Меч, магия и челюсти - Христо Поштаков

Вскоре показался знакомый дуб. Дракон находился в том самом положении, в каком его здесь оставили — на боку, живот рядом, в состоянии лёгкой дрёмы.

— Двести лет я мечтал об этом, как о несбыточном счастье, — признался Дзог, когда его наконец растолкали и информировали о сватовстве. — У меня будет своя половинка, хозяйка пещеры, а потом и драконники пойдут! И когда же произойдёт это событие?

— Через месяц или два, ровно столько времени надо Гейле, чтобы привыкнуть к мысли о замужестве. Ещё она настаивает, чтобы ты переселился к ней со всем своим имуществом.

— А она не может переехать ко мне со своим?

— Может, но явно не хочет, видимо, её пещера гораздо более комфортная. Твоя инициатива, следовательно, тебе и придётся делать, как она пожелает. Уж поверь, твои жилищные условия никак не ухудшатся.

— Да, придётся пойти к ней. — Дракон изрыгнул облачко дыма. — Женские капризы, ничего не поделаешь.

— И раз уж ты как минимум ещё целый месяц у нас, не будем терять время, используем тебя для борьбы с дикарями! — Рыцарь напомнил дракону о делах земных, не самых приятных, но важных.

Они опять заночевали на берегу озера, но на этот раз привидения не появлялись и никто не покушался на хвост Дзога. Внушающее страх чудовище сопровождало колонну на лесной дороге, где их видели дикие люди, но нападать не осмелились.

Барди объявил Дзогу, что он официально зачислен в армию Ландирии в качестве вездеход-вертолёт-огнемёт-бронетранспортёра на мясном пайке, а на такой должности скрываться от людей не было смысла.

— Наоборот, — объяснил Барди. — Тебя должны видеть, пускай и солдаты и мирные крестьяне привыкают к тебе, чувствуют твоё плечо, то есть это... крыло. Ты — воплощение нашей мощи, неприступности, несокрушимости — в общем, прекрасный символ победы!

Дракон прельстился новой звёздной ролью, и теперь ему явно не хватало кинокамер и софитов.

На привале в селе Пошёлвоне Дзог собрал вокруг себя крестьян, зачитал им отрывки прежних ролей, спел несколько песенок и в заключительной части импровизированного шоу под всеобщее ликование громогласно объявил, что к своей свадьбе истребит диких людей беспощадным пламенем. За вселённую надежду дракон получил от пошёлвонцев одну тощую корову и стриженую овечку.

Колонна прошла сквозь очередной лес, не повстречав ни одной подозрительной личности, и уже к вечеру стояла перед замком. Король Рогональ выскочил навстречу невзирая на недуги.

— Пива привез? — был первый его вопрос.

— О пиве мы не договаривались, ваше величество, вы его сами варите!

— Так-то оно так, но, пока тебя не было, ко мне пожаловали гости, и мы всё выпили, не дождавшись конца перментации. — Рогональ по-детски наивно развёл руками.

— Ничем не могу помочь, мы везли более важные веши.

— Неужели такие есть?! — Король был явно разочарован. — Ничего не может быть важнее пива!

— Забыли уже наш последний разговор, папа! — сухо напомнил Барди. — Я ваш долг перед Сандирией погасил? Погасил. Оружие и припасы купил? Купил. К войне готовлюсь. А вы пиво распиваете! Дикие люди, между прочим, снова напали на меня по дороге, чуть ногу не оттяпали, и... Кстати, а почему это принцесса меня не встречает?

— А то не знаешь её занятий! Я хоть и пью, но тебя встретил, а дочь не пьёт, да не может одно место поднять, всё любуется на подвижные картинки, твой подарок, кстати. Разговаривать не по-нашему стала, не поймёшь: то ли ругается, то ли радуется, не в себе доченька... Эх, ну хоть бы один бочонок, горе мое горькое!

Король пошатнулся и тяжёлой походкой поплёлся к замку. Вдруг он что-то вспомнил, что заставило его повернуться и заговорить вновь.

— Да, забыл сказать... — Его мутный взгляд рассеянно гулял по всей процессии. — Эти гости, ну, которые ко мне притащились, я их это... не приглашал, они сами пришли. Говорят, что ищут защиты от диких людей.

— И что же?

— Я их успокоил, говорю, — взгляд Рогоналя постепенно сфокусировался на зевающем Дзоге, — этим занимается принц, принц, говорю, всё уладит. Ой!

— В каком смысле «ой»?!

Глаза Рогоналя внезапно выкатились из орбит, он только-только сейчас понял, что за страшилище скромно здесь стоит.

— А это ччччто зззза ччччудище? — Король указал трясущейся рукой на причину дрожи в голосе. — Отттткуда оно вззззялось?

— Его зовут Дзог, папа, — улыбнулся Барди. — Дзог, поклонись его величеству королю. Исключительно порядочный дракон, настолько хороший, что является частью наших вооружённых сил. Ландрийцы должны к нему скоро привыкнуть, и вы, разумеется, тоже.

— Ну и мода у вас, молодых... — с трудом откашлялся Рогональ. — Тащите в дом всех подряд. А ведь его небось кормить надо и выгуливать... Кто этим будет заниматься? Папа король?! Ни за что! Пойду в подвал, подлечусь.

Барди застал жёнушку в весёлой музыкальной тряске, в наушниках, совершенно оторванной от окружающей обстановки. Махание рукой перед её носом результата не дало, пришлось вырубить аппаратуру.

— Какого дьявола, идиот?! — взвизгнула принцесса вместо: «Здравствуй, любимый» или более страстного: «Возьми меня, я так скучала». — В такой клёвый момент! Предупреждать же надо — я напугалась, думала, кумулятор сломался.

— А как насчёт того, чтобы поздороваться с мужем? Я, между прочим, в Сандирию ездил, жизнью рисковал, и не только своей, но, слава богу, обошлось. Это тебя совсем не волнует?

— Ну ладно, ладно, привет. Привёз мне что-нибудь?

— Нет, там не было ничего интересного.

— Как это не было? Каждый дурак знает, что в Сандирии шьют великолепные платья!

— Ты не говорила, что нуждаешься в платьях, и твоих размеров я не знаю. Мы же там не шопингом занимались, это была исключительно служебная командировка, все средства строго рассчитаны на государственные цели.

— Настоящего мужчину о таких вещах, как платья, не просят, он сам должен догадываться! Значит, ты меня не любишь, и нечего тут пыль в глаза пускать служебными командировками. Пока тебя не было, я только и мечтала, что ты мне привезёшь, все глаза проглядела и, выходит, надеялась напрасно?!

— А обо мне самом ты вспоминала?

— Конечно, вспоминала, кто же ещё мне подарки привезёт...

— Здорово, — невольно содрогнулся Барди. — Ты просто идеальная жена!

— Да, во всем королевстве не найдёшь большего совершенства, чем я, и впредь любовь ко мне доказывай дарами. Чтоб я больше не слышала, что ты не вспомнил обо мне!

— Я всё время о тебе думал, твой образ не выходил у меня из головы, — примиряюще признался рыцарь.

— Доказательств нет, — отрезала Розамунда. — А раз нет доказательств, то будешь наказан — ночью прикасаться к себе не позволю!