Магистр - Дмитрий Дикий

Однако Медичи не суждено добиться мира в душе: в его покои, еле держась на ногах, врывается Чезаре. Истекая кровью, он сообщает: их с отцом отравили на брачном пире. Александр умер, а сам Чезаре уцелел лишь потому, что молод и не собирается погибать, пока не отомстит за убийство отца. «Это ты!» – обвиняет он Джованни, пытаясь кинуться на него с кинжалом, но падает без чувств. Кардинал не торопится звать слуг или лекаря. Кажется, само провидение избавляет ангела-Лукрецию от тлетворного влияния убийственной семьи. (Ария «Un’ altra storia ne la roccia imposta»[71].) Занавес.

Сон третий: Фавориты войны

Феррара, Palazzo dei Diamanti[72]. Лукреция томится замужем за последним супругом – Альфонсо д’Эсте, герцогом Феррары. Она давно больна: злоключения и браки по расчету подкосили ее здоровье. (Ария «Mi scusi, Vostra Santità»[73].) Лукреция обращается к покойному отцу и к находящемуся в заключении брату, сетуя на злую судьбу, разрушившую величественные планы семьи, потребовавшие столько жертв и принесшие столько несчастий. В отчаянии она перечитывает письмо первого мужа – Джованни Сфорца. Мы слышим, как Джованни обвиняет ее в противоестественной любви к отцу и брату. Она смеется, когда он оглашает ей прижизненную эпитафию: «Здесь лежит Лукреция, скорее куртизанка Таис, дочь, жена и сноха папы Александра». Лукреции видятся кошмары. Вот враги убивают ее единственную подругу – турчанку Адиле (Адиле: «Изысканный цветок, увядший слишком рано»). Вот от той же неизвестной быстрой руки погибает ее второй, любимый муж Альфонсо V Арагонский. Вот и оставшийся без поддержки отца Чезаре, несгибаемый и гордый, как дьявол, потерявший владения и богатства, предан испанским королем Фердинандом и заключен в темницу на вершине неприступной башни Медина дель Кампо. Некому прийти ей на помощь, ее ждет бесславная кончина.

И мы слышим знакомый голос. От радости, волнения и слабости Лукреция теряет сознание, но приходит в себя, слыша: «Дворец в Ферраре называется Алмазным, потому что мрамор, которым он облицован, огранен в форме бриллиантов. Легенда гласит: среди камней есть и настоящий алмаз. Истинный бриллиант, заключенный в мраморном ларце дворца, – прекрасная Лукреция, герцогиня Феррары, столь же невинная, сколь огульно обвиняемая во всех смертных грехах» («Ариозо-бриллиант»). Да, это Чезаре. Лукреция кидается к брату и выясняет: как только до него дошли слухи о ее болезнях и несчастливой жизни, он бежал из заточения, спустившись из окна башни. За ним охотятся теперь все те, кого он некогда привел к покорности Риму, но война не страшит Чезаре, вступившего на путь кондотьеров – руководителей мощных наемных армий.

Лукреция умоляет брата поберечь себя хотя бы ради нее. Ее уже знают здесь как «добрую герцогиню», основательницу монастырей и домов призрения. Почему бы и Чезаре не последовать ее примеру? Чезаре смеется, но обещает внять мольбам сестры. «По слову твоему все будет завтра, – говорит он. – Но сегодня все будет по-моему».

Один вопрос остается у Лукреции, чувствующей, что наутро они расстанутся навсегда. Кто погубил их брата Джованни? «Цезарь, где брат твой, Жуан?» Чезаре отвечает со всей искренностью: «Я Цезарь, а не Каин». Их брата, злосчастного Джованни, не вернешь, но Чезаре обещает Лукреции странное: «Грядет другой, второй Джованни». Брат и сестра соединяются в объятии: во всем мире они одни любят друг друга. (Оркестровое интермеццо: «Прощание».)

* * *

Утро. Лукреция в смятении: не веря обещаниям брата, она беспокоится о его судьбе. Появляется флорентийский посол Макиавелли и пытается развлечь ее рассказами. Он вспоминает давние события, когда закатилась звезда Флоренции и город оплакивал кончину Лоренцо Медичи, вместе с которым поникла слава города (фортепианное соло «Река Арно весной»). Он вспоминает, как Александр отлучил Савонаролу от церкви, а тот на костре проклял весь его род (камея Савонаролы – ария «Segnor, fammi vendetta»[74]). Видя, как эти рассказы расстраивают добрую герцогиню, Макиавелли меняет тему, упоминая о книге, которую пишет. Она называется «Государь», и великий мыслитель ставит в пример правителям будущего не кого иного, как безнравственного Цезаря Борджа за его хитроумие и стратегический гений. Ведь именно он доставил чашу, признанную Священным Граалем, в храм Святой Марии в Валенсию, на родину дома Борджа!

Лукреция чувствует, что этот разговор неспроста. «Что с моим братом? Копье, чаша и книга не нужны мне. Мне нужен Цезарь!» «Чезаре более нет», – сознается флорентиец. Конечно, «Государь» обманул сестру, он не умел не рисковать. На следующий день после визита в Феррару он попал в засаду, в одиночку отправившись в расположение противника, и был убит (дуэт «Горькая правда, алмазная донна»). Лукреция в ужасе кричит. Затемнение. Оркестр: «Век войн и обмана».

Coda

Некто в плаще с капюшоном подходит в темноте к воротам небольшого высокогорного монастыря. Тема Лукреции и «Лунное интермеццо» сплетаются, перерастая в исполняемую за сценой монахами всенощную. Человек наклоняется и кладет какой-то сверток на землю возле входа. Слушатель понимает: эпоха Борджа закончилась, но жизнь продолжается. (Арфа: «Ночь в Ферраре».)