Верхняя Москва. Русский блицкриг - Анатолий Матвиенко

Алиса обернулась к Мартику.

– Твоя очередь. Посмотрю, что тебе прививали воины ислама. Графская светлость пусть думает, каким образом я сунула в его карман разовый защитный амулет, сожравший первую пулю, а он не почувствовал изменения магического поля.

Через четверть часа издевательств она вынесла печальный вердикт:

– Мальчики, ваш боевой уровень настолько низок, что фактически обучение нужно начинать с азов. Не мастер-класс вам нужен, а начальный, ясельная группа. У Богуслава в виде преимущества имеется сенситивность, в остальном дистанция между тренированным воином и вами огромна.

Мартик глянул на княжича с некоторым злорадством. Видела бы их Ангин, постоянно ставившая Богуслава в пример.

– Но раз уж мы здесь, я немного поучу наследника магическому сканированию пространства и нескольким стандартным приемам. Мартику покажу пользование боевыми амулетами. А так – добро пожаловать в армию, упал-отжался, и постепенно вверх по ступенечке… Иного никто не изобрел.

К концу занятия их отыскал помощник дежурного по КПП.

– Его светлости записка.

Алиса проверила – магической, электрической и химической активности бумажка не несет.

«Дорогой Богуслав-Дмитрий! Нужно поговорить три минуты по поводу артефакта на горе Арарат. Борода».

– Твою ж налево и об колено… – О неприятном попутчике из Тайной Москвы в Каракорум он хотел забыть навсегда. Но тут вырисовывается прозрачный намек. Нули знает, что Дмитрий Федоров, крупно напакостивший в Кыргызстане, в действительности является членом княжеской семьи. Разглашение сего факта крайне не своевременно. Бородач собирается шантажировать? Тогда его проще ликвидировать, но для начала все разузнать. – Приведите его сюда. Учтите, он может быть опасен и недружественен.

Пока вели Бориса, Богуслав отослал армянина.

Самозваный бог, пребывающий в том же облике, что и на базаре – мутанта нули, не пытался изобразить доброжелательность или устроить виртуальное рандеву с умершим родителем. Едва приблизившись и подозрительно зыркнув на даму-полковника, он взял быка за рога.

– Вам известно об артефакте близ Большого Арарата. Там – бункер. Я не смогу проникнуть внутрь без помощи Богуслава и других мастеров ворожбы. Оборудование бункера не подчинится вам без контакта с моей аурой.

– А мы рискнем. Если даже ничего не получится, Русь тысячу лет обходилась без бункера.

– Так значит захват Южной Армении – не ради него? М-да, частенько я ошибаюсь в последнее время, – мутант оценивающе глянул на Алису, способную в любую долю секунды врезать чем-то убийственным, и на Богуслава, чьи глаза не сулили ничего хорошего. – Тогда более сдержанное предложение. Я появлюсь, когда вы приступите к вскрытию запоров. Надумаете воспользоваться моими услугами – присоединюсь.

– Ладно, – неожиданно легко согласился Богуслав. – С одним предварительным условием. Ты расскажешь, каково его назначение.

– Если бы вы не сбежали от меня, юноша, знали бы гораздо больше. Но не будем ворошить ту историю. Бункер – резервный пост управления миром. Я потерял к нему доступ.

– Алиса, знакомься. Борис считает себя низвергнутым богом Родом. Я согласен, такое заявление достойно ВИП-палаты в московской дурке. Но он действительно обладает интересной информацией. Поэтому уговор в силе, а напоследок единственный вопрос: что ты собираешься делать внутри бункера?

– Узнать состояние дел по восьмому глобу. Да-да, тому самому. Убийце Ярослава.

Богуслав кивнул и подозвал конвойных из наряда по КПП. Борода попрощался и показал глазами на Алису.

– Не вовлекай лишних людей. Разве что сестру, она и так много что слышала. Знание о глобах для большинства преждевременно.

Проводив задумчивым взглядом мутанта, княжич извинился перед полковником и срочно связался с теткой. Заодно предпринял некоторые шаги, чтобы наступление на юг не отложилось ни на один час.

Пограничный Арташат встретил непрошеных гостей на рассвете после того, как транспортер бронированным рылом снес небольшую баррикаду на границе с Османской империей, формально причислявшей Юго-Западную Армению к своим владениям. Мартик приник к пыльной оптике БТРа, рассматривая места юности. Повернув перископ на правый борт, он поманил Богуслава.

– Ара, обязательно гору надо отобрать.

Княжич глянул вправо через прицел.

– Большой Арарат? Не вопрос. Но он и так у мусульман.

– Слушай, мы разные. Арарат должен быть у армян. И Большой, и Малый.

Богуслав усмехнулся:

– Скажи, будущий губернский глава, кто тебе ближе – турецкие единоверцы или армяне-христиане?

– Вах! Конечно, армяне. Их можно обратить в нашу веру, а турка в армяна никак не превратишь.

– Допустим. Но ты поносишь христиан, мешаешь их с дерьмом по любому поводу. А ведь вся ранняя история Армении – христианская.

– Не понимаешь, да? Армяне – старейшая кавказская нация. Мы имели цивилизацию задолго до рождения и Христа, и пророка Мухаммеда. А потом приняли истинную веру.

Поместье Саакянов, скорее небольшой дворец, охранялось гарнизоном Мурзы без единого сенситивного бойца.

– Хотел мастер-класс, воин? Иди за мной.

Алиса, упакованная в бронежилет, увешанная оружием и заклятиями, вышибла входные ворота во дворик. Богуслав испытал настоящий восторг, глядя на ее действия. Чередуя заклинания с автоматным огнем и выстрелами из подствольника, полковник прошла через оборону боевиков как нож сквозь масло, не получив в защиту ни единого попадания. Ученик, ступая в двух метрах за спиной, только подчищал. Через пару минут наместник Мурзы в одном белье, как его подняли с постели, хлопнулся на холодные ступеньки парадного крыльца.

– Мартик, тебе виднее как местному. Казнить публично или оторвать голову, предъявив ее людям? – Сарказм в словах Богуслава услышал бы и мертвый, но только не кавказец, дотянувшийся до врага.

Убедившись, что пленник – не армянин, Саакян потянулся за пистолетом.

– Первый тест на соответствие должности губернатора тобой блестяще провален. Пойми, друг, или как у вас говорят – цава танем, ты пришел сюда не кровную месть разводить, а вершить справедливость именем Русского княжества. Надо быстро выяснить, что сей орел успел натворить, а жалоб наверняка наберется выше крыши, судить его военно-полевым судом… И даже тогда не смей стрелять сам. Присутствовать на казни будешь со скорбным ликом, сожалея, что иного выхода нет. Иначе армяне подумают плохо. По-старорусски это называется: «боярин до крови охоч».

Изумленный Мартик сунул ствол обратно в кобуру, глядя, как солдаты уводят наместника нахиджеванских бандитов, а впечатление от прочувственной речи княжича Алиса испортила единственной репликой:

– Ну, шлепнули бы урода при штурме и попытке сопротивления – всех делов-то.