Тогайский дракон - Роберт Энтони Сальваторе

— Возможно, ты принимаешь желаемое за действительное, владыка.

Король Элтирааз испустил тяжкий вздох.

— Возможно. По моим ощущениям, Белли'мар Джуравиль искренен, говоря о возобновлении отношений между нашими народами, и все же меня что-то тревожит. Рискнув просто отпустить его и Бринн Дариель, я могу подвергнуть Тимвивенн серьезной опасности.

— Ты уже пошел на большой риск, сохранив Белли'мару Джуравилю и Бринн Дариель жизнь, — заметила Каззира. — И все же теперь ни я, ни кто-нибудь другой не поддержит их убийство. На самом деле, отправь ты тогайранку в болото, а Джуравиля — на казнь или в заточение, у этого решения найдется множество противников, хотя, может быть, они и не выскажут это открыто.

— И ты будешь среди них?

— Я — нет.

Король Элтирааз рассмеялся: искренность собеседницы его позабавила. До сих пор Элтираазу казалось, что она тоже считает избранный им в отношении незваных пришельцев курс правильным.

— Да, пока я не готов к встрече с госпожой Дасслеронд, — повторил король. — Не готов посмотреть в лицо прошлому Тилвин Док и Тилвин Тол. Все, что у меня есть, — это интуитивное понимание Белли'мара Джуравиля и рейнджера-тогайранки, но это лишь интуиция. Для того чтобы предпринять попытку воссоединения обеих ветвей нашего народа, мне требуется нечто большее.

Слушая его, эльфийка кивала, соглашаясь с каждым словом Элтирааза.

— Тогда тебе нет нужды просить меня, владыка, — сказала она. — Одному из нас действительно следует сопровождать Белли'мара Джуравиля на юг и потом вернуться вместе с ним. И это действительно должна быть я. Я первая увидела их.

— Однако именно Лозан Дайк настоял на том, что Белли'мара Джуравиля и Бринн Дариель не следует убивать немедленно, — заметил Элтирааз.

— Кви'миелле Дайк носит ребенка, — без колебаний ответила Каззира, имея в виду жену Лозана Дайка; это была первая беременность в Тимвивенне за последние без малого четыре десятка лет. — Лозану Дайку уходить не следует.

Король Элтирааз пристально, долго смотрел в льдисто-голубые глаза эльфийки, пытаясь оценить ее решимость.

Джуравиль и Бринн по команде Каззиры сняли колпаки и зажмурились от ярких солнечных лучей позднего лета. Несмотря на то что вначале крылатый эльф не хотел надолго задерживаться, они провели в Тимвивенне, куда солнечные лучи не проникали, несколько недель. Как приятно было снова окунуться в сияние и тепло солнца!

Настолько приятно, что Джуравиль не сразу осознал: он, Каззира и Бринн остались одни. Док'алфар, провожающие их из города, как сквозь землю провалились.

Они стояли у подножия огромных гор, совсем рядом с ними.

— Где мы? — спросила тогайранка. — И где остальные?

— Мы там, куда вы так стремились, ответила Каззира. — Неподалеку, по крайней мере. И с какой стати Тилвин Док должны сопровождать вас к Дороге Беззвездной Ночи? Они не любят туда ходить.

— Тогда почему осталась ты?

Бринн еще не успела задать вопрос, а Джуравиль бросил взгляд на эльфийку — и все понял.

— Ты собираешься идти с нами, — сказал он; возражений не последовало. — Это путь, предназначенный нам судьбой и необходимостью, и вовсе незачем…

— А наш владыка считает, что есть зачем, — прервала его Каззира, — Ты забрел в наши владения, Белли'мар Джуравиль. Не делай вид, что твое присутствие в Тимвивенне ничего не означает для Тилвин Док или Тилвин Тол. Теперь наши народы снова узнали о существовании друг друга. Раз открыв эту дверь, ее уже не закрыть, к добру ли, или к худу.

— Если я не погибну на юге.

— Все равно нам уже известно о тебе, о Кер'алфар и Эндур'Блоу Иннинес. Значит, король Элтирааз сможет узнать и больше, постепенно и в соответствующее время. Он предпочел бы, чтобы ты остался в Тимвивенне на месяцы, а то и годы, чтобы иметь возможность лучше понять твою душу и твои мысли. Но задержать тебя здесь ему не позволяет совесть — вопреки моему совету, между прочим, — потому что долг зовет тебя на юг.

— Мы благодарны королю Элтираазу за подобное понимание.

— И он хотел бы, чтобы ты выразил эту благодарность как друг, — сказала эльфийка. — Он надеется, что наша случайная встреча станет началом чего-то гораздо большего, и поэтому посылает с вами меня — я должна стать его глазами и ушами, должна помочь ему лучше понять Белли'мара Джуравиля.

— А я тут, похоже, вообще ни при чем? — вмешалась в их разговор тогайранка, явно уязвленная отсутствием к себе всякого интереса.

— Ты жива и идешь куда хочешь, — ответила Каззира, по-прежнему не сводя взгляда с крылатого эльфа. — Будь довольна, Бринн Дариель, поскольку это гораздо больше того, чего до сих пор удостаивались оказавшиеся во владениях Тилвин Док люди!

Девушка вздохнула.

— Значит, ты станешь глазами и ушами короля Элтирааза на пути к Дороге Беззвездной Ночи? — спросил Джуравиль.

Каззира издала смешок, повернулась и махнула рукой в сторону темной расселины у основания скалы, совсем рядом с ними.

— Вон он, вход, — ответила она и сняла заплечную сумку. Развязала ее, достала оттуда три бело-голубых светильника, два из них бросила спутникам, а третий оставила себе. — Продолжение вашего пути — и начало моего.

Она зашагала к расселине, но Джуравиль остановил ее, схватив за руку. Эльфийка круто развернулась, воззрившись на него.

— Это не твое дело, — сказал Джуравиль.

— Однако — твое?

— Да, потому что так решила госпожа Дасслеронд.

— А мое, потому что так решил король Элтирааз, — отозвалась Каззира. — Может, Тилвин Док и впрямь не стоит вмешиваться в дела Тилвин Тол, тогайру или других людей. А может, мы просто не настолько доверяем тебе, чтобы предоставить полную свободу. В этом нам и предстоит разобраться. Можешь воспринимать мое общество как плату за вашу свободу, как ответную любезность Белли'мара Джуравиля и Бринн Дариель нашему королю.

Джуравиль стоял, не сводя с нее пристального взгляда, и наконец рассмеялся, признавая свое поражение. В самом деле, док'алфар проявили по отношению к нему и Бринн поразительное доверие; как мог он после этого отказаться от общества голубоглазой эльфийки?

И еще один вопрос мелькнул в глубине его сознания. Почему ему на самом деле вовсе не хочется отказываться от общества Каззиры? Может, путь станет для него приятнее в компании существа с родственной душой и сходным восприятием мира? Бринн — прекрасная спутница, но она человек и вскоре окажется среди других людей, их проблемы станут ее проблемами, и больше тогайранку ничто не будет занимать. А Джуравилю останется роль стороннего наблюдателя. Может быть, в компании себе подобной ему будет легче пережить эти дни?

Была и еще одна причина, по которой крылатого эльфа тянуло к Каззире, несмотря на ее внешнюю суровость и неприступность — или, может быть, именно благодаря этому. Ее пылкие, сердитые замечания напоминали ему другую особу, которую он когда-то знал, — тол'алфар по имени Тантан, его дорогую погибшую подругу. Каззира чем-то неуловимо напоминала ему Тантан.