Серый ферзь. Рыцарь из ниоткуда - Александр Бушков

– Ее величество Яна-Алентевита, императрица четырехмиров!

Макред, не шевелясь, взглядом подал знак Сварогу. Вступилифанфары. Ослепительно сверкнули мечи дружинников. Сварог двинулся вперед,старательно придерживая парадный меч, зачем-то считая про себя шаги. Он прошелвосемнадцать, остановился перед павлином в человеческом облике – тот выполнилсвоим жезлом несколько сложных церемониальных приемов, отступил назад и влево,отведя жезл так, словно отдавал караул по-ефрейторски.

У Сварога едва не отвисла самым предательским образомчелюсть.

Перед ним стояла девчонка в коротком, воздушном алом платьеи пурпурном плаще, расшитом золотом, тяжеленном на вид, но двигавшемся за ней,когда она шла, так легко и послушно, словно он был невесомым. Волнувеликолепных светлых волос, падавших до пояса, перехватывал надо лбомфилигранный золотой обруч с четырьмя шариками – белым, голубым, зеленым икрасным. В ушах, на шее, на груди, на пальцах красовался добрый килограммбрильянтов. Точеное личико, от лицезрения коего холодело в сердце, было, какпишется в старинных романах, исполнено подлинного величия – Сварог лишь теперьпонял, что имели авторы в виду, увидел, как это выглядит в жизни. Огромныесиние глазищи смотрели на Сварога лишь самую чуточку благосклоннее, чем наоблака и траву под ногами.

И все равно это была почти девчонка – уже можно думать оней, как о женщине, не рискуя угодить в сексуальные маньяки, но рановато,пожалуй, претворять думы в жизнь. Сварог чуть опустил глаза – ножки в чулках изрозового тумана были, надо признать, безукоризненными и, если так позволенодумать в сей торжественный момент, весьма приманчивыми, под стать всемуостальному. А сама девица, голову можно прозакладывать, капризна и надменна,как сто чертей: трудно ожидать чего-то другого от императрицы такого возраста,владычицы четырех планет. И совершенно непонятно, почему эта холенаяочаровательная куколка решила вдруг самолично наведаться в гости к ничем непримечательному графу.

Сварог поклонился, примяв подбородком пышные синие кружева.На сей раз красноречие его решительно подвело, но сказочная принцесса сбольшим, надо отдать ей должное, тактом поторопилась его выручить:

– Рада вас приветствовать, граф. Я столько слышала овашем славном замке, но бывать здесь пока не доводилось…

– Прошу вас, ваше величество, – опомнился Сварог.

Она торопливо прошла вдоль строя гвардейцев, словно все этицеремонии успели надоесть ей до смерти. Наверное, так оно и было. Сварог шелследом, отступив на шаг, а за ним бесшумно скользили два сановника в золотомшитье и орденах, словно получили приказ его конвоировать. Макред успелобъяснить, чем отличается частный визит от церемониального, но вести юную императрицувсе равно предстояло в главный зал запаса, ибо так и следует приниматькоронованных особ, если они заглянут на огонек. Самому Сварогу этот залкатегорически не нравился – слишком большой, слишком высокий, совершенноидиотское количество доспехов и штандартов, а мебель рассчитана то ли навеликанов, то ли на хмельных гуляк – чтобы не доводить их до греха и заставитьво время застольных свар рассчитывать лишь на собственные кулаки. Казалось,даже с помощью заклинаний невозможно сдвинуть неподъемные кресла с высоченнымиспинками.

Похоже, сказочная принцесса была одного с ним мнения – она стоскливой обреченностью оглядела все это великолепие и решительно присела натабурет в углу – массивный и вычурный, но все же не столь громоздкий.Неожиданно, насквозь знакомым Сварогу по прежним временам движением, положиланогу на ногу («не введи нас во искушение», – ханжески подумал он),взглянула чуточку лукаво:

– Вы можете сесть, граф.

Оба царедворца остались за дверью, и Сварог заметил, чтодевчонка выглядит теперь не столь надменной. Она сидела, откинувшись на низкуюспинку, разглядывала Сварога с жадным любопытством, коего ничуть не пыталасьскрывать. Сварог же чувствовал себя крайне неуютно – то ли обезьяной взоопарке, то ли вызванным к доске нерадивым учеником. Он смутно помнил, что скоронованными особами вроде бы не полагается заговаривать первым, а следуетждать, когда они сами зададут вопрос. Он и ждал.

Должно быть, здесь правила этикета были иными – она вдругнедоуменно подняла пушистые ресницы:

– Почему вы молчите, граф?

– По невежеству, – сказал Сварог. – Я даже незнаю, как к вам следует обращаться.

– На людях – «ваше величество» или «лариссаимператрица». С глазу на глаз можно «Яна» и «вы». Достаточно близкие знакомыемогут называть меня на «ты», избегая, понятно, любых проявлений фамильярности.Возможно, я и допущу вас в число моих близких знакомых, граф. Есть у меня такиенамерения. Точнее, каприз. Когда все твои капризы моментально выполняются,очень трудно не стать капризной. Так что в этом отношении я особа достаточноиспорченная, – сообщила она с очаровательной улыбкой.

– А голов вы не рубите? – спросил Сварог.

Она рассмеялась:

– Боитесь?

– Просто хочу знать, что мне может грозить в случаекрупной провинности.

– Последнюю благородную голосу у нас отрубили при моемдедушке, более тысячи лет назад. Сейчас могут отправить в ссылку на другуюпланету, но это случается крайне редко – у нас просвещенная монархия, такаяскука… Обычно провинившихся не допускают ко двору, лишают орденов и придворныхзваний – и, знаете ли, великолепно действует. Но у вас пока нет ни чинов, низваний, ни орденов, вам бояться нечего. Разве что опасности лишиться моегообщества. Серьезная угроза?

– Серьезная, – сказал Сварог.

– Я вас забавляю? – Видя его замешательство, оназвонко рассмеялась. – Успокойтесь, я не читаю мыслей. Читать чужие мыслиможно, но это превратило бы жизнь в сущий ад для того, кто читает, потому чтонет заклятий, способных отгородить человека от потока всех чужих мыслей. Простоваши мысли легко прочитываются по вашему лицу. Учтите это. И срочно учитесьбыть чуточку непроницаемее. – Она приняла самое невинное выражениелица. – Иначе вы для меня моментально отодвинетесь в длинную шеренгупридворных хлыщей, которые мне взглядами все коленки исцарапали…

– Носите платья подлиннее, – расхрабрился Сварог.

– Не могу. Во-первых, у меня великолепные ноги, аво-вторых, такова мода. Давайте оставим эту тему, иначе я, как любое созданиенежного пола, буду болтать о нарядах до бесконечности. А вы, как мужчина, несможете оценить должным образом сей увлекательный разговор. Давайте лучшепоговорим о вас. Как вам у нас нравится? Очень непривычно?

Сварог осторожно сказал:

– Меня крайне настойчиво предупреждали, что я отродубыл графом, и другие точки зрения чреваты…

– На меня общие правила и запреты нераспространяются, – сказала Яна.

– В таком случае… Быть может, вы объясните мне, что жепроизошло?