Пробудившийся любовник - Дж. Р. Уорд

Зет дернулся назад…

И рухнул на пол, крепенько приложившись задом. Белла испуганно свесилась с кровати.

— Зетист?

Когда она наклонилась, полы ее халата разошлись, и в глаза бросилась обнаженная грудь. Такая же прекрасная, как тогда, в ванной: ослепительно белая кожа, маленький розовый сосок…

— Зетист?

Белла склонилась ниже, волосы скользнули вниз темно-рыжим водопадом.

А ТОТ напрягся еще сильнее, пульсируя в такт биению сердца.

Зет сомкнул бедра и притянул колени к груди.

— Закройся, — прохрипел он. — Пожалуйста.

Вспыхнув, Белла оглядела себя и запахнула халат.

«Вот черт. Теперь щеки стали такими же розовыми, как соски».

— Ты вернешься в постель? — спросила она.

Остатки благоразумия, спрятанные глубоко внутри, пискнули, что это не самая мудрая идея.

— Пожалуйста… — прошептала она, заправляя прядь за ухо.

Зет окинул взглядом стройное тело, прикрытое черным шелком, белую шею, сапфировые глаза.

Дохлый номер. Лучше держаться подальше…

— Подвинься, — буркнул он.

Когда Белла откатилась от края, он взглянул на встопорщившиеся штаны. Чертова хрень стала просто огромной, толщиной с руку. Спрячь-ка такое бревно от любопытных глаз.

Он примерился и одним махом нырнул под одеяло.

Это было ошибкой. Белла мигом обвилась вокруг, как живое покрывало, теплое, мягкое и сопящее…

Зет запаниковал, не в силах справиться с бурей ощущений. Он не знал, что делать. То ли оттолкнуть ее. То ли притянуть ближе. Он хотел… Ох, черт… Он хотел лечь сверху. Прижать ее. И хорошенько трахнуть.

Желание было таким сильным, что он отчетливо представил себе план действий: перевернуть ее на живот, поставить раком, пристроиться сзади. Заправить свою штуковину, и — вперед…

Господи, какая гадость. Ну и подонок. Пихать в нее эту мерзость… От одной мысли стало уже тошно.

— Что с тобой? Ты дрожишь.

Белла придвинулась ближе и коснулась грудью плеча. Гад в штанах просто взбесился.

«Черт», — подумал Зет. Похоже, он дико завелся.

Одно к одному: чертову штуку колотит, мошонку свело, а в глазах красная пелена, как у быка перед случкой. Но ведь заводит его только женский страх, а она нисколечко не испугана. Тогда в чем дело?

— Зетист? — позвала Белла.

— Что?

Четыре слова, слетевшие с ее губ, придавили грудь, как бетонный блок, и заморозили кровь в жилах. Что ж, зато вымели из башки все прочие мысли.

Фури натягивал футболку, когда дверь комнаты неожиданно распахнулась.

На пороге стоял обнаженный по пояс Зетист с горящими от возбуждения глазами.

Фури про себя чертыхнулся.

— Рад, что заглянул. Кстати, по поводу прошлой ночи… Я должен перед тобой извиниться.

— К чертям извинения. Пойдем.

— Зет, я был неправ…

— Иди. За. Мной.

Фури одернул футболку и посмотрел на часы.

— У меня через полчаса урок.

— Это ненадолго.

— Ладно, пойдем.

Шагая по коридору, он вернулся к затронутой теме:

— Слушай, Зет, мне очень жаль.

Не дождавшись ответа, Фури продолжил:

— Я все неправильно понял насчет тебя и Беллы.

Зет убыстрил шаг.

— И почему-то решил, что ты причинишь ей вред. Ну, в общем, предлагаю тебе рит.

Зетист резко затормозил и оглянулся.

— Какого черта?

— Ведь я тебя оскорбил. Прошлой ночью.

— Ничуть.

Фури покачал головой:

— Зетист…

— Я на самом деле больной, отвратительный мерзопакостник, которому нельзя доверять. И если ты, наконец, понял это своими куриными мозгами, то зачем лезть с извинениями?

Фури осекся.

— Господи Иисусе… Ты вовсе не…

— Прекрати, ради бога.

Зет подошел к своей комнате и открыл дверь.

Белла сидела на кровати, придерживая ворот халата. Смущенная и необыкновенно красивая.

Фури посмотрел на нее, потом перевел взгляд на брата.

— В чем дело?

Зет опустил глаза.

— Иди к ней.

— Что?

— Она хочет пить.

Белла поперхнулась от неожиданности.

— Стой, Зетист. Мне нужен ты.

— Это невозможно.

— Но я хочу…

— Перебьешься. Я сваливаю.

Зетист впихнул брата в комнату и захлопнул за ним дверь. В нависшей тишине Фури не мог определиться, стоит ли ему кричать от восторга или… от злости.

Он глубоко вздохнул и посмотрел на съежившуюся Беллу.

Боже правый, он ведь еще ни разу не кормил женщин. Боялся нарушить обет. Неукротимый нрав и горячая кровь воина давали о себе знать, и Фури полагал, что, допустив женщину к своей вене, он непременно потребует взамен ее тело. Сдержаться же рядом с Беллой было бы еще сложней.

Но ей нужно пить. И какой смысл в обете, если не так-то уж трудно его соблюдать? Настал момент проверить выдержку в экстремальной ситуации.

Он откашлялся.

— Позволь мне предложить себя.

Когда Белла подняла глаза, Фури вздрогнул как ошпаренный. Вот, значит, что чувствует отвергнутый мужчина. Кожа садится на пару размеров и жмет.

Он отвел взгляд и подумал о Зетисте, наверняка торчащем за дверью.

— Боюсь, он просто не может пойти на это. Ты знаешь его историю?

— Думаешь, я поступаю жестоко? — Ее голос звенел от напряжения.

«Похоже на то», — подумал он.

— Лучше, если ты выберешь другого.

«Господи, почему не меня? Почему не меня, а его?»

— Рэт и Рэйдж отпадают, они женаты. Можно попросить Ви…

— Нет… Мне нужен Зетист. — Она поднесла дрожащую руку ко рту. — Извини, мне так жаль…

А ему-то как жаль…

— Обожди.

Выйдя из спальни, он обнаружил Зетиста на полу возле двери. Тот сидел сгорбившись, закрыв лицо руками.

— Все? Так быстро?

— Нет. Ничего не вышло.

Зет нахмурился и посмотрел на близнеца:

— Почему? Это надо сделать. Помнишь, что говорил Хаверс…

— Она хочет тебя.