Добрые соседи - Екатерина Лесина

– Значит, тещу не вызывать?

– Лучше никого не вызывать.

– Но я ж в кружке. Я… обещался… мы вот показательные выступления готовим. Смотр будет к годовщине революции.

– Тогда ладно, – Калерия как никто другой понимала важность и смотра, и годовщины. – Но вы уж кого-нибудь… не знаю… из народных героев или революционеров там вызовите. Чтоб согласно тематике мероприятия.

Все одно не отзовутся. Мероприятий много, спиритуалистов и того больше, и каждому всенепременно товарища Ленина подавай. Или его верных соратников, которые, между прочим, с миром покоиться желают. Так что пускай себе…

– А скажите, – Калерия подобралась к делу. – Тут пишут, что вызываете вы в основном по ночам. Так?

– Д-да…

– И всегда в доме?

Мишанька потупился. Врать он не умел и не любил.

– Олечке вставать рано, иногда… всего пару раз…

– А вот третьего дня, – Калерия ткнула пальцем в отрывной календарь, который висел на специальной доске в виде махонького домика. – Скажите, не случилось ли вам… сделать попытку?

– Случилось, – признался Мишанька. – И даже почти вышло… я не тут… не во дворе… я ж понимаю. На пустырь пошел, там, где раньше Баланский дом стоял…

…но дом сгорел в войну, а отстраивать то ли наследников не нашлось, то ли предложили им иное решение жилищного вопроса, но пустырь остался. И Калерия согласилась, что расположен он был удачно, в том числе для спиритуалистических задач.

– …и вот я по инструкции все делал! – он вскочил, и появилась в движениях Мишанькиных несвойственная ему прежде суетливость. – Погодите… вот…

Он вытащил откуда-то из-под стола книженцию в серой обложке, которую и сунул в руки Калерии. На обложке виднелась пара синих печатей – круглая, библиотечная, и квадратная, от Цензурного комитета. А стало быть, содержимое оной книги было признано безопасным.

– Седьмая страница, – подсказал Мишанька.

И закладочка имелась, деревянная, вырезанная столь тонко, что казалась кружевною. Ею Калерия и залюбовалась, после моргнула и строго велела себе не отвлекаться от профилактической работы с контингентом.

– Я и круг начертил мелом… – Мишанька, не способный смириться со своею неудачей. – Школьным. Тем, который за три копейки.

Калерия кивнула.

– И полынь разложил.

– Точно полынь?

– А то! Я ж и в ботаническом кружке числюсь. У меня и определитель имеется.

Калерия взмахом руки остановила попытку сунуть ей еще и определитель, бережно обернутый газетною бумагой. В отличие от «Краткого справочника спиритуалиста, адаптированного для крестьянско-рабочих нужд», рекомый определитель имел немалые размеры, да и толщина его внушала уважение.

– …так что она, полынь обыкновенная. Собрана по правилам, на кладбище, на растущую луну.

Мишанька прижал определитель к груди.

– И поганки я самые крупные выбрал. Мне для покойной тещи ничего не жалко.

Сказано это было весьма даже искренне.

– И что случилось? – Калерия прочла краткое описание ритуала и с трудом удержалась, чтобы не хмыкнуть. Теперь понятно, отчего эту книгу сделали доступной. Да на подобную схему и неупокоенная душа не заглянет, не говоря уже о теще покойной.

– Понимаете… я еще недавно только занялся… не освоил всех тонкостей. С медитациями плохо выходит. Вот наш мастер цеха, он отлично умеет медитировать. Говорит, что после медитации толковой и похмеляться нужды нет… а у меня… одного раза заснул даже. Но усталый был, после ночной… и вот не выходит энергию сконцентрировать, как и мысленный посыл создать. Я даже фотографию с собой беру. Вот, – он вытащил из нагрудного кармана снимок округлой женщины, на лице которой застыло выражение той мрачной обреченности и готовности противостоять всему миру, что не оставляло и тени сомнений: характером покойная обладала на редкость тяжелым. – Для сосредоточенности и лучшей визуализации. Но обычно вот… никак…

…еще бы…

…хотя… с этаким-то старанием… будь у Осляпкина хоть капля дара, последствия могли быть куда печальней, и для покойницы, и для ныне живущих.

Надо будет все-таки составить доклад.

С рекомендациями.

Пусть уж, коль спиритуалистическая наука ныне в моде, занимаются ею в строго отведенных местах да под присмотром.

– А тут… вот чувствую, что дрогнул эфир! Подался, как в рекомендациях пишут. И готовность к ответу я ощутил. Свечи вот загорелись.

…свечи рекомендовали использовать обыкновенные восковые из хозяйственного магазина, предварительно расписавши их рунными символами согласно трафарету.

– И главное, так ровненько… – глаза Мишаньки заблестели. – Я и подумал, что получилось, что дозвался-таки… мне ж немного нужно было! Только совета спросить хотел.

– И как?

– Не она это была, – Мишанька махнул рукой. – Мужик какой-то…

– Какой? – Калерия подобралась. Кажется, нынешний визит обещает быть куда более успешным, чем она могла бы предположить.

– А я откуда знаю?

– Может, представился…

– Ага, – Мишанька погладил фотографию и убрал ее в нагрудный карман. – Сказал, что Тимофеем звать. Понять не мог, как очутился и что вообще…

– То есть, вы говорили?

И стало быть, ритуал сработал, что было практически невозможно. Или… надо будет прогуляться к усадьбе. Старое место, а стало быть, непростое.

– Да так… – Мишанька слегка смутился. – Я ж… в первый раз кого вызвал…

…скорее привлек и не столько полынью своей, которая была, несомненно, правильно собрана и высушена должным образом, однако к магическим ритуалам отношение имела весьма опосредованное.

– Он все поверить не мог, что помер.

С недавно преставившимися подобное частенько происходит, особенно если смерть носила характер неожиданный, и душа не успевала свыкнуться с мыслью, что тело придется покинуть.

– Еще… еще говорил, что его обманули…

– Кто?

– Баба, – Мишанька слегка покраснел. – Ругался крепко. Я иных слов и от бригадира не слыхал, а он у нас мужчина очень… с фантазией.

– А помимо?

– Так… пока преставился, пока разобрались, тут круг таять стал, и петухи закричали. Звягинские. Она их давно держит. Они-то обычно не шумные, а тут вдруг орать принялись, что оглашенные… он только добавил, что камня ей не найти.

– Какого камня?

Калерия даже вперед подалась.

А вот Осляпкин лишь руками развел, извиняясь, что спиритуалист из него вышел… негодный. Что ж, если раз душа откликнулась, то и второй ее призовут. Там и расспросят, что за камень и где именно его искать надобно.