Сияющие высоты - Катарина Макги

Надя молча переслала ему в ответ тысячи страниц научных работ.

Они с Синтией прошли сквозь автоматические двери музея и попали в пустынное, безликое фойе. Ватт дважды кивнул возле терминала оплаты, который просканировал его сетчатку и снял со счета сумму за два билета.

– Не обязательно платить за меня, – смутилась Синтия.

Ватт прокашлялся.

– На самом деле обязательно, – медленно проговорил он. – Если честно, в сегодняшней встрече есть скрытый мотив.

– Да? – нахмурилась Синтия.

Надя отчего-то молчала, хотя она часто оставалась в стороне, когда он общался с Синтией.

– Мне нужен совет, – выпалил Ватт.

– Э… хорошо, – выдохнула Синтия, и они повернули ко входу на выставку.

Им открылось просторное, тускло освещенное помещение, заполненное металлическими трубами – вроде тех, по которым кое-где в Башне еще циркулировала вода и нечистоты, а еще с такими работал отец Ватта, будучи сантехником. Художник выкрасил их в яркие жизнеутверждающие цвета – желтый, яблочно-зеленый и алый, как мякоть арбуза. Пока они шли по залу, в ушных антеннах Ватта тихо звучали слова песни, быстро сменяясь следующим треком, новым рефреном. Видимо, трубы нужны лишь для усиления эффекта. Миниатюрные колонки испускали в его сторону повторяющиеся звуковые волны.

– Какого рода совет?

Слова Синтии странным эхом легли поверх остальных звуков, будто она произносила их, находясь где-то далеко. Растерянно тряхнув головой, Ватт взял спутницу за руку и повел обратно в коридор. Обрывки песен из открытой двери впечатывались в сознание. Или его сводили с ума мысли о Леде?

– Я в тупике. Все эта девушка…

Ватт покачал головой: неудачно прозвучало. Можно подумать, будто Леда ему нравится. Или не так страшно, если Синтия решит, что ему нужен совет по части любовных отношений? Лишь бы не догадалась, как обстоят дела в действительности.

Синтия пристально смотрела на него. Ватт затаил дыхание, не смея моргнуть.

– И кто эта девушка?

– Ее зовут Леда Коул.

Как он ни старался, скрыть раздражения ему не удалось.

– И твои обычные… методы с ней не работают?

«Не ври», – вмешалась Надя.

– Она не обычная девушка.

В этом он определенно не соврал.

Синтия развернулась к лестнице.

– Идем, – сердитым тоном проговорила она.

– Стой, а как же твоя выставка… давай сперва сходим туда.

– В другой раз, и без тебя. Похоже, в твоей жизни сплошной бардак!

Ватт не стал возражать. Она была права.

Несколько минут спустя они сидели на вращающихся шестигранных скамьях в саду скульптур.

– Так, расскажи про Леду поподробнее, – приказала Синтия. – Какая она?

– Живет наверху, ходит в частную школу. У нее есть брат. Кажется, она играет в хоккей на траве и…

– Ватт, мне не нужно ее резюме. Какой она человек? Интроверт? Оптимист? Критик? Смотрит ли мультики по субботам? Ладит ли с братом?

– Она симпатичная, – осторожно проговорил Ватт, – и умная.

Даже слишком.

Надя подкидывала идеи, но Ватт запутался в ее шарадах. Слова хлынули из него ядовитым потоком:

– А еще она поверхностная, жалкая и неуверенная в себе. Эгоцентричная манипуляторша!

«Отличная попытка».

«Ты сама советовала говорить правду!»

Синтия повернулась к нему лицом:

– Не понимаю. Я думала, она тебе нравится.

Ватт перевел взгляд на деревья, которые стояли неподалеку: благодаря генной инженерии на одной ветви росли разнообразные плоды. Огромный лимон висел по соседству с вишней и сосновыми шишками.

– Вообще-то, Леда мне не нравится, – признался Ватт. – Как и я ей. Возможно, она даже меня ненавидит. Мне плевать, что я в верхней строчке ее черного списка, но у нее на меня кое-что есть.

– Что это значит? – сощурилась Синтия. – Дело в твоих хакерских подработках?

– Откуда ты знаешь? – вскинул голову Ватт.

– Я же не дурочка. Денег у тебя больше, чем может заработать простой «компьютерный консультант». – Синтия показала в воздухе кавычки. – К тому же многовато знаешь об окружающих.

Волнение Нади было осязаемым, словно рука на его запястье.

«Ей можно доверять», – мысленно сказал Ватт.

«Хорошо, если ты так считаешь», – уступила Надя.

– Ты не ошиблась насчет хакерства, – сказал он Синтии.

Ему стало чуть легче оттого, что он поделился с подругой хотя бы частью правды.

– Что же такого случилось, раз тебе нужен совет?

– Как я сказал, она меня недолюбливает. И, учитывая то, что она знает… – Ватт неловко заерзал на скамье и сглотнул. – Она не должна никому рассказать. Если доверится мне или хотя бы не будет презирать, то, возможно, сохранит все в тайне.

Синтия ждала продолжения, но Ватт молчал.

– Что произойдет, если она расскажет? – спросила подруга.

– Будет очень и очень плохо.

Синтия глубоко вздохнула:

– Мне это не по душе.

– Замечание принято. – Ватт с облегчением улыбнулся. – Так ты поможешь?

– Чем могу. Но ничего не обещаю.

Ватт кивнул. На сердце полегчало от одного сознания, что Синтия в курсе его проблем и не против помочь.

– Давай по порядку, – решительно сказала она. – Когда вы встретитесь в следующий раз?

– Не знаю.

– Может, тебе самому пригласить ее и взять ситуацию в свои руки?

Ватт поморщился при мысли по своей воле провести время с Ледой. Синтия заметила это и закатила глаза:

– Ватт, как эта девушка перестанет тебя ненавидеть, если вы даже не общаетесь? И что ты ей скажешь при встрече?

– Привет, Леда, – попробовал он.

– Супер, – невозмутимо ответила Синтия. – Ты поражаешь меня своим остроумием и навыками общения.

– Что же мне сказать? – рассердился Ватт. – Я просто не хочу попасть в тюрьму!

Синтия замолчала. Ватт с тревогой подумал, что сболтнул лишнего.

– Тюрьму? – переспросила она.

Он с несчастным видом кивнул.

Синтия зажмурилась, а когда снова открыла глаза, в них сияла решимость.

– Ты должен быть чертовски убедительным. – Подруга поднялась и сделала несколько шагов к музею, а потом развернулась. – Давай представим, что я – Леда и только что пришла. Скажи что-нибудь милое, а не просто: «Привет, Леда».