Рыцарь - Олег Говда

– Логично, – согласился академический профессор. Хотя мне лично он больше смотрелся за карточным столом, где поверх горы фишек лежит пара пистолей, а у игроков под рукой, так, на всякий случай, надежная шпага. – Я забыл, что ты боевой офицер и прошел спецподготовку. А скажи, Игорь, тебе понравилось убивать?

Вот еще глупость? Как может нравиться убийство? Хуже нет ощущения, даже если уничтожил врага. Хотя на войне все иначе. Не ты – так тебя. А меня за что? Но в ответ я мог только старательно и возмущенно таращиться. Кстати, а профессор не прост. Похоже, отличный физиономист читает ответы по выражению моей морды лица, как по писаному.

– Уточним вопрос. Ты вооружен, и можешь совершенно безнаказанно застрелить или устранить любым иным способом сколько угодно других людей. Как в гетто…

А академик-то, похоже, сам нуждается в лечении. Я же солдат, офицер, а не маньяк-садист. Бред!

– Усложним задачу. Среди тех, кто оказался в твоей власти, группа подонков, изнасиловавших твою девушку. Убьешь?

Рожи их скотские в кровь начищу. Станут отмахиваться, запинаю, до потери пульса. Сломаю непременно что-нибудь каждому… Руку или ногу… Убивать зачем? Быструю смерть древние считали наградой богов.

– Дополнительное условие: среди них девушка, которая и заманила твою любимую в ловушку. Как с ней поступишь?

В рожу, сучке, харкнуть, да пинка хорошего отвесить. А дернется с когтями, вырублю… Добавлять не надо, ее жизнь уже сама за все наказала. Подобная тварь ни любви, ни семейного счастья никогда не найдет.

– Спорное утверждение. Судьба порой такие фортели выкидывает, самому в голове не укладывается. Ладно, воин, а как ты поступишь, если узнаешь, что всю эту банду завтра на свободу выпустят?

Вот пристал, придурок! А еще очки надел! Ну, не могу я беззащитных людей убивать. Даже подонков! Нахлебался уже кровушки досыта, и своей, и чужой. Попадись они мне в руки при иных обстоятельствах, ни один живым бы не ушел, а вот так – как баранов резать. Извини… С этим к чеченцам и прочей мусульманской братии. Чем я тогда в глазах любимой от них отличаться буду? Тьфу! Совсем заболтал, прохвессор. Какой еще, на фиг, любимой? С сумасшедшим поведешься – сам мозгами поедешь.

– Добро, с этим аспектом мне все более-менее понятно… – продолжал допрос чрезмерно любознательный господин Аристарх Нагорный. – А скажите, Игорь, как вы относитесь к нежити, оркам, гномам, эльфам, драконам и прочей магической живности? К борьбе добра и зла?

Змей Горыныч влез на древо, ну раскачивать его.

Выводи, Разбойник, девок, пусть покажут кой-чего!

Пусть нам лешие попляшут, попоют!

А не то я, матерь вашу, всех сгною!

Страшно, аж жуть…

Арагорн неожиданно покосился себе за спину и как-то совсем несолидно для ученого с мировым именем хихикнул.

– Ну, а в существование инопланетного Вселенского разума, в бесконечность Миров, надеюсь, верите?

Приобретенная еще в старших классах, исправно оттачиваемая годами учебы в вузе и на воинской службе привычка отвечать на все цитатами реагировала мгновенно.

«А Тау-киты, такие скоты, наверно успели набраться. То явятся, то растворятся…» – захрипел в голове незабываемый Высоцкий.

Улыбка на лице Арагорна стала еще чуточку шире, но больше не казалась добродушной, явно переходя в разряд иронии.

– М-да, точно автор подметил: «…чего не хватишься, ничего у вас нет!» Что ж вы совсем не учитесь ничему? Люди стараются, душу в тексты вкладывают, а вам – что горохом о стенку. Даже не ожидал от столь продвинутого мира. Ну, да ладно. Придется шлифовать то, что есть. Уточним класс.

Странный академик прищурился, и в комнате отчетливо запахло озоном.

– Угу, принципиальный сторонник добра. Воин света, готовый не раздумывая встать на защиту справедливости и порядка. Способный простить даже смертельного врага. До паладина не дотянул только потому, что совершенно не верит в какие-либо высшие силы и не имеет небесного покровителя. Не столь примитивен, как Варвар, ибо Харизмой и Умом не обделен, но бесхитростен, как дитя. А Ум без Хитрости, что меч без рукояти. К магии устойчив и по этой же причине совершенно не пригоден к магическому обучению. Но это как раз не проблема, там у всех с магией напряг получился… Если повезет, то наваяешь себе, при случае, артефактов и станешь круче Гималаев. Ловок, вынослив, хорошо развит физически и опыт боевой имеется. Вообще-то в Рыцари б тебя определить. Но не дорос, не дорос… Пока.

Арагорн задумчиво уставился в потолок, как бы окончательно взвешивая «за» и «против».

– Ну, что ж, Воин, давай поиграем. С толковым спутником у тебя очень неплохие шансы на успех. Главное, без фанатизма. Свет и Тьма, это из другой сказки… Будь попроще, и люди к тебе потянутся… Заодно и самому чуток жизнь облегчит. Помни: кто ничего на кон не ставит, тому и выигрыш не светит.

Либо я не вовремя сморгнул, слегка пришибленный совершенно невразумительным монологом, либо он как-то неуловимо быстро переместился в сторону и назад, но в следующую секунду Аристарх Нагорный оказался за спинами трех миловидных медсестричек.

– Моя миссия на этом закончена, дальше передаю тебя в руки своих ассистенток. Прошу знакомиться: Вера, Надежда и Любовь… Девочки сами все подключат, настроят, объяснят и проконтролируют. А я пока откланяюсь. До встречи, Воин. Надеюсь, скорой и приятной для нас обоих во всех отношениях. Выздоравливай. Я на тебя рассчитываю…

* * *

Из приготовлений мне запомнилось только негромкое, чуть суетливое щебетание сестричек, их мягкие прикосновения, воспринимаемые даже теми частями тела, которые я давно перестал ощущать. Потом мне смочили губы чем-то приятно сладким, с ускользающим привкусом, и я уснул.

Снилась мне странная смесь воспоминаний.

А когда снова открыл глаза, то увидел прямо перед собой свисающий с потолка огромный монитор. Еще не включенный и отражающий в черноте экрана худющую, заросшую трехдневной щетиной физиономию человека, отдаленно похожего на меня, со стильной чалмой из блестящей материи на голове. Он, как и я, оставался совершенно неподвижен и только таращился в ответ.

Понадобилось секунд пять, чтоб сообразить, что я разглядываю собственное отражение.

– Ой, вы уже проснулись, Игорь. Как самочувствие? – тут же метнулась ко мне одна из сестричек. Самая сексуальная из троих, на мой вкус.

Естественно, я привычно промолчал.

– Пока вы дремали, мы все подсоединили и готовы начать в любой момент. Может, прежде чем приступить, вы что-то хотите? Говорите, не стесняйтесь. Мы все сделаем…

Предложила б ты мне, крошка, такое годика полтора назад, уж я бы знал что попросить. А теперь, как говаривал незабвенный старший помощник Лом: «Извините, Христофор Бонефатиевич, но измерить глубину воды за бортом не представляется возможным из-за отсутствия таковой».