Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

– Кровавый поединок! – воскликнул горожанин. – По-моему, это очевидно, разве не так?

– Ну а что стало поводом для благородной дуэли?

– Те пятеро… в смятых шлемах, – горожанин пренебрежительно указал на удаляющуюся скорбную процессию, – неосмотрительно посмеялись над тем, с копьём в заду.

– Интересно-интересно, и что же они ему сказали?

– Ничего не сказали, он им представился, ну а эти болваны как загогочут на весь город.

– А как звали покойного беднягу?

– Как звали… м… м… сэр Фекалий Девятнадцатый.

– Ну и что тут смешного? – удивился сэр Бонифаций, не понимая, что могло развеселить покойных.

– Так и я о том же! – кивнул горожанин. – Имя как имя, а эти дурни хохотать стали. Ну, тот парень и вызвал на поединок всех пятерых. Хохмачи, понятно, сразу же помрачнели, но от благородного выяснения отношений не отказались. Когда же они увидели оружие сэра Фекалия, то их и так, мягко говоря, минорное настроение окончательно испортилось, ибо орудовал оскорблённый рыцарь огромным молотом.

– Ну, тогда всё понятно, – кивнул сэр Гэвин. – Эхе-хех, жаль благородных господ.

– А по мне, так всё, что ни делается, делается к лучшему, – неожиданно заявил сэр Нэвил. – Ведь теперь число наших конкурентов сократилось на целых шесть человек!

Прочие рыцари, включая разговорчивого горожанина, с порицанием посмотрели на жесткосердечного сэра.

– А этот непорочный – отличный парень, – пробасил из седельной сумки гомункулус. – Он мне нравится!

Глаза у разговорчивого горожанина полезли на лоб, и дабы он случайно не заглянул в седельную сумку, сэр Бонифаций резко подал лошадь вперёд.

– Не забывайте, что нам ещё нужно зарегистрироваться в городской ратуше, – напомнил сэр Гэвин, – а затем нанести визит вежливости королю.

У городской ратуши благородных господ ждал небольшой облом, ибо на огромных украшенных резьбой дверях висело объявление – «Перерыв на обед».

Чуть ниже имелась приписка мелкими буквами, гласившая, что регистрация участников заканчивается сегодня ровно в полдень.

– Это что же получается? – не на шутку встревожился сэр Бонифаций. – Обед-то как раз в полдень и закончится! Дьявольщина! Когда же мы зарегистрируемся?!!

– Нет, так совсем не годится, – кивнул сэр Нэвил и, сорвав с двери бумажный лист, невозмутимо скормил его своей прожорливой лошади.

Затем, торжествующе усмехнувшись, сэр Нэвил постучал в закрытую дверь.

Рыцари с большим интересом следили за действиями своего находчивого собрата.

Дверь ратуши отворилась, и на пороге возник какой-то мерзкий тип с наглой рожей. Длиннополое одеяние, коричневые нарукавники, чёрный берет.

Ни дать ни взять типичная чиновничья крыса.

– Вы что, читать не умеете? – раздражённо взвизгнул мерзкий тип, указывая пальцем на то место, где недавно висело объявление.

– Ты это о чём, недомерок? – угрожающе проревел сэр Бонифаций, и всю спесь с чиновника как ветром сдуло.

Он медленно повернул голову и тут же охнул, не обнаружив на двери листка бумаги.

– Должно быть, ветром унесло… – сконфуженно пробормотал чиновник, но тут же подобрался и ещё более надменно произнёс: – Впрочем, это не имеет особого значения. Ратуша временно закрыта на обеденный перерыв.

– Но ведь мы не успеем зарегистрироваться! – воскликнул сэр Дорвальд, поправляя отстёгивающийся наплечник.

– Это меня не касается, – холодно отрезал коротышка, – это, извиняюсь, ваши личные проблемы… – И он попытался демонстративно закрыть дверь.

– Ах так! – вскипел сэр Бонифаций, и не успел наглый чиновнишка опомниться, как тяжёлый железный кулак опустился аккурат на его недалёкую голову.

Тело с тихим стуком свалилось под ноги возмущённых до глубины души защитников всех обездоленных.

– Браво, господа! – прокричали проезжающие мимо ратуши рыцари в украшенных павлиньими перьями шлемах.

Сэр Бонифаций отсалютовал им алебардой.

Оставив лошадей на попечение оруженосцев, защитники всех обездоленных ступили внутрь административного помещения.

Спесивый коротышка был за ноги оттащен в самый тёмный угол и там для маскировки присыпан какими-то бумагами, в изобилии лежащими на ближайшем столе.

Затем рыцари осмотрелись и, не обнаружив вокруг ни одной живой души, принялись с интересом изучать прочие помещения ратуши.

За первой попавшейся дверью действительно обедали.

Пятеро мордатых мужчин вовсю уплетали жареных кур с салатом и запивали всё это сладко благоухающим вином.

– Неплохо жируете на казённые гроши! – рявкнул сэр Бонифаций, да так неожиданно, что все пятеро мордоворотов одновременно подавились.

Одарив хрипящих чиновников полным презрения взглядом, сэр Бонифаций значительно произнёс:

– Здесь нам, друзья, ничего не светит.

Трое из пяти мордатых уже слегка посинели, и сэр Бонифаций поспешно захлопнул за собой дверь.

– Может, поднимемся на второй этаж? – робко предложил сэр Вальтасар, указывая на широкую мраморную лестницу.

– Отличная идея, дружище! – И сэр Бонифаций решительно ступил на первую ступеньку.

– Но-о-о-о… – запоздало спохватился Туоми Вяминен, заметив странную табличку на стене рядом с лестницей.

На табличке был изображён идущий рыцарь, перечёркнутый чёрной полосой.

Однако отступать было поздно, ибо благородные господа уже поднимались по лестнице.

Грохот и лязг наполнили ратушу.

Вяминен присмотрелся – из-под ног поднимающихся рыцарей вовсю летела каменная крошка. Великолепные мраморные ступени были безвозвратно изуродованы.

Справедливо рассудив, что хуже уже не будет, Туоми поторопился следом за своими новыми друзьями.

В коридоре второго этажа рыцарь из далёкой Лапландии увидел странную картину. Сэр Бонифаций держал в вытянутых руках какого-то щуплого человечка и яростно тряс его, зловеще приговаривая:

– Где бургомистр, отвечай, где он?

Ноги бедолаги свободно болтались в полуметре от пола.

– Последняя дверь по левой стороне, – пропищала жертва, после чего была отпущена.

– Сэр, а вам не ка-а-а-жется, что эт-т-то… как-то сли-и-и-ишком… – посчитал своим долгом заметить Вяминен.

– Нет, мне так не кажется, – спокойно ответил сэр Бонифаций. – Этот жалкий писака обозвал меня неотёсанным чурбаном.

– Вы ещё ответите за разрушенную лестницу из венецианского мрамора! – прокричал убегающий чиновник, но, внезапно споткнувшись, въехал лбом в статую Фемиды, установленную в небольшой нише.