Истории Сантея - Станислав Гримайло

– Э-э… Уровень развития?

Улыбка Хранителя стала еще шире:

– Единый признает только человеческую расу. Привечает полукровок. И терпит эльфов, гномов и гиранов. Все остальные достойны только одного – очищения.

Стало быть, Единый призывает уничтожить большую часть населения Руана? Неудивительно, что имперцев так не любят…

Помотав головой, прогнал недавно виденную сцену в Храме и поблагодарил Хранителя за полученную информацию. Забрав приготовленные для меня книги, поспешил в «Приют».

Харчевня оказалась переполнена, и витающее в воздухе чувство веселья вкупе с винными парами мгновенно настроили меня на праздничную волну. «На пять минут всего задержался, – мелькнула мысль, – а пару бочонков уже оприходовали». Еле пробившись через толпу к любимому столику, упал на привычное место. Орк, схватив пустую кружку, наполнил ее до краев из стоящего на столе бочонка и шумно опустил передо мной.

– Отвару…

– Парни не поймут, – отрезал Галл, – от кружки пива не помрешь, чай не гоблин.

Судя по состоянию Турни, тот успел опустошить три-четыре чашечки своей кислятины, так что добрался до такой кондиции, что и пиво примет за любимый напиток. Только Куорт, разместившийся на стуле, взирает множеством трезвых глазок на происходящее.

Попробовав пиво, подвинул поближе большую сковороду со скворчащей картохой и, не забывая закусывать вкусной квашеной капустой, принялся за еду.

Все-таки стражи – хорошие ребята. Дали мне утолить голод, смочить горло, после чего к столу потянулась череда паломников с поздравлениями. Впрочем, никто не забыл захватить кружку, вовремя подставляя ее под струю живительного напитка, и, чокнувшись, толкнуть короткую речь. В основном ограничиваясь: «удачи!», «живота!», «награды толще!» да «златых крученых!». Только один гном, осушивший одним глотком кружку и попросивший добавки, выдал загадочное: «Стал быть!»

Активность спала, орк притащил очередной бочонок с пивом, и я, наконец, добравшись до середины кружки, заинтересовался одной странностью – арахн не ест!

Сидит на стуле, зыркает, не ест, не пьет, хотя коготь для пожатия подает (по примеру Галла мало кто решился погладить Куорта). Зацепив на блюде странный фрукт, если, конечно, бывают сливы размером с доброе яблоко, протянул еду прямо под нос арахну.

Глазки Куорта сосредоточились на подношении. Гладкая матовая кожа под целой чередой носовых отверстий лопнула, распахнулась пасть… я сразу протрезвел: три ряда белых, треугольной формы зубов – акула, увидев такое, отрастит крылья, дабы успеть смотаться! Сглотнув, повернулся спросить у гоблина, чем все-таки питается наш молодой коллега, когда почувствовал странную легкость в руке. Резко мотнул головой обратно: так, рука на месте, сливы нет. А арахн занялся привычным разглядыванием зала харчевни.

Все, хватит с меня экспериментов!

* * *

Отобедав, вернулся в свой кабинет. Интересно, всегда такая спокойная жизнь здесь, в управе? Находкой в канализации занялась Гвардия, просьбу госпожи Крон решили, делать – нечего.

Удобно расположившись в кресле, открыл одну из книг, давеча захваченных в Библиотеке Академии. Это оказалось совершенно не то: просто рисунки очень сложных рун в обычном виде. Закрыл, заглянул в другую книгу – аналогично. Выходит, надо точнее ставить задачу Хранителю и, самое главное – постараться найти Смотрителя. Может, он знает ключ к выбранной мною книге?

В дверь осторожно, если так можно сказать об активном перестуке гоблина, постучали. Через секунду в кабинет влетел Турни и поставил на стол писчий прибор. Задумчиво изучив магическое стило, я несказанно удивился – зачем такой артефакт?

Гоблин смылся, а я, внимательно оглядев отличный инструмент для письма, понял, что кое-чего не хватает.

В дверь постучали солидно – три громких удара, после чего рывком отворили, и в кабинет проник гном, опустив на стол тяжеленную папку. Кивнув, удалился.

«Хм, бумага. Но столько-то зачем? На полсотни лет хватит такого запаса…»

В дверь снова постучали, выбив задорный мотивчик. Показалась голова гоблина:

– К вам посетитель, господин инспектор.

«Что за посетитель в первый день работы нового отделения!»

Турни исчез, и, открыв пошире дверь, в комнату вплыла благообразная тучная старушка.

Дама долго устраивалась в предложенном кресле, теребила маленькую яркую сумочку, поправляла прическу, пару раз шумно высморкалась. Когда она достала косметичку и, вытянув маленькое зеркальце, принялась изучать древний прыщик на носу, я не выдержал:

– С чем пожаловали…

– Госпожа Гридор! – неожиданно живым и мощным голосом подсказала старушка.

– С чем пожаловали, госпожа Гридор?

– Мою кошку заколдовали, – шумно высморкавшись, заплакала госпожа, – мою прекрасную, породистую девочку, редчайший цвет, а какие зубки…

Я вздохнул. Кому придет в голову заколдовывать несчастное животное?

Госпожа Гридор принялась причитать, повышая с каждым словом голос. Шумно кашлянув, обратил на себя внимание:

– Какие признаки… кхм… злостного магического вмешательства?

– Девочка форму потеряла…

– Раскатали в блин? – предположил.

– Нет! – шумно высморкавшись, старушка продолжила: – Мы вчера посетили доктора, и, представляете, Мартушечка поправилась!

– Съела лишнего…

– На двести грамм! – завопила госпожа Гридор. – Целый день бегает за мной, просит кушать. А животик, чудный животик, он растет!

Я закашлялся. Действительно, найти виновника приключившейся беды не просто, все-таки любой дворовый кот-бродяга мог наведаться в гости…

Через минуту, справившись с нахлынувшим приступом кашля, я, стараясь сдержать прорывающиеся смешинки, мягко уточнил:

– А что вы хотите от управы?

– Наказать виновных!

Булькнув, представил живописную картину: гоблин тонкой палочкой лупит матерого уличного кота, приговаривая: «Не смотри на породистых!»

– Э-э-э… – задумался.

Госпожа Гридор, напустив возмущенный вид, строго принялась бурчать:

– Господин инспектор, я свои права знаю и блюду, и посему требую составить протокол!

Вздохнув, я достал из толстенной папки чистый лист и принялся за работу…

Отделавшись от назойливой старушки, попал в цепкие ручки старичка, который, брюзжа, принялся требовать справедливости. Мерзкие соседи, по его словам, днями и ночами занимаются одним делом – портят жизнь гражданину свободного города путем сглаза, порчи и других вредных магических действий. Также тщедушный дедок посоветовал наказать владельца лавки защитных амулетов от поименованных действий. И дабы восстановить справедливость, передать лавку в его, дедка, надежные лапки. Вздохнув и вспомнив статут «О вспомоществовании гражданам…», подвинул лист и стило старичку. После прошлого протокола сил писать не осталось…