Белое пламя - Анна Тьма

Ален направился прямиком в банк. Сегодня в большом, красивом, отделанном белым с золотом помещении было довольно людно. Оглядевшись, эльф и маг направились к одному из освободившихся клерков.

Опершись о стол, Ален обратился к сутулому молодому человеку в бело-золотой форме служителя банка:

– Я хочу снять деньги со счета.

– Заполните бланк: имя, номер, кодовое слово, сумма, – пробубнил клерк, не поднимая головы и подавая волшебнику пустой бланк.

– Последний Грифон, – ледяным тоном отчеканил юноша, заставив тут же покрывшегося испариной клерка поднять глаза сначала на затянутые в перчатки руки и черную офицерскую куртку, а потом – на кривую усмешку и очень злой взгляд. – Архимаг Белого Пламени, высший боевой магистр ордена Грифона, ветеран великой войны империй, кавалер Семиконечной Серебряной Звезды и ордена Славы Сильены, командор Белый Грифон, – морально добил Ален парнишку.

– Сейчас принесу документы, – пискнул клерк.

– И мои захвати, – сказал из-за плеча Алена стрелок.

– А… вы кто?

– Белый Волк, – лаконично представился тот.

Клерка сдуло. Через минуту к командорам подошел директор банка, объемный, краснолицый, взволнованный и шумный.

– Ах, какие посетители у нас сегодня! – воскликнул он. – Уважаемые командоры, в нашем банке вам всегда рады! Таким клиентам, как вы, окажут самый лучший прием! Командор Белый Грифон, – директор поклонился Алену, – командор Белый Волк, – поклон эльфу, – прошу пройти вас в мой кабинет, право, не стоит задерживаться в общей зале.

Друзья весело переглянулись и последовали за директором. Все в зале провожали обоих героев взглядами.

Просторный кабинет с мягкими креслами, камином и гобеленами командорам пришелся по нраву.

Они расположились в креслах вокруг стола, директор выставил на стол бутылку отменного коньяка и три рюмки. Быстро разлив коньяк, он провозгласил тост «за великих командоров». Выпили. Ален успел незаметно проанализировать состав жидкости и стекло рюмок на наличие ядов.

Клерк принес две объемные папки с документами, обе из красной кожи.

– Итак, уважаемые командоры, – произнес, потирая свои большие пухлые ладони, директор, – вы хотели снять деньги с ваших счетов. Позвольте узнать, какую сумму?

Эльф и маг переглянулись.

– По семь тысяч нам с тобой хватит, командор? – выгнул бровь эльф.

– Тебе необязательно тратить деньги, нужды лагеря я могу обеспечить сам, – предложил Ален.

– Это не только твой лагерь, я так же заинтересован в нашем деле, как и ты. Берем по десять, что не потратим на дело – прогуляем.

– Я с тобой пить не буду, – хмыкнул Пламенный. – Хоть ты и эльф, а пьешь, как орк.

– От орка слышу, – фыркнул Арэн. – Решено?

– Решено! – Они замысловато стукнули друг друга кулаком о кулак, Пламенный повернулся к терпеливо ждущему директору. – Мы снимаем по десять тысяч марок. И у меня к вам несколько необычное дело, господин директор.

– Весь внимание. – Директор подобрался.

– Помните, господин Ганс, когда три Грифона пришли к вам впервые пять лет назад?

– Конечно, – кивнул директор.

…Веселая троица ввалилась в двери банка, перепугав клерка до сердечного приступа. Директор встретил военных гостей со всей возможной приветливостью.

– Мы хотим вложить деньги в твой захудалый банк! – заявил Черный командор. – Нам сказали, что твой банк – самый надежный и мы можем не беспокоиться, но я не верю в такую хлипкую надежность! – Сотник обвел помещение банка столь презрительным взглядом, что директор вспыхнул. – Зато я верю в свой кулак. – Он помахал весьма увесистым кулаком перед лицом директора Ганса.

– Сотник, придержи свой мерзкий характер для битвы! – Хрупкий, как дитя, и изящный, словно эльф, юный маг выступил вперед. – Простите, уважаемый директор, моего несносного брата! Обычно он гораздо добрее, но у нас был тяжелый день… – Юноша, почти еще мальчик, виновато развел руками.

– О, конечно, я не в обиде… – невольно расплылся в улыбке директор.

Юноша был само обаяние с печальными синими глазами и красивым лицом. Хотя о нем ходили самые что ни на есть демонические истории.

– Будешь меня перебивать – я тебя выпорю, – пригрозил сотник вполголоса. – Ремнем.

– Глотку перережу, – с добродушной улыбкой сообщил полусотник, наградив брата теплым взглядом.

Сотника передернуло, а господин Ганс не на шутку испугался.

– Как и сказал мой брат, – снова обратился Ален к директору, – мы хотим открыть в вашем банке счет на весьма крупную сумму и искренне надеемся, что не ошиблись, выбрав именно вас…

Директор помнил. Директор на всю жизнь запомнил тот день в мельчайших подробностях.

– Мы тогда подписали договор, что, в случае смерти одного из нас, вся сумма делится между двумя оставшимися… Я, как ни горько это осознавать, остался один. Полагаю, что вся сумма давно на моем счету… – Ален сделал паузу, и директор вставил: «Да-да, конечно». – Стало быть, на моем счету около трехсот тысяч марок.

Лицо эльфа изумленно вытянулось, а директор быстро заглянул в документы.

…Трое заполняли банковские договоры, перебрасываясь малопонятными директору фразами.

Черный прервался и недоуменно почесал в затылке.

– Ал! – позвал он Белого. – Сколько мне лет?

– Ты меня спрашиваешь? – удивился Белый. – Я не знаю, сколько мне, а ты туда же. Вообще, кто из нас сотник?

– Ален, тебе шестнадцать, а тебе, Анжей, послезавтра исполнится двадцать четыре, – вмешался Красный. – А мне… – Он запнулся. – Где-то между вами двумя…

– Тебе девятнадцать, библиотека ходячая, – хохотнул сотник.

– Дедулька, – съязвил Белый, заполнив графу «возраст». – Тебе на почетную пенсию не пора?

– Щас, тока двух малявок нянькам отдам, чтобы титькой покормили, – ехидно ответил сотник, а директор подивился, до чего же молоды эти трое, о которых по всей Сильене ходили легенды…

– Триста девяносто восемь тысяч семьсот золотых марок, если быть точным, – сказал господин Ганс.

Ален наградил директора удивленным взглядом, и тот пояснил:

– За пять лет на сумму набежали проценты. К тому же имперская премия, прилагающаяся к вашему ордену, также была переведена на ваш счет, командор. И вам была назначена офицерская пенсия отставного командора, тоже перечисляющаяся в наш банк.

– К этой побрякушке еще и денег дали, – пробормотал Ален. – Ну что ж, тем лучше. Так вот, уважаемый директор, в случае моей смерти деньги должны перейти к другому человеку… – Он сделал многозначительную паузу. – Как гарантию выполнения договора и в знак моей благодарности банк получит сорок тысяч из лежащей на моем счету суммы. Дело необычное, поскольку этот человек – четырехлетнее дитя, и в наследование она должна вступить лишь в день своего семнадцатилетия.