Путь колючей Искры - Анна Пожарская

Кто-то толкнул Эллу, и она отлетела в сторону. Тел-ар-Керрин приземлился по соседству. Беглянка отступила так быстро, как позволяла раненная нога, но монстр уже развернулся и приготовился атаковать снова. Краем глаза девушка заметила движение слева, а потом над ухом прозвучала команда Авара: "Яркий свет!". Никогда и никому Элла не была так рада! Ей захотелось повиснуть у друга на шее, но она заставила себя произнести заклинание. Она ни разу его не использовала, но слова знала отлично.

Невыносимая вспышка озарила поляну. Монстр в недоумении сделал несколько шагов назад. Свет не гас.

— Меня надолго не хватит! — крикнула Элла, не оборачиваясь.

Прохладные ладони Авара легли ей на плечи. Как же это было хорошо! Наконец-то кто-то есть рядом… Девушка чуть не потеряла контроль над заклинанием.

— Воспользуйся мной, — голос сына Эскала звучал спокойно и твердо, — как Тумой. Я подскажу слова.

— Я запомнила их на всю жизнь, — ухмыльнулась Элла и шумно выдохнула.

Сила в посохе иссякла. Свет погас. Тел-ар-Керрин тряхнул головой, и снова завертел носом. Времени в обрез, скоро монстр придет в себя.

— Просто перемести его обратно в лабиринт, как можно дальше, — посоветовал Авар.

— Открывайся!

Сын Эскала, повинуясь команде мага, произнес нужные слова и замер, превратившись в безжизненную восковую куклу. Элла откинула голову назад и закрыла глаза, пропуская силу сквозь себя. Тело стало чужим. Девушка сама себе показалась парусом, трепещущим на ветру. Свобода, скорость и больше ничего!

Монстр уже ринулся в атаку, когда контроль вернулся. К счастью, заклинание перемещения было хорошо знакомо, и его даже произносить целиком не пришлось. Тел-ар-Керрин заверещал и исчез. Элла закинула его так далеко, как смогла. Ей казалось, преследователь стоит около груды камней, что завалили проход. Значит, ему снова придется пройти по узким туннелям под потолком, а у нее появится немного времени, чтобы собраться с силами.

Элла посмотрела на Авара, и сердце ухнуло к пяткам. Его желтые глаза неподвижно смотрели на поляну, а на лице застыла мертвая маска. "Пожалуйста, только не это", — обратилась девушка ко всем известным божествам сразу и всхлипнула. Озарение пришло внезапно. Она закрыла глаза и мысленно завязала узел между собой и сыном Эскала. Резко навалилась усталость, заболело бедро, а веки стали предательски слипаться.

Авар закинул голову назад и потер ладонями лицо. Элла доковыляла до него и рухнула в его объятья. Вдохнула запах корицы, потерлась носом о плечо. Мужчина обнял ее в ответ и осторожно чмокнул в макушку.

— Ужасные ощущения. Никогда к этому не привыкну.

Элла подняла на него испуганные глаза.

— Ты о чем?

Авар хмыкнул, закинул ее на плечо, как тяжелый мешок, и зашагал в лес. Девушка не сопротивлялась, просто не было сил. В конце концов, чем дальше от входа в лабиринт, тем лучше. Она прикрыла глаза и сквозь сон услышала ответ на заданный вопрос.

— Когда открываешься магу, видишь все его мысли. Это как картина, ты можешь не заметить все сразу, но как только что-то понадобилось, оно предстает перед тобой во всей красе. Мне следовало бы предупредить тебя, но выбора у нас не было.

Элла проснулась. Подняла голову, но руки мужчины крепко удерживали ее ноги. Она мысленно порадовалась, что лицо покрыто шерстью, щеки пылали.

— Ты хочешь сказать, ты знаешь, о чем я думаю.

Авар примиряюще похлопал ее по здоровому бедру.

