Дело чести - Роман Куликов

– Ну-ка посчитаем, – Къюг выставил пятерню и качал загибать пальцы: – У Мигеля – три офицера, тысяч по пятьдесят за каждого, у меня – капитан и два его помощника с лайнера, допустим тоже тысяч по сорок можно взять. Сто за тебя, и получается триста семьдесят. Не хочешь же ты сказать, что моя Белоснежка стоит всего тридцать тысяч?

– Не хочу, потому что, как и ты, – Лад смотрел Къюгу прямо в глаза, – знаю, что эта «Белоснежка» – дочь губернатора колонии, где ты совсем недавно подрабатывал!

– Что?! – сразу напрягся Менкес и сурово посмотрел на партнера. – И когда ты собирался мне об этом сказать?

Къюг окинул Лада убийственным взглядом, потом повернулся к Мигелю:

– Я бы, конечно, сказал тебе, если бы он не вылез вперед. Да и вообще, я хотел оставить ее для себя, нравятся мне такие блондиночки, – пират с самодовольной улыбкой откинулся на стуле.

– Что значит для себя?!

– Ну, как положено с отчислением в общий котел. Я правила соблюдаю! Не надо пытаться выставить меня крысой! Пусть лучше Каменев скажет, зачем ему пленники?

– Все просто – я хочу заработать, – спокойно ответил Лад на вопросительные взгляды пиратов. – Вы получаете солидную сумму за всех пленников сразу, это избавит вас всех от риска, связанного с получением выкупа, не нужно будет возиться с каждым из них, и вы сможете, не теряя времени, продолжить свой рейд. А я немного заработаю. Что тут непонятного?

Пираты задумались, и через некоторое время Менкес развел руками:

– Почему нет?! Пусть забирает, я не против!

– А я против! – хлопнул ладонью по столу Къюг.

– Это хорошее предложение, – нахмурился Мигель. – Что тебя не устраивает?

– Меня не устраивает то, что он, – темнокожий пират ткнул пальцем в сторону Каменева, – будет на мне наживаться!

– Не факт, что Лад получит такие суммы, как ты насчитал, так что соглашайся, – посоветовал Менкес.

Къюг в задумчивости стиснул ладонью одной руки кулак другой и защелкал суставами пальцев.

– Нет! – наконец выдал он. – Я не…

– Пятьсот тысяч, – не дал договорить ему Лад.

Слова застряли у пирата в горле. В ангаре наступила тишина. Все собравшиеся пираты напряженно следили за переговорами своих капитанов, и сумма, названная Каменевым, была достаточно существенной, чтобы заставить их притихнуть.

Къюг облизнул толстые губы, обвел взглядом стоящих вокруг людей, читая в их глазах радостное предвкушение скорой наживы. Внутри у пирата боролись между собой жадность к нежелание соглашаться с Каменевым.

Менкес улыбнулся, правильно растолковав сомнения партнера:

– Хорошее предложение. Чтобы отказаться от него, нужно быть дураком, Къюг.

Тот ответил хмурым взглядом, но Мигель знал, что он согласится, и потому, не переставая лукаво улыбаться, смотрел на него.

Темнокожий пират досадливо цыкнул, вздохнул, еще раз обвел взглядом своих людей, скова повернулся к Мигелю и громко засмеялся:

– Ха-ха! Ты прав! И ты ведь знал, что я соглашусь! Хитрый сукин сын, поглотят тебя Темные звезды!

Менкес засмеялся вместе с ним, и остальные пираты поддержали своих капитанов дружным хохотом.

Къюг вновь стал серьезным, посмотрел на Ладимира с заносчивым видом и довольно произнес:

– Так все-таки я заполучу с тебя свои полмиллиона.

– Не полмиллиона, а двести пятьдесят! – поправил партнера Менкес.

– Да, да, двести пятьдесят, ну ошибся, что ты сразу на дыбы? Просто полмиллиона звучат приятно, – засмеялся тот.

Но Лад не слышал его, все окружающие звуки доносились до него словно сквозь вату, только два слова повторялись в его голове снова и снова: «свои полмиллиона… свои полмиллиона… свои полмиллиона».

Он смотрел на темнокожего пирата, и часть мозаики, которой представлялись Ладу события, повлекшие смерть его возлюбленной, неожиданно сложились в цельный фрагмент. Ладимир понял, что нашел его… нашел того, кто похитил Валенсию.

– Эй, Лад? Ты чего? Лад? – Менкес положил руку ему на плечо, и Каменев вздрогнул.

– Нет, нет… ничего, – Ладимир отвернулся от Къюга, но тот словно прочел мысли Каменева, перестал смеяться и насторожился. Лад решил быстро сменить тему: – Прикажите отвести пленников в гостиницу. Да и я тоже, пожалуй, пойду.

Он поднялся и развернулся, чтобы уйти.

– Эй-эй-эй! – остановил его жестом Къюг, вставая со своего стула. – Кто сказал, что пленники твои? С какого хрена ты ими распоряжаешься?

– Мы заключили сделку…

– Заключили, – кивнул пират, – выкладывай деньги!

– Я выплачу все деньги, как только сюда прибудет мой корабль. Мигель уже послал сообщение на Приму. Я ожидаю, что они прилетят со дня на день.

– Вот как выплатишь, тогда и получишь своих пленников, а пока то, что мое, – мое! – оскалился Къюг. – Все! Разговор закончен!

У Лада внутри все сжалось. Он не мог оставить Софи в руках темнокожего пирата. В голову пришел только один способ:

– Ты хочешь сказать, что я вру? – В голосе Ладимира послышалась угроза.

Къюг довольно осклабился:

– Хочешь выбить из меня дерьмо? Созрел для драки, ублюдок?

Менкес сразу оказался между ними.

– Прекратить! – негромко, ко с напором сказал он. – Если не остановитесь, прикажу своим людям насильно развести вас. Этого хотите? А?! Нужно сначала со Стюартом разобраться, потом можете перегрызть друг другу глотки в любое время!

Мигель встал между ними, посмотрел на Лада и сказал:

– Къюг прав. Будут деньги – сможешь забрать пленников, а пока они его и мои. Думаю, сейчас самое время разойтись, а вечером отметим удачное начало нашей экспедиции.

Темнокожий капитан сплюнул Ладу под ноги.

– Отметим, ага! – Он развернулся и пошел к своему кораблю.

Каменев стиснул зубы, не зная, что предпринять.

Менкес встал перед ним.

– Успокойся! – негромко сказал Мигель. – Прилетит Петер, возьмешь своих пленников.

Ладимир не смог скрыть разочарование и недовольство, отразившиеся на его лице.

Капитан «Эсмеральды» оказался проницательным человеком.

– Кто? – без обиняков спросил он.

– Ты о чем? – Лад сделал вид, будто не понимает, о чем речь.

– Кто из пленников тебе нужен? Блондинка?

Ладимир не знал, стоит ли быть откровенным с Менкесом, но, возможно, в этой ситуации имело смысл раскрыть карты. В этот момент к ним подошли Рудольф, Аниес и высокий худой, с черными, коротко стриженными волосами, молодой парень – старпом Менкеса, которого звали Виторио.