Пламя и сталь - Андрей Земляной

— А если бы я согласился…

— Если бы что? — Фатти расхохоталась. — Согласился? Ты и вправду подумал, что тебя кто-то уговаривает? — От смеха в уголках ее глаз выступили слезинки. — Если ты и вправду решил серьезно заняться магией, то тебе нужно поискать того, кто за деньги, причем немалые, возьмется обучать тебя всем первоначальным премудростям. А это, замечу, совсем непросто.

— Что непросто, первое или второе?

— И то и другое. Магов-учителей мало, и все они довольно плотно заняты на основной работе. Конечно, кто-то подрабатывает временами в Аринаре, но, насколько я знаю, таких совсем немного и стоят их услуги довольно дорого. Примерно сто-двести монет за урок в зависимости от расположения учителя к данному ученику. Многие в Аринаре, кстати, именно по этой причине иммигрируют в надежде получить магическое образование.

— А что ты посоветуешь мне? — Хишан внимательно посмотрел на девушку.

— А хром его знает. — Она пожала плечами. — С одной стороны, тобой заинтересовался сам Хинхайо, а это очень дорогого стоит. С другой, ну кто сейчас возьмется переделывать мага-недоучку? Это все равно как если переделывать чужую скульптуру в нечто свое. Размер-то уж точно будет поменьше. Попробуй поговорить с Троном. Он вроде благоволит вашей семье, да и человек совсем не последний. Может быть, еще имеет смысл посоветоваться с Теннайо. Мы хоть и не живем в обществе, но определенный авторитет все же имеем. Может, у него кто есть на примете, кто взялся бы за твое обучение.

— А ты? — Хишан поднял взгляд на спутницу. — Ты взялась бы?

— С чего ты взял, что я могу это сделать? — Девушка посмотрела на него с озорной улыбкой.

— Понимаешь… — Парень задумался. — Вот если смотреть на обычного человека, то он как бы мягкий. Ну не могу я это объяснить нормальными словами. — Он чуть смущенно улыбнулся. — А вот если смотреть на моего отца, то он уже тверже, хотя по сравнению с Троном… тот вообще словно из стали. Того и гляди при ходьбе бряцать начнет. А вы с Теннайо словно из росских алмазов. Ну словно отлиты одним куском. Вообще что-то запредельное. Так же как и Хинхайо. Причем когда он создавал голема, эта твердость подскочила еще на порядок. Ты, кстати, когда выходишь утром к завтраку, тоже как будто остываешь. Ну словно мягче становишься. Я думаю, что это связано с магией как-то…

— Забавно. — Девушка серьезно посмотрела на Хишана и повела машину на снижение. — Очень забавно.

Когда машина наконец встала на свое место в ангаре, она медленно вышла, подключила зарядный шланг и внимательно заглянула в глаза подростку.

— Я переговорю с отцом. Но если ты меня подведешь, забудь мое имя и дорогу в этот дом.

Оставив Хишана одного добираться до своих апартаментов, Фатти поднялась в башню, возвышавшуюся над всем домом, откуда открывался замечательный панорамный вид на окружавший остров океан.

Теннайо задумчиво парил на высоте метра над полом, сотворив из уплотненного воздуха под собой нечто вроде кресла, и бросал в рот крупные ягоды траки из висевшей рядом чаши чеканного золота.

— Как прошел разговор?

Создав себе удобное кресло одним движением, Фатти легко, словно пушинка, опустилась в него и подняла глаза на отца.

— Может, ты все же спустишься, а то говорить с твоими сапогами как-то неприлично в присутствии хозяина.

— А может, ты поднимешься? — несколько сварливо осведомился Теннайо. — Говорить с твоей макушкой столь же невежливо. Хотя… Макушка у тебя очень симпатичная.

Девушка фыркнула.

— Чего никак нельзя сказать о твоих сапогах.

— Ничего не поделаешь. — Линн развел руками и плавно опустился на пол вместе с креслом и чашей. — Таких сапог уже давно не делают, а я никак не могу повторить их. Покойный Ринорд был настоящим Мастером. — Он вздохнул. — Теперь мы можем поговорить о деле?

— Да какое там дело! — Девушка небрежно взмахнула рукой. — Големом твоим он восхитился донельзя, потом проникся всем величием магии…

— Это все я видел. — Теннайо кивнул.

— Ну а теперь то, что ты не видел. — Фатти улыбнулась. — Малыш чувствует рат-кол.[11]Причем не просто чувствует, а еще и визуализирует разницу между, скажем, рат-кол Трона, моим и твоим. Пусть и примитивно, но довольно четко и понятно для себя.

— Сколько ему там? — Теннайо усмехнулся. — Шестнадцать? Вполне средний результат.

— Средний для кого? — чуть повысила голос Фатти. — Для пацанов, которых шлифуют с пяти лет? Кроме того, ты помнишь, какой средний уровень выпускника академии?

— Восьмой, я полагаю…

— Седьмой! — почти крикнула Фатти. — А в твое время был двенадцатый. Тенденцию не усматриваешь?

— Предлагаешь мне вернуться в Академию? — линн чуть повысил голос. — В этот крысятник?!

— Ничего я не предлагаю. — Фаттриона, не желая в тысячный раз спорить на эту тему, встала. — Просто подумай своей головой, а не тем, чем ты окучиваешь самок.

— Одна из них, кстати, твоя мать… — крикнул вслед уходящей девушке линн.

После разговора с дочерью ягоды траки отдавали горечью, а вид бушующего внизу океана совсем не умиротворял. Словно продолжая спорить, он продолжал приводить самому себе какие-то доводы, но сердце никак не могло успокоиться. Скорлупа, в которую он загнал себя очень много лет назад, похоже, дала трещину, и трещина эта все расширялась и расширялась. Во всяком случае он не мог припомнить времени, когда бы он так был далек от своего привычного — отстраненного, медитативного — состояния. Пытаясь понять, что же именно так нарушило его покой, оборотень-дракон вышел на открытый балкон, опоясывавший верх башни. Штормовой ветер свистел в потемневших от времени поручнях и в бессильной попытке сокрушить если не саму башню, то хотя бы стекла, бился с грохотом в прозрачный металл.

Теннайо подумал о том, что в молодости все существа похожи. Пытаются сокрушить твердыни, а к старости успешно эти твердыни обживают. Вот только… этот мальчишка все не шел из памяти. Было в нем что-то такое… Возможно, ощущение новой твердыни… А еще эта его смешинка — заклинание, которое смогло пробить совершенную защиту тысячелетнего существа так легко, словно арбалетный болт — бумагу.

Гости и Фаттриона уже полчаса сидели в большой гостиной, дожидаясь хозяина дома, но тот все не шел, сам разрушая сложившийся за века распорядок. Наконец взъерошенный, в мокрой одежде и с нелепо торчащими волосами линн быстрым шагом вошел в помещение, держа под мышкой толстый том, переплетенный в черную кожу.

Кивнув дочери и извинившись за ожидание, Теннайо дал команду безмолвным слугам подавать обед.

— Фатти мне сказала, что ты хотел бы изучать магию? — Взгляд пронзительно-зеленых глаз, казалось, просвечивает насквозь, и Хишан поежился от этого взгляда. — А что по этому поводу думает твой отец?