— О чем ты когда-либо думала, до того момента как разорвала нашу связь.

— Ошпаренные кони…И что ты собираешься делать со мной?

— Посмотрим, — сын Эскала дошел до гигантского, по пояс высотой и шириной с хороший обеденный стол, пня, и усадил на него Эллу.

Молча задрал юбку, обнажив раненое бедро. Девушка испуганно уставилась на спутника.

— За кого ты меня принимаешь? — вспылил тот.

Потом снял с пояса флягу, извлек из кармана свежий платок и принялся промывать рану. Достал из сумки какой-то пузырек, кусок чистой материи, пропитал ее жидкостью из пузырька и перевязал ногу Эллы. Боль стихла почти сразу.

— Отцовские штучки, — извиняющимся тоном поведал Авар, — очень, надо сказать, полезные.

Потом он потер ладонью подбородок и сжал губы:

— Нам надо двигаться. Думаю, он быстро выберется из лабиринта. Я оставил лошадей недалеко отсюда. Идти сможешь или тебя понести?

Девушка слабо улыбнулась.

— Смогу.

Авар помог ей подняться и повел ее дальше, к лошадям. Элла шла, опираясь на его руку, и тайком терлась носом о его плечо. Чирикали птички, припекало солнышко, пахло разнотравьем, а она чувствовала себя абсолютно счастливой. Шут с ним, с Тел-ар-Керрином, пока жива, можно насладиться моментом.

— Получается, ты знаешь обо мне почти все, а я почти ничего о тебе не знаю, — Элла прижалась к руке спутника.

Собеседник приобнял ее и улыбнулся.

— Спрашивай, я расскажу, все, что тебе интересно.

Как же Элле хотелось остановиться, заглянуть в его глаза и впиться в губы поцелуем. Увидеть, как зрачки сокращаются до тонкой щели в предвкушении любви. Прижаться к нему в томительном ожидании ласки и утонуть в запахе корицы. Она бы сделала это, если бы не клыки и шерсть на лице. Вздохнула и задала вопрос, ответ на который уже считала не важным.

— Скажи, а твой нынешний вид, он не настоящий? — под ногу подвернулся сучок, Элла споткнулась и непременно упала бы, если бы Авар не подхватил ее на руки. Не как мешок, а как возлюбленную, которую хочется прижать ближе к сердцу.

Элла тяжело проглотила слюну. Авар и ухом не повел, будто ничего не происходит. Улыбнулся только.

— Самый настоящий, просто не единственный, — мужчина перехватил свою ношу и зашагал быстрее. — Я обычный оборотень из детей повелителей неба. Таких как я, среди нас примерно четверть, остальные имеют только две ипостаси. Странно, что ты о нас ничего толком не знаешь.

— Ничего странного, — Элла закрыла глаза, вслушиваясь в стук сердца мужчины. — Мать страшно не любила, когда я интересовалась кем-то кроме людей. Да и чужаки в наших краях — редкость. Как-то на ярмарке видела троллей и гномов. Кмыры еще забегали в замок, но так себе гости вышли.

Тем временем Авар подошел к двум гнедым, привязанным к дереву. Лошади фыркали, но терпеливо ожидали наездников. Сын Эскала поставил Эллу на землю и, еще не отпуская от себя, спросил.

— В седле удержишься?

Собеседница подняла на него глаза.

— Спать хочу неимоверно, но попробую.

— До темноты недолго, знаю отличное место для привала, там отдохнем, а по пути поболтаем, не уснешь.

Элла кивнула. Где-то высоко застучал дятел. Сколько же их в этом лесу? Авар подмигнул, повозился с лошадьми, усадил девушку в седло, закрепил на нем посох, вручил ей поводья, а сам уселся на другую лошадь. Дал знак трогаться. Элла прошептала: "Давай милая", и слегка натянула поводья. Гнедая послушалась. Они поскакали в сторону Горла богов, что попрежнему гордо взирал на вверенную ему местность.