Жнецы суть ангелы - Олден Белл

Темпл встала, отодвинула щеколду и открыла дверь настежь. Сделав два шага, остановилась над сгорбленной фигурой и вытащила кукури из ножен.

— Иногда человек устает размышлять о сути добра и зла. Бывают времена, когда ты совершаешь действия, не задумываясь об этом. Это время без осмысления поступков безвозвратно уходит. И тогда дьявол, достав свой карандаш, начисляет тебе очки. Ты успокаиваешь себя: ну что изменит убийство в погибающем мире? А затем ты обреченно говоришь: да ладно, пусть моим домом станет ад.

Она подняла над головой непальский нож и с силой опустила его вниз.

* * *

Перед тем как подняться в библиотеку, она зашла в гостиную, где в кресле у окна сидел связанный Мозес Тодд.

— Ты все-таки решила прикончить меня? — спросил он.

— Нет. Я просто хотела спросить тебя кое о чем.

— Спрашивай.

— Ты когда-нибудь задавал себе вопросы — я имею в виду чрезвычайно важные вопросы, — на которые тебе не удалось найти ответы?

— Конечно, такое бывало.

— Я говорю о вопросах, которые преследуют тебя годами.

— Я понимаю, о чем идет речь.

— И как ты разбирался с ними?

— Почти никак, — пожав плечами, ответил Тодд. — Со временем некоторые ответы приходят сами собой. О других вопросах ты просто забываешь. А остальные продолжают накапливаться.

— То есть ты не можешь дать мне совет.

Мозес улыбнулся, поджал губы и всосал в себя воздух. У него получился забавный звук, как будто метлой провели по цементному полу.

— Перестань шельмовать, малышка. Мы оба понимаем истину. Когда ты выйдешь из этого дома под широкое синее небо, ответы будут везде, куда бы ни упал твой взгляд. Почему, по-твоему, ты так рвешься в дорогу?

— Я убегаю от тебя.

— Нет, ты не убегаешь. По крайней мере, спешишь не так быстро, как могла бы. Ты просто знаешь, что ответы можно найти только там — на воле. Пусть ты пока не отыскала их, но твое понимание мира уже превысило тот уровень, на котором находится большинство людей.

Затем выражение его лица изменилось. Он прошептал, как мерзкий заговорщик:

— Если хочешь, развяжи меня, и мы посмотрим, какие ответы придут к тебе, когда я сдавлю своими пальцами твою тонкую шею.

Темпл резко вскочила на ноги. Она хотела дать ему пощечину, но ей было противно касаться его колючей бороды.

— Увидимся позже, Мозес.

— Я рассчитываю на это, малышка.

* * *

— Ты выполнила мою просьбу? — спросил Джеймс, когда она вошла в библиотеку.

— Да, все уже сделано.

Он походил на высохшее дерево, лишенное всех соков.

— Тогда уезжай.

— Ты присмотри за Мозесом немного, пока я не уеду. Мне не хотелось бы давать ему повод для плохих идей.

— Хорошо, я пригляжу за ним.

Темпл повернулась, чтобы уйти, но Джеймс, переместившись на край кушетки, окликнул ее:

— Послушай, подожди. Позволь мне сказать еще пару слов.

— Что такое?

— Я должен высказать это кому-нибудь… Сегодня ночью я потерял своего отца.

Она посмотрела на его поникшую фигуру, на печальное лицо, обрамленное темными волосами, и ей стало понятно его состояние.

— Ты справишься, Джеймс. С тобой все будет в порядке. Каждому дому нужен мужчина. Ты теперь старший.

— Да, — прошептал он, кивая головой.

Другого утешения у нее не нашлось. Она открыла дверь, переступила порог и вдруг вспомнила кое о чем: о клочке бумаги, который глупыш достал из кармана. Она остановилась на мгновение. Одна часть ее ума советовала не копаться в чужих делах. Но другая часть тоже имела свое мнение. Темпл вернулась к Джеймсу Гриерсону.

— Один вопрос, — сказала она, передавая ему записку. — Ты не мог бы прочитать это вслух?

Он с досадой посмотрел ей в глаза.

— Что тебе еще нужно?

— Тут текст, — ответила она. — Ты не мог бы объяснить, что там написано?

— Зачем?

— Ну… в качестве одолжения.

Он посмотрел на записку и прочитал:

«Привет! Меня зовут Мори. Я не обижу и мухи. Моя бабушка любит меня. Она хотела бы заботиться обо мне вечно, но у нее больное сердце. Наверное, она скоро умрет. У меня имеются родственники на западе. Если вы найдете меня, не могли бы вы сделать доброе дело? Отвезите меня к ним. Благослови вас Бог! Адрес моих родственников: Джеб и Дженни Дюшан; 442 Хэмилтон-стрит; Пойнт-Комфорт, штат Техас».

— Проклятье! — прошептала Темпл.

Вот так и сужаются пути людей, посмевшие искушать судьбу. Она подумала о Малкольме, о железном гиганте, о величественных сооружениях людей, которые канули в Лету. Внутри нее кипела злоба, не менее лютая, чем у демонов или зомби. Голос Бога говорил цветами и пением птиц, но только не с ней. А ведь она могла бы уехать налегке и больше ни о ком не заботиться.

— Ладно, — со вздохом сказала она. — Ты не мог бы повторить мне адрес?