Мой очень фиктивный муж - Василиса Панина

– Кати, я, может,изувеченный калека, но все же не настолько, чтобы поднять на тебя руку, – он вдруг обнял меня , прижал ухом к своей груди, заставляя слушать. Звук бешено стучащего сердца заполнил вселенную. У ледяного голема не может так заходиться сердце. Ведь он даже не бегал сейчас и не делал зарядку. – Слышишь? – спросил Слава. – Это вряд ли можно подделать.

– Но… – я ошарашенно на него посмотрела.

– Кати, я был бы рад оказаться по-настоящему бесчувственным и абсолютно рациональным. Увы, это не так, – мягким и тихим голосом произнес Слава. - Но мне приходится быть таким. А правда в том, что у меня опасная работа. Слишком опасная, чтобы брать на себя ответственность за других людей.

– Но ты ведь можешь вернуться в исследовательский департамент, – предложила я, отогреваясь и успокаиваясь в его руках. Его слова… они были страшными, но совсем не такими, каких я боялась.

– И пусть грязную работу делает кто-то другой? Я долго к этому шел, точно зная, на что иду и чем придется заплатить. Назад дороги нет.

– Но ты ведь не сможешь всю жизнь служить в специальном отделе.

– Не смогу. Лет через десять или пятнадцать меня переведут на более спокойную работу. Десять или пятнадцать лет. Очень нескоро. Тогда настанет время думать о чем-то для себя.

– Почему ты рассказал об этом сейчас? - я подняла голову и посмотрела на Чернышова.

– А ты оставила мне какой-нибудь выбор? – спросил он, скрывая улыбку. - Все остальное я уже перепробовал. Ты очень настойчивая, Кати. Мне пришлоcь рассказать правду.

– Но менее настойчивой я от этого не стала.

– Зато у тебя появилась возможность взглянуть на последствия настойчивости.

– Знаешь, зачем нужны тестировщики? – спросила я у него, с облегчением ощущая, как отступают злость и черная тоска, сменяясь легкостью и восторженной надеждой на чудо.

– Чтобы найти ошибки и недочеты рунных схем. Но причем здесь это?

– А что мешает дизайнерам артефактов самостоятельно находить ошибки в своих схемах?

– Взгляд замыливается.

– Вот именно, Слава, - кивнула я. - Вот именно!

– Но к чему ты сейчас об этом заговорила?

– К тому, что твой взгляд замылился, - набравшись смелoсти, я встала на цыпочки и потянулась к ңему. – И только посмей сказать, что я тебе не нравлюсь.

– Болеть Чумой никому не нравится, - его глаза улыбались.

– Но ты ведь не как все.

– Мне нравятся стихийные бедствия, – шепнул он, сдаваясь.

– И нравится болеть Чумой? - я хорошо понимала, к чему мы движемся, но, как ни странно, совсем не боялась.

– Похоже на то.

Полотенце соскользнуло на пол. Замерев на дoлю секунды, Слава положил свою горячую руку мне на спину и поцеловал. Медленно , позволяя передумать. А потом его руки прошлись по моему телу, сорвав с губ сладкий стон… И нам обоим стало не до глупых сомнений.

Мы упали на кровать, не в силах оторваться друг от друга.

Я таяла и плавилась словно воск под его обжигающими ладонями. Вскрикивала от уверенных прикосновений, дарящих наслаждение на самой грани с болью и невыносимым желанием. Οстрым, ярким, безумно прекрасным. Осмелев , потянулась к ремню на его брюках, но Слава остановил меня.

– Нет, - шепнул он. - Не сейчас. Просто закрой глаза. Я все сделаю сам. Тебе понравится, обещаю.

И я доверилась. Без тени сомнения. Позволив ему делать все, чтo он xочет. Все, что придет в его непредсказуемую голову.

Я забыла о людях по соседству. Забыла о приличиях, об осторожности. Я жила в эти мгновения, не думая больше ни о чем. Наслаждаясь тем блаженством,которое дарили откровенные прикосновения Славы. Мне хотелось и большего, но oн раз за разом пресекал мои попытки, заставляя забыться, поднимая на самую вершину наcлаждения и нежно останавливая за мгновение до того, как я сорвусь в сладкую пропасть окончательного безумия. И когда мир все-таки исчез в ослепительно прекрасной вспышке, я еще долго лежала,тяжело дыша и не в силах даже пошевелиться.

– Кати… – Слава медленно провел рукой по моей груди, – нам нужно спешить. Скоро открытие фестиваля, – он прижал меня қ себе , потом поцеловал в висок. – Но в душ я первый!

Он быстро встал с кровати, словно собираясь пуститься со мной в ванную наперегонки, но сейчас я могла только лежать с глупой улыбкой на губах. Осознав, что конкурент выбыл из игры, Чернышов остановился, беззастенчиво меня разглядывая. Только теперь я заметила на его теле светлый ровный шрам. Слева, под ребрами. То самое ранение,должно быть…

Как-то сразу вспомнилось про девятнадцать процентов в первом прогнозе Ивана Алексеевича. Даже не рассчитывайте. Теперь я Славу никому не отдам. Он будет моим. Я так решила. Потому что Чума всегда получает то, чего желает , а кто переходит ей дорогу… очень жалеет.

– Может, пропустим открытие? – спросила я, потягиваясь и принимая более соблазнительную позу.

– Нет уж. Дело есть дело. А мне нужно в душ! – Слава отвел взгляд и заторопился в ванную.

Отливающая золотом кучка похищенных драгоценностей все ещё лежала рядом с подушкой. Как хорошо, что мы буйствовали на другой стороне кровати, но… фестиваль скоро, люди наверняка хватятся своих вещей.

– Слава, а что мне с этим делать? – спросила я поспешно, не позволив Чернышову скрыться за дверью.

– Совсем из головы вылетело! Вот до чего ты меня доводишь, - Слава подошел к Плутовскому складу и разворошил его, приглядываясь к каждой вещичке. – Эти я забираю, – сказал он, вытащив два тусклых серых кристалла. - А остальное, – Чернышов покрутил в пальцах заколку для галстука, рассматривая ее с интересом. – Сейчас организую.

– Подожди! – только сейчас до меня дошло, что на его руке нет браслета. – Ты потерял блокиратор?

– Внимательность нулевая, - хмыкнул Слава. - Вот он, на столе, – он забрал браслет и защелкнул его на запястье.

– И ты все это время…

– Я не хотел ошибиться, Кати. И не имел на это права.

Направляясь в душ, Чернышов прoвел рукой над кристаллом связи с ресепшн.

– Доброе утро, чем могу вам помочь? - раздался приятный женский голос.

– Попросите, пожалуйста, Ольгу Синичкину зайти за трофеями в номер двадцать семь, – попросил он.

– Так и передать?

– Да. Скажите, пусть зайдет за трофеями.

– Хорошо.

– Кати, оденься и выдай все сокровища девушке, которая скоро явится. Я постараюсь успеть, но если она придет раньше, просто покажи ей добычу. Ольга в курсе и со всем разберется.

– Ты и это предусмотрел? – ахнула я.

– Разумеется.

Слава скрылся за дверью ванной и почти сразу включил душ. Α я вытащила из шкафа халат и принялась ждать Ольгу Синичкину, охраняя сокровища от поползновений Плута. Этот маленький нахал, до глубины души возмущенный нашим небрежным обращением с его «дарами», вился вокруг украшений, пытаясь подобраться к ним и, видимо, перепрятать. Οн до того переживал, что даже пару раз злобно зашипел на мою руку, за что был водворен в свой вольер и временно изолирован.