Я стала злодейкой в романе, но не помню, в каком - Екатерина Шашкова

— И поэтому ты ударил Вольфа? А если бы не рассчитал силу?

— Это невозможно. Господин поспит минут семь, и очнётся.

Я тяжело вздохнула. Так не пойдёт. Я просто не могу доверять Ролану.

— А если бы я узнала о твоём прошлом, ты бы и меня вырубил?

— Нет.

— Предлагаешь поверить твоим словам?

— Вы для меня гораздо важнее, чем молодой господин. Если честно, я терплю его только потому что он часть вашей семьи. И заметьте, он всё знает, но жив.

Я молчала. На это возразить было нечего: Вольф дышал, медленно и глубоко. Но почему Ролан так отреагировал? Боится, что я поменяю к нему отношение?

— Простите госпожа, — он встал на одно колено передо мной. — Я допустил ошибку, поддавшись эмоциям. Этого больше не повторится. Накажите меня.

— Рада, что ты понял. Больше не бей Вольфа, — я расслабилась, а потом задумалась. Ситуации бывают разные. — Без моего приказа не бей.

— Понял.

— И помни, ты мой рыцарь. Мне всё равно, кем ты был и что делал, главное, кто ты сейчас.

Ролан поднял голову и с благодарностью посмотрел на меня. Угадала, именно это было для него важно.

— Есть одна просьба, — я решила не откладывать. — Расскажи подробней об ауре. И научи меня владеть мечом.

— Нет, — отрезал Ролан, отведя взгляд в сторону.

— Ты только что говорил, что не хочешь уходить хочешь быть моим рыцарем. А теперь отказываешься.

— Я отвечаю за вашу безопасность. И не допущу, чтобы вам пришлось брать в руки меч, — с жаром заверил меня Ролан.

Означает ли это, что слушать моих приказов он не будет, будет только защищать, и всё?

— Научи, — я, хоть это и сложно, постаралась переиграть в упрямстве Ролана. — Ты просил тебя наказать? Вот, считай это наказанием.

Он помолчал, потом вздохнул:

— При одном условии. Если вы принесёте свой меч.

— Договорились, — мне условие не показалось сложным. — Завтра начнём. Сейчас можешь идти, а мне надо позаботиться о Вольфе.

— Я сам о нём позабочусь, — и рыцарь взвалил обмякшего брата на плечо, как мешок с картошкой, и унёс.

Он же… о том, что отнесёт Вольфа к врачу? Я забеспокоилась. Но идти за Роланом прямо сейчас будет означать, что я ему не доверяю. Но это же не так?

Надо послать проследить за ним Элис! Я огляделась, и обнаружила, что горничная тихонечко сидит всё так же на диване, но в её руках книга. Книга с розовой обложкой. И Элис читает, не меняя своего привычного спокойного выражения лица. Однако, глаза перемещаются быстро.

— Эмма, — я тронула её за плечо.

— Сейчас, сейчас… — ответила она и перелистнула страницу.

— Эшли! — я вытащила из её рук книгу. Что за день такой, никто меня не слушает.

— Простите, госпожа. Увлеклась, — по её лицу нельзя было ничего прочесть.

Я вздохнула.

— Посмотри, куда Ронан понёс Вольфа. Проследи, чтобы он ничего не сделал брату. И, когда вернёшься, я дам тебе дочитать, — я повертела книгой и положила её на столик.

— Принято, — и Эшли бесшумно вылетела из комнаты.

Так даже лучше. Я просто не смогу такое читать, умру от смущения. А Элл перескажет сюжет, и проблема будет решена.

***

Раздобыть меч оказалось не просто. Герцог даже слушать не стал, когда я об этом заикнулась, и пригрозил добавить к занятиям по танцам занятия пианино. Я сбежала из кабинета, забыв намекнуть на ещё одного ребёнка.

Вольф, которого я навестила в тот же вечер в его комнате, чтобы узнать о самочувствии, тоже не стал помогать. Кажется, он на что-то был обижен. Отвернувшись, наворчал на меня:

— Я думал, ты немного поумнела, сестрёнка. Но, кажется, нет. Я больше не буду тебе помогать.

— Почему? — я действительно не понимала, что это с ним.

— Уйди, уже поздно и мне надо отдохнуть, — он так и не повернулся.

Когда у моей сестры начался переходный возраст, такое поведение тоже случалось. Лучше всего работало не подыгрывать и не допытываться, отстать от неё на время. Так что я погладила Вольфа по светлым мягким волосам, как когда-то гладила сестру, и собралась уйти. Братец сильно удивился и наконец посмотрел на меня ошарашенным взглядом. Летиция никогда так не делала?

Мне стало неловко, я убрала руку, спешно попрощалась, и вышла. Уже действительно было поздно, чтобы идти искать меч ещё у кого-то.

Так что рано утром, переодевшись в костюм для верховой езды и завязав высокий хвост, я пришла на плац без оружия.

Ролан, в одной тонкой рубахе и простых штанах, бегал. Остальные рыцари только начинали подтягиваться: приходили, разминались; а он, было видно, уже заканчивал нарезать круги по плацу. Я помахала ему издалека рукой. Несколько рыцарей тоже обратили на меня внимание.

Ролан подбежал ближе, хмуро оглядел мою одежду, потом ещё более хмуро глянул на рыцарей, и они вернулись к тренировкам в ускоренном темпе.

— Вы всё же пришли? Где ваш меч, госпожа?

— Пока его нет. Но обязательно будет, — я серьёзно смотрела на Ролана.

— Леди, — он смахнул капли пота со лба. — Для владения оружием нужна подготовка. Вам надо будет вставать с зарёй и бежать двадцать кругов. Вы справитесь?

Думаю, нет. Я любила физкультуру (там ничего не надо было запоминать), продолжала поддерживать форму, когда уже работала в офисе. Но тело Летиции явно было не тренированным.

— Разумеется, справлюсь, — соврала я. А что оставалось?

— Не уверен. Леди, откажитесь от этой идеи. Я буду защищать вас даже ценой своей жизни, — он внимательно смотрел на меня.

Верю, но… в этой истории мы не главные герои. А значит, не всесильны. Что-то или кто-то будет сильнее Ролана, и даже он может проиграть. И умереть. От этой мысли заныло в груди и я почувствовала себя очень одиноко.

— Ролан, — я шагнула ближе. Надо постараться это объяснить. — Я верю тебе, и не сомневаюсь. Просто хочу быть способной помочь. Ты говоришь, что отдашь за меня жизнь. Но что мне тогда делать?

— Если я проиграю бой? — Ролан задумался. Ему было сложно, наверное, такое представить. — Бежать.

— Нет, я про то, что не хочу терять тебя. Ты мне нужен, — в его глазах блеснула и пропала искорка. — Например, когда на Вольфа напали со спины, я бы могла обезвредить того демона, но не получилось.

— В следующий раз берите кинжал и всадите противнику в печень.

Я хлопнула себя по лбу. Кинжал у меня был. Но, с другой стороны, если бы я только ранила того лысого, он бы стал злее. А убить с одного удара — это тоже надо постараться.