мне нужна Академия.

— Цветочек, я не могу купить тебе Академию. Она принадлежит императору.

Огонь внутри меня уже начал вырываться из глаз и ушей. По крайней мере, мне так показалось. Он издевается?

— Только попробуй сказать, что я увольняюсь! Я твою жизнь в ад превращу!

Подумала и добавила, глядя прямо в глаза Хаму:

— Помни, что с эльфами лучше договариваться мирно.

Хам потер подбородок. И, к счастью, больше не пытался подойти. Я просто не была уверена, что выдержу, если полезет целоваться. Либо убью, либо поддамся. Либо сначала поддамся, а потом прибью, хотя после он явно будет являться мне привидением. И оно из высшего получится просто ужасно нудным.

— Хорошо, Цветочек, мы серьезно поговорим, когда я вернусь. Твои вещи пока останутся в Академии, я принесу лишь самое необходимое.

Я же буквально проглотила фразу про Иррилия, про нашу помолвку. Малейшее упоминание про моего друга детства — и все, меня тут точно запрут.

Правда, Ирри сейчас вспоминался как-то бледновато. Я больше переживала за адептов и Академию. А с эльфом точно все в порядке.

— Поговорим, — ответила, продолжая наблюдать за Хамом.

Настороженно наблюдать. Мало ли, после всего решит, небось, что теперь можно целоваться в любое время суток. Меня жаром окатило с головы до ног, когда поняла, что это вот его я недавно обнимала и, кхм, целовала.

Высший сделал пару шагов в мою сторону. Я быстро огляделась и крайне ненавязчиво положила руку рядом с вазой, что стояла на резном столике. Красивая ваза, но мне будет ее не жалко, если что.