Мастера Эфира. Книга первая - Рустам Атаханов

Я лежал на кровати, распластавшись звездой. Все тело ныло от боли, мышцы произвольно сокращались, слегка подергиваясь. Усталость растворилась в теле, но уснуть я никак не мог. В голове крутились мысли, которые каждый раз, уколов сознание, вырывали меня из объятий сна. Смысла дальше ворочаться я не видел. Я решил, что надо освежиться. Пройдя в ванную, я повернул кран, и вода с шумом ударила вниз. Выбрав оптимальную температуру, я заткнул пробку. Посмотрев несколько секунд на бурлящий водопад, я переключил свой взгляд на полочку с ванными принадлежностями.

– Сколько их тут, – вслух сказал я, став рассматривать пузырьки и флаконы. – Соль успокаивающая «Морской прибой», масло эвкалипта, экстракт ромашки. Урок ботаники.

Махнув рукой, я высыпал в ванну все, что было. По комнате моментально распространился аромат, который с каждой минутой усиливался, пока не стал дурманящим. Огромные мыльные пузыри стали покрывать поверхность воды, словно сказочный снег, искрясь в лучах софитов.

– Идем на погружение, – сказал я и, скинув халат, опустился в воду.

Вода окутала тело приятным теплом, а растворенные в ней минералы и масла начали оказывать свое благотворное действие, успокаивая мышечную боль. Сложив в несколько раз полотенце, я подложил его под голову и откинулся назад, закрыв глаза. Сознание начало тонуть в неге, унося меня в царство забвения. Не знаю, как долго я пролежал, но тихий женский голос зазвучал в голове, возвращая меня в реальность.

– Архей, да где же ты?! – недовольно спросила Жаклин, заходя в ванную комнату.

Не ожидав ее увидеть, я дернулся, расплескав часть воды на пол. Ручейки змейкой побежали по кафелю, направляясь под ноги Жаклин.

– Извини, я видно не вовремя? – наивно спросила она, отвернувшись.

– Нет, все нормально. Я задремал и не слышал, как ты вошла.

Жаклин успела переодеться и стояла в легком светлом платье. Слегка прозрачная ткань повторяла каждый изгиб ее точеного тела, давая повод фантазии дорисовать все то, что было скрыто под ним.

– Ты не забыл про свое обещание? – не поворачиваясь, спросила Жаклин.

– Обещание? – еще не отойдя полностью от дремоты, спросил я.

– Ну вот, уже забыл. Сад в академии! – с досадой произнесла Жаклин.

– Извини. Дай мне десять минут, и я полностью твой, – оправдался я, вспомнив про прогулку.

– Звучит заманчиво, – засмеялась она. – Я жду в холле.

Дверь сухо щелкнула, оставив меня наедине с самим собой. Резко встав и переступив через борт ванны, я направился к двери, возле которой висело полотенце. На середине пути я чуть не упал, поскользнувшись на мокром полу, но тело суприма быстро среагировало на падение, выровняв торс.

– Да что такое! Не хватало еще разбиться в ванной, – возмущенно сказал я, начав быстро вытираться.

Протерев зеркало от испарины, я посмотрел на себя и поиграл мышцами.

– Мужик, – сказал я, взглянув на низ живота и опять на зеркало.

Накинув быстро одежду, я выбежал из комнаты, окрыленный предстоящей прогулкой. Жаклин сидела на диване, откинувшись на спинку, и что-то читала.

– Я готов.

– Молодец! – радостно сказала красавица и, поднявшись с дивана, потрепала меня за волосы. – Ты что голову не просушил, заболеть хочешь? Иди сюда.

Встав, практически вплотную ко мне, она положила руки мне на затылок. Приятное тепло от ее пальцев практически моментально высушило волосы, распушив их.

– Вот так вот лучше, – сказала она, укладывая прядь волос.

– Услуга за услугу!

Подхватив Жаклин за талию, я поднял ее на руки и, перейдя в эфир, переместился в сад. Мы оказались в самом его центре, на большой цветочной поляне. В воздухе витал приятный запах цветов, очаровывая своим ярким букетом. Мелкая водяная пыль от водопада окропила лицо, даря приятную прохладу.

Я вспомнил свое детство: жаркий летний день и огромный фонтан центральной площади. Сколько было восторга и радости от беганья по лужам, прыжков под водяной пылью, которая спасала от невыносимой городской жары.

– Может, ты все-таки меня отпустишь? – улыбнувшись, спросила Жаклин.

– Конечно, – замешкавшись, ответил я, хотя никакого желания отпускать ее не было.

Еще минут пять мы стояли молча, смотря друг на друга. Лишь одно ее присутствие наполняло происходящее смыслом. Хрусталики глаз дрожали в унисон наших сердец, сближая нас с каждым ударом. Никакие слова не смогли бы передать чувства, которые захлестнули наши сердца в тот момент. Мы стали одним целым, соединив наши души невидимой связью. Жаклин обняла меня так сильно, что у меня перехватило дыхание.

– Архей, мне страшно, – тихим голосом сказала она. – Что с нами будет?

– Не бойся. У нас все будет хорошо, мы сможем. Тем более, если ты будешь рядом, – успокоил ее я.

Жаклин, ослабив объятия, пристально посмотрела мне в глаза.

– Надеюсь, – сказала она и опять прижалась ко мне. – Пойдем, присядем.

– Согласен, вот только на что?

В руках Жаклин появился большой плед, демонстративно развернув его, она прикрыла часть лица, став обворожительной красавицей востока.

– Предусмотрительно, – улыбнулся я, осознавая, что она готовилась к этой прогулке.

Выбрав сухое место, я резким взмахом расстелил плед. С цветов взлетели испуганные бабочки, с крыльев которых посыпалась искрящаяся пыльца, придавая моменту еще больше романтики.

– Как тут красиво, а главное – спокойно, – радостно сказала Жаклин и, сев на плед, протянула мне руку.

Ночь уже вступила в свои права, поглотив последние лучи солнца. Поляна заискрилась сотнями огоньков, сливаясь со звездным небом. Расшитый огоньками шлейф ночи окутал все вокруг, искрясь тысячами страз. Настроение было великолепное. Я откинулся на плед, раскинув руки в стороны. Впервые я смотрел на звездное небо верхнего мира, и оно напомнило мне бескрайний свод с побережья моего любимого озера Иссык-Куля.

– О чем ты думаешь? – спросила Жаклин, положив голову мне на грудь.

– Да так. Крупица еще не забытых воспоминаний. Уже стерты лица, события, времена года, осталось только осколки воспоминаний.

– Забудь все. Прошлого уже не вернуть, – прошептала она.

Я почувствовал, как моя рубашка слегка намокла, это были слезы Жаклин.

– Что с тобой? – взволнованно спросил я.

Приподняв ее голову, я сел рядом, поравнявшись с ней лицом.

– Я не знаю, – пожав плечами, ответила Жаклин.

Я чувствовал ее дыхание, которое обжигало кожу. Из хрустальных глаз текли слезы, оставляя искрящиеся дорожки при лунном свете. Я слега наклонился вперед и поцеловал ее. Легкий привкус соли на ее губах придал пикантности нашему первому поцелую, в нем соединилось все: боль, радость, желание и страх. В тот момент я был готов раствориться в ней и стать с ней одним целым. После поцелуя мы посмотрели друг на друга совсем другими глазами. Первый робкий и самый волнительный шаг в отношениях был пройден и мы снова слились в долгом поцелуе.