Семь диких сестер - Чарльз де Линт

Папашка вывел нас из мира фейри и вернул в наш. Мы оказались прямо в том лесу, что располагался над садом тетушки Лилиан, и двинулись за проводником. В какой-то момент человек-кот сделал нам знак остановиться, а сам крадучись пошел вперед. Наконец он помахал нам, чтобы мы следовали за ним, и я заметила, что за деревом лежит без сознания пчелиный фейри, связанный травяной веревкой.

«А он ведь и правда грозный, – подумала я, – хоть по его росту и не скажешь».

И тут на лугу, ниже по склону, я увидела свиту пчелиной королевы и своих сестер. Папашка все сделал по-честному.

– Кажется, я была к тебе несправедлива, – извиняющимся тоном проговорила я.

Он принял мое раскаяние снисходительно, лишь в уголке рта мелькнула ухмылка.

– О, это пустяки, – отмахнулся Папашка. – Вы, долговязый народ, по-другому не можете, уж я-то знаю.

– Да, но не думай, что мы…

– Давайте-ка потише. – Тетушка Лилиан, пригнувшись, подобралась к нам.

Я кивнула, а сама подумала: интересно, она специально нас перебила, чтобы мы с Папашкой снова не переругались? Очень может быть. Тетушка Лилиан все понимает. Я изо всех сил старалась придерживать язык, но в компании Папашки получалось это довольно плохо.

Я отвернулась от своих спутников и принялась разглядывать пчелиный народ. Примерно такими я их и представляла – вроде бы необычные и в то же время какие-то пугающие. Корневики были ветвистыми и землистыми, а пчелиные фейри – яркими, сияющими, с резкими чертами лица и высокими. Некоторые сидели верхом, а еще у них была свора тощих псов, которые окружили Корни у дерева Яблоневого Человека. Корни на них даже не смотрел. Его взгляд был прикован к яблоне. Наверное, ждет, когда мы оттуда появимся, догадалась я.

Снова всмотревшись в толпу пчелиных фейри, я увидела рыжие головы младших сестер. Заметить их было совсем не трудно – Рут и Грейс, похоже, только что привели, и все были поглощены только ими. Разыскать Элси под буком выше по склону оказалось чуточку сложнее. Но куда запропастилась Эйди? Сердце мое застучало чаще. Оставалось только внушать себе мысль, что она просто лежит в траве и я не могу ее видеть.

Пока я вдумчиво изучала пчелиную свиту, корневики потихоньку ускользнули от нас и рассредоточились вдоль всей кромки леса неподалеку от места, где мы появились. В руках они сжимали крепкие дубинки и копья, ножи и короткие луки со стрелами из какого-то темного дерева с опушкой из перьев вроде совиных. Корневики нас прикроют, если план Яблоневого Человека все же не сработает.

С учетом превосходства сил противника, лучше бы все разрешилось мирно. Я, по крайней мере, искренне на это надеялась. По мне, так пчелиных фейри было что-то уж очень много.

Вдохнув поглубже, чтобы успокоиться, я обернулась к Лорел и Бесс.

– Помните, – предупредила я, перед тем как покинуть наше убежище на краю луга, – что бы ни случилось – ни слова!

Бесс изобразила, что застегивает рот на молнию.

– Послушайте, – окликнула Лорел Яблоневого Человека, – а ничего, если мы будем напевать, пока занимаемся всем этим?

– Почему бы и нет? – отозвался он.

– А еще мы могли бы танцевать, – добавила Бесс, – пока не приблизимся к ним.

Лорел кивнула:

– Только что-нибудь медленное. «Шенандоа»?^[11]

– Нелепый танец – отличный способ привлечь их внимание, – поддержал близнецов Яблоневый Человек.

– А ты что скажешь, Джейни? – обратилась ко мне Лорел.

– Почему нет? – ответила я.

Все равно это было словно не наяву.

Я отвернулась от своих спутников и снова вгляделась в происходящее на лугу. Королева, похоже, была в ярости. Она что-то говорила, но издалека невозможно было разобрать слова. А потом она сделала резкое движение рукой сверху вниз, и один из слуг моментально всадил стрелу в горло пузатого человечка, стоявшего рядом с близнецами. Бедняга свалился наземь, и кровь хлынула из его шеи. У меня от этого зрелища так и скрутило желудок.

Тут лучник приладил на тетиву вторую стрелу и прицелился прямехонько в Грейс.

– О нет, – прошептала я. – Не надо. Нет.

Я посмотрела на Лорел и Бесс. Куда только подевался весь их смешливый задор? Видимо, туда же, куда и румянец со щек.

Разумеется, у нас тряслись поджилки, когда мы, танцуя, вышли из-под укрытия деревьев. Лорел и Бесс напевали на два голоса старинную мелодию, у каждой из нас в кулаке были зажаты пучки травинок длиной с ладонь.

«Пожалуйста. Ну пожалуйста. Ну пожалуйста, – мысленно молила я. – Пусть это сработает. Пусть Грейс не застрелят, как того человечка».

Свита пчелиной королевы заметила нас – послышалось жужжащее бормотание. Я так и не осмеливалась взглянуть на них. Я просто сосредоточилась на своей роли, пытаясь предстать перед зрителями загадочной, эффектной и в то же время грациозной. Танцовщица из меня та еще, не то что из близнецов, но я старалась изо всех сил.

Лорел и Бесс, в отличие от меня, оказались в своей стихии, они ведь привыкли быть на сцене, выступать перед толпой. Правда, не думаю, что им когда-либо попадалась настолько необычная публика. Рядом с ними я, разумеется, выглядела совершенным профаном, но речь шла о спасении наших сестер, и мне было не до смущения.

Примерно на полпути между краем луга и пчелиными фейри мы принялись раскладывать на земле травинки. Мы действовали неторопливо и вдумчиво, как будто это имело большое значение, – в общем, в точности так, как научил нас Яблоневый Человек.

– Не важно, что именно вы будете делать, – напутствовал он, – просто делайте это уверенно. И тогда в них пробудится любопытство. Но не отвечайте, если спросят, чем вы заняты, продолжайте, и все.

– А если они разозлятся?

– О, обязательно разозлятся. Но пока вы заняты, они ничего не смогут с собой поделать. Им непременно нужно будет узнать, в чем секрет ваших мероприятий. Возможно, они примутся угрожать вам или вашим сестрам, но не поддавайтесь. Тогда они попытаются купить вас всем, что вы только сумеете вообразить.

– С воображением у меня порядок, – фыркнула Лорел.

Бесс ткнула сестру в бок, но та только улыбнулась.

– Делайте свое дело, – говорил Яблоневый Человек, – пока они не предложат вам милость. Вот тогда можете остановиться и посмотреть прямо на них.

Так мы и поступили. Я чувствовала, как лопатки сводит судорогой. И все время ждала, что тот лучник отвернется от Грейс и выпустит свою стрелу в кого-то из нас.

Как бы то ни было, остановившись на полпути между нашим укрытием и королевской свитой, мы принялись создавать узор из травинок. Мы клали травинку на землю, пристально изучали результат, потом располагали рядом следующую. Это была полнейшая бессмыслица, но мы-то притворялись, будто заняты самым важным делом на свете. В каком-то смысле так и было – с учетом ставки в нашей игре.