Случайная ведьма или Университет Заговоров и других Пакостей - (Кэйси Лисс) Casey Liss

Мы с девушкой встретились взглядами, её зелёные глада сверкнули пониманием.

– Лисса! – машет она мне рукой.

Мне не осталось ничего другого, как пойти ведьмам.

– Привет. – Подойдя улыбаюсь я.

– И тебе не хворать… – протягивает низенькая брюнетка, с подозрением косясь на меня.

– Каэль, не будь так сурова. – Начала хихикать Идрис, имя подозвавшей меня девушки я знала, её комната находилась напротив нашей с Кемирой, иногда мы даже обдали вместе, – Она своя.

– Ффф! – фыркает Каэль, и развернувшись, идёт дальше.

Переглянувшись с Идрис и стоящей рядом блондиночкой, позже девушка представилась, как Санти, мы пошли следом.

– Я не хотела навязывать вам свою компанию… – произношу смущённо, но Идрис обрывает меня.

– Я сама позвала тебя, так что не волнуйся. – Затем следует добрая улыбка, – Мы с Санти не против твоей компании, Каэль, думаю, тоже, просто она не любит новые знакомства.

– Да, – подтверждает Санти сказанные молодой ведьмой слова, – Каэль сама себе на уме, а я вот только рада новым друзьям! – блондиночка слегка пихает меня в плечо и подмигивает, – Тем более, если эти новые друзья имеют такую большую силу.

Я сразу поняла к чему клонит ведьмочка. Она была одной из тех, кто остался под впечатлением после пройденного мной ритуала, точнее, все они были впечатлены тем, что я выжила… Какого было моё удивление, когда Гаяна рассказала мне, что за последние двадцать лет успешно прошли ритуал лишь двенадцать девушек из примерно сорока. К этому ритуалу видящие допускали не многих. Понятия не имею, как я попала в этот список.

Что касается преподавателей университета и самой леди Риены, то те полностью поддерживали этот ритуал. Они были твёрдо убеждены в его важности, только вот не знаю, чем он, собственно, помог мне? Я никакого прилива сил и власти точно не ощущала…

Спустя пятнадцать минут мы с девушками всё-таки добрались до окраины, где располагалась живая сцена, представлявшая собой небольшую поляну в окружении различных торговых лавок, в середине которой сейчас танцевали Бабки-Ежки и ведьмы в своих пёстрых юбках и ажурных косынках.

Скоро должна была начаться главная программа вечера.

– Девочки, смотрите! – восклицает Санти, и, оборачиваясь, мы смотрим за ладонью девушку, указывающую на столпотворение около небольшой лавки с зелёным козырьком.

– И? – я вопросительно смотрю то на Идрис, то на Санти.

– Это Игра Судьбы! – ухмыляется блондиночка, – Та, кто вытащит счастливый номер, выиграет свидание с одним из чёрных магов, которые ищет себе невесту!

Божечки… И из-за этого весь сыр-бор? Да я лучше душу продам, чем стану невестой одного из этих самоуверенных идиотов. Честное слово!

– Санти… – мягко произносит Идрис, – Твои шансы вытащить счастливый номер чертовски малы. Не обманывай себя…

Что же произошло дальше? А дальше Санти бросила на подругу возмущённый взгляд и всё-таки отправилась попытать счастье.

Каэль отправилась следом.

Тут кто-то потянул меня за рукав рубашки, заставляя посмотреть на себя.

– Лорд Дьюмас… – думаю, недовольство в моём голосе сокол заметил сразу, но проигнорировал.

– Ведь Лисса, я так рад тебя видеть! – а я вот не очень, – Не хочешь попытать счастье в Игре Судьбы? В первой параллели это называют лотереей, а я, следующий лот.

– То есть – приз?

– Ты совершенно права. – Мужчина лучезарно улыбается.

В последнее время эта наигранная улыбка вызывает у меня лишь отвращение.

– Извините, но нет. – Сказала я, как отрезала, и собиралась было вернуться к Идрис, которая на время моего разговора с надоедливым магом отошла в сторону, оставив нас одних, но…

– Почему же? – останавливает меня лорд, сжав нежное запястье, – Лисса, что-то не так?

Я вырываю свою руку и со злостью смотрю на лорда Дьюмаса дел Фэя. Мне надоела вся это игра в кошки-мышки. В первую нашу встречу сокол понравился мне отнюдь больше, но с каждым днём я все отчётливее убеждалась, что первое впечатление и вправду может быть обманчивым.

– Давайте расставим все точки над «и», – начала я сурово, – я не заинтересована вами и ваша кампания мне неприятна. Ваша лживая улыбка и обаяние не действуют на меня, я вижу вас насквозь. Надеюсь, теперь вы прекратите свои жалкие попытки расположить меня к себе и оставите меня в покое! – закончив свою гневную триаду, я упрямо сложила руки под грудью и с вызовом посмотрела на главу какого-то там совета, для меня это не имело никакого значения.

Сначала мужчина молчал, но я отчётливо видела, как его маска дала трещину.

На лице Дьюмаса заиграли желваки, ранее притворная юношеская улыба превратилась в злобный оскал, а зелёные глаза принялись метать в меня искры ненависти.

– Ты…

– Лисса! – слышу знакомый голос с немного визгливыми нотками, и, оборачиваясь, вижу Кемиру, – Вот ты где!

Слава Богу! Ещё б чуть-чуть и этот изверг съел бы меня живьем.

– Извините, мне нужно идти. – Бросаю через плечо разъярённому мужчине и по-быстрому сваливаю.

Сейчас к чёрному магу я не подошла бы даже под страхом смерти.

– Наконец-то я нашла тебя! – бурчу, подойдя к Кемире.

– Да ты не сильно-то меня и искала… – ворует она, хитро улыбаясь.

Я закатила глаза.

– Он сам пристал. Я тут ни при чём.

– Ну-ну…

Послышался шум, люди стали визжать и хлопать в ладоши, что гласило о начале представления. Я в предвкушении закусила губу.

В этот момент к нам подошла Идрис и мы уже втроём направились к живой сцене.

Когда мы добрались до импровизированного ограждения сцены все огни, освещающие поляну, погасни.

Зрители волнующе стали перешёптываться.

Вдруг на средине поляны возникло сечение, которое постепенно переросло в языки пламени. Послышалась барабанная дробь, а затем словно из ниоткуда вокруг костра возник десяток ведьм в красных одеяниях, неожиданно подул сильный ветер и костёр погас. Барабанная дробь становилась все громче. Тьму вновь развеял свет факелов, загоревшихся по периметру живой сцены, и ведьмы сдвинулись с места.

Ведьмы стали танцевать.

Страстный танец девушек привлекал и завораживал, я не могла оторвать взгляда от их плавных движений. Особенно меня привлёк танец Бажены.

Несмотря на всю гадкость своего характера, она была прекрасной танцовщицей и её движения выглядели совсем нерезкими и грубыми, как в жизни, а очень нежными и пластичными. Она танцевала так, как будто это был последний танец в её жизни, и она вложила в него душу. И я была уверенна, что Бажена именно так и думала, исполняя этот страстный танец.