Женитьба Ночного охотника - Джулия Поздно

Я вздрогнула от того, каким взрослым и пронзительным взглядом на меня смотрел ребенок. За детской непосредственностью проскальзывала неизгладимая боль утраты.

Я безучастной тенью следовала за герцогиней среди торговых рядов. Наказания не последовало, что сильно меня озадачило. Обычно будущая родственница любила вгрызться и наполнить мою душу и тело ядом. А тут разительные перемены! К чему бы это?

Все это настораживало и тревожило. Особенно сейчас, когда мы вдвоем. Один на один.

– Посмотрите сюда, леди, – окликнул торговец, привлекая мое внимание к небольшим сувенирам.

Я уставилась на прилавок, бесцельно блуждая взглядом по красивым амулетам с какими-то незнакомыми надписями и совершенно не понимая, для чего все это.

Память услужливо подсунула воспоминание о большой сверкающей постройке, которую я не видела ни в местных книгах, ни на картинах в огромной зале Вилдернола. Здание казалось невероятно огромным, с сияющими огнями и буквами… А потом я увидела лед – ровный, белый, как молоко, совершенно не напоминающий тот, что мне довелось лицезреть сегодня на озере. И девушка рядом… Черты ее лица казались мне отчасти знакомыми. Возможно, подруга?! Она мне улыбалась и куда-то тащила. В видении я опустила взгляд вниз и обнаружила на ногах странную обувь. Коньки? Да. Верно! Это была специальная спортивная обувь.

Я не заметила, как подцепила пальцами амулет на тонкой кожаной тесьме, совершенно не обращая внимания на болтовню лавочника. Видение вызывало тревогу. Такое внезапное и устрашающее. В нем я ощущала себя настолько естественно и непринужденно, что сердце лихорадочно забилось чаще, чем обычно.

– Пойдем, – дернула меня герцогиня за опушку, выводя из оцепенения, в которое вогнал меня амулет.

– Что это? – указала я на яркую сверкающую руну в центре амулета.

– О, это великий дар! – воскликнул владелец и ухмыльнулся, наверное, сам себе оттого, что смог привлечь внимание столь ценных покупателей. – Хладная руна памяти! Берите, леди, не пожалеете. Она откроет вам многое из того, что было утрачено ранее.

– Не вздумай! – жестко отрезала герцогиня, выдернув из рук амулет, и бесцеремонно оттащила меня от прилавка. – У нас иные цели. Не до безделушек.

Не могу сказать, что я была сильно расстроена. Ее реакция была скорее ожидаема и совершенно не удивила. А вот ощущения, полученные под хладной руной, не отпускали до сих пор.

Минуя торговые ряды, герцогиня резко свернула вправо. Преодолев небольшое расстояние, мы очутились у массивной кованой двери.

– Что за этой дверью?

Женщина усмехнулась, сняла пушистую рукавицу с руки и побарабанила пальцами по металлическому рисунку, что-то нашептывая себе под нос.

– Неужели ты могла подумать, что такие, как мы, могли иметь какие-либо дела с уличными торговцами?

– А разве нет? – искренне удивилась я. – Что плохого в этом, когда люди могут увидеть того, кто управлял их землями не первый год?!

– Бестолковка, – злобное обзывательство легко сорвалось со старческих губ. – Мы не ровня этим оборванцам! Мой сын – темный герцог и правитель десяти земель. Ему не пристало опускаться до этих…

Будущая родственница не успела договорить, как дверь распахнулась, а на пороге появился громила необъятных размеров. Захотелось не только накинуть капюшон на голову, но и спрятаться за спину женщины. Темноволосый мужчина с длинной бородой как-то не очень по-доброму зыркнул в мою сторону.

– Великие служители гор вынуждены бежать, – пробасил бугай и уставился на герцогиню.

– Служителей ждет спасение с юга, – непривычно ласково мурлыкнула в ответ женщина и потрепала мужчину за конец бороды.

– Проходите. Мастер ждет вас.

Громила развернулся и встал вдоль входа. Родственница грациозно впорхнула в дверной проем, а я застыла на месте.

– Чего смотришь?

– Вы моглибы уйти с дороги? – с опаской проговорила я, протискиваясь между металлической балкой и мужским телом, напоминающим больше камень или скалу, чем человеческую плоть.

Нехотя «скала» сдвинулся и, встав под пушистый снег, недружелюбно толкнул меня внутрь.

Черт-те что, а не поход на рынок. «Неужели маги такого уровня не могли щелкнуть пальцами и приобрести все необходимое для длительного путешествия? К чему подобное шифрование? Они бы еще секретного агента наняли», – подумала я и обомлела: в нашем мире нет никаких агентов, а в моих мыслях как само собой разумеющееся. Резко закололи виски и стало душно до мурашек в глазах. Темный проход покачнулся, а я…

Я ничего не видела и еще толком не начала соображать, после того как меня скрутило от боли.

– Будь моя воля, я бы давно избавилась от девчонки, но Лейзу нужен наследник, – герцогиня в привычной манере не особо подбирала выражения.

Будто кто-то мог сомневаться, что она питала ко мне какие-то более дружеские чувства, о родственных так и подавно речи не могло идти.

– Она единственная надежда на укрепление силы Вилдернола, не стоит пренебрегать ее здоровьем и жизнью.

– Девчонка сильна, согласна, но, пока в ней не проснулась сила, она и жука не обидит.

Значит, все-таки сила у меня была! Мне это не причудилось, и мальчишки с озера оказались правы: нельзя говорить о том, что я почувствовала то, что прежде никогда не видела и не ощущала.

Я лежала и раздумывала, стоит ли сразу дать понять присутствующим, что я пришла в себя и слышу их наиинтереснейшую беседу.

Все-таки мне больше всего на свете хотелось встать и уйти, и не просто уйти, а скрыться от этих людей как можно дальше, чтобы более они не беспокоили меня и ничего не требовали.

А наследник…

Внутри меня все просто кричало о том, что дети не должны были приходить в этот мир, потому что так требовало положение, возраст, окружение.

Воображение нарисовало голубоглазую девочку, пухленькую, белокурую, в меховой шубке, а на лбу маленькой забавы красовался хладный знак. Малышка бежала навстречу и звала меня: «Мама!»

Резко бросило в жар от осознания того, что я каким-то образом могла иметь отношение к народу, скрытому снегом и магией где-то там, за горами, стоящими за простирающимися у их подножия владениями Вилдернола.

Чужие руки заскользили по пуговицам моего пальто. В это же мгновение кольцо на пальце горячим металлическим кругом врезалось в кожу. Чтобы себя не выдать, пришлось прикусить щеку с внутренней стороны. Даже привкуса крови я толком не почувствовала, настолько хотелось услышать, что этим двоим от меня было нужно.

– Как долго она может быть без сознания? Нет способа привести ее в чувство побыстрее?

Неугомонная родственница рвалась в бой.

Мужской голос, грудной, с хрипотцой, немного пугающий, отвечал женщине с нотками раздражения: