Алесия, барышня в бегах - Пирамида

— Привет, — сказала я.

— Как ты? — спросил он.

Клим глядел хмуро. Он ничего хорошего от меня не ждал. Что ж, тем легче мне было сообщить ему мою новость.

— Я согласилась выйти замуж за Эбрела.

Клим ведь так или иначе об этом узнал бы. Скрывать смысла не было.

— Как безнадёжно ты это говоришь, — сказал Клим.

Хотя бы, не стал орать, что я не в своём уме, и то ладно.

— Твои родные знают, что ты опять выходишь замуж? — спросил Клим.

«Опять». Но ведь первый раз я ни за кого не вышла.

— Нет. У меня нет родных, то есть на Уране живут мои двоюродные тётки, сестры моей матери, и дядя со стороны отца, но я не слишком с ними общаюсь.

— А твоя мачеха? С ней ты общаешься? — спросил Клим.

— С мачехой я общаюсь хорошо. Я сейчас живу в её доме. Она мне денег прислала.

— Скажи ей, что выходишь замуж за Эбрела. Расскажи ей всё, — посоветовал Клим.

Я собиралась рассказать всё Карензе, но немного попозже.

— А я, кстати, видела твоих родных. — Сказала я Климу, меняя тему разговора. — Здесь, в больнице.

— Они скоро приедут, — кивнул Клим, — им уже сообщили что я очнулся. Но я, сначала, хотел поговорить с тобой.

Это было очень мило, что Клим сначала хотел поговорить со мной, а потом уже со своими родителями, друзьями, и той светловолосой девушкой. Если бы не тот инквизиторский взгляд, которым он на меня смотрел.

— Там среди твоих родственников была девушка, красивая такая, со светлыми волосами, блондинка.

— Блондинка? — нахмурившись переспросил Клим.

— Ну, такая, красивая. В секторе ожидания все твори родные сидели вместе, а она отдельно.

— Ну, может быть, — пожал плечами Клим, — И что?

— Это твоя девушка?

— У меня сейчас нет девушки.

Я отметила это «сейчас».

— А раньше была?

— А почему ты спрашиваешь? — нервозно спросил Клим.

— Но ведь у тебя была девушка?

Позади Клима что-то тоненько запищало. В дверь немедленно просунула голову медсестра.

— Всё в порядке? — спросила она Клима.

Датчик позади него пищать перестал.

— Да, в порядке, — сказал Клим.

Медсестра сурово посмотрела на меня.

— Девушка, ещё пять минут и визит окончен, уходите. Больному нужен покой. Из-за вас у него пульс ускоряется, это ему вредно.

И медсестра ушла.

— Почему здесь все такие грубые! — укорила я Клима.

— Нормальные. Это их работа.

— А что стало с твоей девушкой?

Климу не понравился мой вопрос. Но он все равно ответил.

— Я жил с ней пять лет, звал замуж. Но она не пошла. Она бросила меня, а через год вышла за другого. И кто та блондинка я не знаю. У меня есть версии, но точно не знаю.

— Конечно, блондинок же много, — усмехнулась я.

— Ты сейчас о чем? — хмурясь, спросил Клим.

— А почему твоя девушка тебя бросила? Ты, наверное, её тоже постоянно осуждал.

— Я её не осуждал! — возмущенно сказал Клим, и датчик за его спиной опять запищал высоким надсадным звуком, — она была нормальная!

— А я, значит, ненормальная?

— Ты в беде, Алесия, — чётко, чуть ли не по буквам произнёс Клим, — Ты раз за разом вляпываешься в неприятности, каждый раз во всё большие. Ты, как будто, сама себе могилу роешь, и я не знаю, почему. С тобой что-то не так. Может, это потому, что ты сирота?

Какой-то связи между моим намерением выйти замуж за Эбрела и тем, что я сирота, я если честно, не видела.

— Причём тут могила? — спросила я Клима, — Зачем так мрачно? Может, Эбрел действительно в меня влюбился. Да, он не лучший человек, но что если он меня на самом деле любит?

Клим замялся. И я поняла, что он такой вероятности тоже не исключает.

— Всё равно это все как-то неправильно, — сказал он, — это ненормально.

— Значит, по твоему, я всё-таки, ненормальная.

— Иди в полицию, Алесия. Расскажи им всё, что случилось.

Что ж, тут мне было чем ответить.

— Я пыталась, — сказала я Климу, — Я сообщила инспектору Виллемсу, что Эбрел меня преследует. Но он мне не поверил. Я сказала, что Севелена вовсе не порвало на куски взрывом. И он снова мне не поверил. Он приходил сегодня утром, инспектор Виллемс, я имею в виду. И требовал от меня правду. Он думает, что я патологическая лгунья.

Клим закатил глаза, и бессильно откинулся на подушки.

— Уходи, Алесия, — сказал он мне.

Это было обидно. Меня ещё никто вот так за порог не выставлял.

— Прощай, — сказала я Климу.

— Сиди дома, и никуда не выходи! — крикнул он мне, когда я была уже возле двери. — Эбрел знает, где ты?

— Я ему не сообщала.

— Ну, хотя бы, это радует! Сиди дома, я приду к тебе, как только меня выпишут. Адрес медсестре оставь, мне сейчас записать негде!

Я вышла из палаты, немедленно наткнувшись на осуждающий взгляд медсестры. А потом на ненавидящий взгляд той самой красивой блондинки, которая, видимо примчалась раньше родителей Клима.

— Пациенту нужен покой! — отрезала медсестра, на просьбу девушки пустить её к Климу.

И несчастная девушка, ещё раз обдав меня ненавистью, отошла. Но не ушла. Она стояла в секторе ожидания и буравила меня взглядом.

— Я должна оставить вам свой адрес, — громко сказала я медсестре, — Клим просил, чтобы я оставила вам свой адрес. Ему сейчас негде записать. Он навестит меня, как только его выпишут. Его, кстати, когда выпишут?

— Не знаю. — Медсестра шмякнула на стойку перед собой листочек бумаги. — Пишите. Я ему передам.