Дорогами нечисти - Варвара Ветрова

— Мажордома своего спроси, — вежливо улыбнулась ему я, без зазрения совести забирая с блюда последний кусок рыбного филе.

— И все же?

Вместо ответа я покачала головой.

— Не обязательно же душу нараспашку, не находишь? — Архимаг был непреклонен.

— Не нахожу, — отрезала я, утыкаясь в кружку. Та приветливо осветила мою алкогольную тропу пустотой.

Майлс, казалось, не расслышал.

— Я родился в Вилгуре, на побережье, — тихо начал он.

Я удивленно подняла на него глаза.

— Мои родители — обычные работники. Отец — библиотекарь, мать — деревенская знахарка.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — не выдержала я.

Он улыбнулся уголками губ:

— Ну надо же с чего-то начинать.

— Если думаешь, что этим вызовешь меня на ответную откровенность — ты ошибаешься. — Не в силах больше отсиживать пятую точку, я встала и гордо прошествовала к окну, помахивая рыбой, как веером. Рыба страдала, но возложенную на нее функцию выполняла.

Сзади тактично помолчали. Правда, недолго.

— Неужели тебе неинтересно? — задал новый вопрос Майлс.

— Нет, — поспешно отрезала я.

— Не верю. — Голос архимага обрел металлические нотки. — Хочешь знать почему?

Вместо ответа я отогнула штору и осторожно выглянула на улицу. Взгляд выхватил кусок мокрой брусчатки под одиноким фонарем.

— Дождь пошел, — сообщила я новость.

— Не удивила. — Голос Майлса раздался за спиной. Я осторожно покосилась на архимага, но тот разглядывал улицу настолько заинтересованно, что настороженность извинилась и быстро испарилась в неизвестном направлении.

— Майлс, — я прикусила губу, прежде чем задать вопрос, — а как получилось, что твои родители — обычные люди, а ты…

Насмешливый взгляд послужил мне ответом.

— Ты слишком любопытна, если речь идет об интересующих тебя вещах. — Рейгран снова смотрел на улицу.

— Это ты к чему?

— К своему предыдущему вопросу. — Он отпустил штору и отошел к столу. Смерил меня взглядом. — Ты же знаешь про конфликт на перевале?

Я прищурилась. Тема была скользкой.

— Что-то слышала, — постаралась придать голосу незаинтересованность. — Что-то связанное с древними богами, что ли?

— Что ли. — Он опустился на стул. — Что ли… — повторил, заглядывая в кружку. Перевел взгляд на меня. — Наши маги вошли в союз с Марилоном и после двух лет подготовки решили сдать им Соранский перевал. Как следствие, был полностью скомпрометирован Совет Валигура, что ознаменовалось массовыми казнями. К тому же слишком большое количество валигурских магов загорелось идеями марилоицев, что привело к возрождению некоторых… суеверий.

— И поэтому вы все сейчас получаете звания архимагов? Потому что термин «маг» теперь под запретом?

Вместо ответа Майлс кивнул — еще ни у одного человека не получалось пить пиво и говорить одновременно, знаете ли.

— Если бы перевал был преодолен…

Я кивнула. Географию, к сожалению, я знала достаточно хорошо, чтобы понимать, что в случае прорыва обороны на Соранском перевале войска противника хлынули бы в Валигур лавиной, затапливая и погребая все, что встретилось на пути.

Тем более как я могла этого не знать?..

— Рена, к тебе пришли! — Махр что есть духу бежал ко мне, прихрамывая на левую ногу. У мальчишки с детства одна конечность короче другой — за что, собственно, он и оказался в пансионе три года назад.

— Кто там? — Я бросила недочищенный лук обратно в корзину и покосилась на большую грязную печь. Угли в ней едва тлели, однако тепла здесь было больше, чем во всех помещениях, вместе взятых.

— Какой-то господин Ремит.

Я молча кивнула. Пожаловал-таки. Не зря писала ему которую неделю.

Отчим ожидал меня в холле. Привалившись к стене, он читал потрепанную листовку с очередным бездумным призывом. Он совсем не изменился, разве что морщин в углах глаз прибавилось. Хотя что мне до них…

— Чего тебе? — Вежливости мне было не занимать. Но не для него.

Ремит отклеился от стены и улыбнулся, обнажив гнилые темные корешки зубов.

— Как тебе здесь живется, дочка?

Это обращение вызвало у меня рвотный рефлекс. «Дочка» — это значит, все плохо. «Дочка» — это значит, что-то случилось.

Так было, когда он продал материнский дом.

Так было, когда отвел на скотобойню моего белоснежного Гори.

— Лучше, чем дома. — Я плотнее запахнулась в рваное одеяло и с вызовом посмотрела на него.

Хотя он и не страдал от моего взгляда.

— Мы уезжаем. — Тон из заискивающего разом стал твердым.

— Скатертью дорожка, — не стала лишний раз демонстрировать фальшивую любовь. Все равно сволочь есть сволочь, как ее ни называй и кем она тебе ни приходится.

— Ты не поняла, — покачал он головой. Давно не мытые лохмы склеились и теперь висели ветхой паклей. — Ты едешь с нами.

Мир вокруг пошатнулся, но устоял.

— Я не поеду, — твердо сообщила я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.

— Поедешь. — Отчим даже не пытался спорить. — Помни, что ты несовершеннолетняя, а значит, под моей опекой. Я разговаривал с госпожой Миррой, она дала добро. Собирайся, я жду полчаса.

Мир пошатнулся повторно, но я не стала его удерживать.

— Если бы перевал был преодолен, то половина Валигура была бы стерта с лица земли, — бездумно оттарабанила загодя заученную фразу. И сколько раз она спасала меня от дальнейших разговоров, вызывая совершенно разную реакцию у собеседников, — от громового хохота до зубовного скрежета. Впрочем, после этого меня неизменно оставляли в покое, считая неудавшейся идиоткой.

Что мне и требовалось.

— После разрешения конфликта нам всем были пожалованы титулы. Мне досталось гордое звание герцога. Впрочем, как и Элу, — проигнорировал мою цыганочку с выходом Майлс.

В комнате резко похолодало. Во рту пересохло, а руки, кажется, затряслись.

— Ты… ты входил во фронт подавления? — Голос резко заявил о своей несостоятельности.

Новость была шокирующей. Безумной, сумасшедшей. Смалывающей в пыль остатки надежды на то, что, возможно, мне удастся выскользнуть из цепких лап этого брака без последствий.

— Так уж вышло. Нас никто не спрашивал. Были скомпрометированы почти все маги — Совет, герцогства, даже до мелких городов добрались. А до академии их упаднические теории еще не докатились — мы ведь на отшибе. Поэтому у власти не было выбора.

Он замолчал, а я застыла, пытаясь осознать только что прозвучавшие слова. Если конфликт был десять лет назад, то…