Тайна перламутрового дракона - Вера Эн

Арве заявился с чистосердечным признанием сразу едва только Хедин объявил розыск вредителя, испортившего изготовленное для похода оружие.

— Веселенькое дело! — слегка опешил Хедин, уверенный в совершенно другой кандидатуре. — И можно узнать причину сего действа?

Арве передернул плечами.

— Я всегда Эда терпеть не мог! — заявил он. — А тут случай насолить представился!

Хедину оставалось только порадоваться, что в этот момент в командирской комнате

кроме него и Арве никого не было. А чтобы ничего и не изменилось, он встал и запер дверь на засов. Потом вернулся за стол и с интересом посмотрел на собеседника. Он ни на мгновение Арве не поверил.

— То есть ты ждал момента, когда изобретенное Эдриком оружие будет взято армелонской армией в собственность, чтобы оставить себя и своих товарищей без прикрытия? — поинтересовался Хедин.

— Когда смог, тогда и добрался! — буркнул Арве и отвел взгляд. — Джемма попросила этому хлюпику ключ передать, ну я и решил воспользоваться ситуацией.

— Ага, значит, вынести дверь ты как ящер не мог, а вот механизмы аккуратно поломать — это пожалуйста? — Хедину очень хотелось подловить Арве на лжи, потому что тот явно не представлял себе, на что подписывался. И какое наказание грозит за подобный проступок.

— Если бы я вынес дверь, твой брательник мигом бы догадался, что к чему! — зло заявил Арве. — А так, говорят, знатное было представление. Жалко, что я его пропустил!

Сдаваться он явно не собирался. И Хедину, наверное, стоило порадоваться, что Арве наконец научился ответственности, да только время для явления ее миру он выбрал уж больно неподходящее. В свете потери невидимого разведчика и неудачной демонстрации механического оружия остаться в походе на кочевников без дракона Хедину совсем не хотелось.

— Ты знаешь, что за такое преступление тебя посадят лет на двадцать, и то в случае личного ходатайства главнокомандующего? А в отсутствие оного с удовольствием вздернут на Главной площади или, памятуя о драконьем происхождении, закидают камнями?

Арве чуть заметно вздрогнул: нет, этого он явно не предусмотрел.

— За деревяшки! — презрительно фыркнул он, будто бы не веря Хедину.

— За вредительство просто выгнали бы из города, — напомнил Хедин. — Но твой поступок нынче легко трактовать как работу на врага, а это, извини, смертная казнь без особых разбирательств.

Арве с полминуты молчал, принимая решение, и Хедин заранее знал, каким оно будет. Ох уж это мальчишеское благородство и бесстрашие! Отдать жизнь за любимую! А Хедину за этих идеалистов недоделанных ответственность на себя брать. И грех на душу!

— Джемма! — отрезал он. — И не пытайся меня переубедить. Я лучше тебя знаю, на что эта девчонка способна.

Арве вскочил с места, сверкнул глазами, словно собираясь оборотиться и сожрать командира вместе с потрохами.

— Не нарывайся, Хед! Я пока с добром к тебе пришел! Но если ты Джемму опозорить решишь!..

— Сядь! — Хедин хмыкнул и покачал головой. Арве, однако, подчинился без единого возражения. Хоть это радовало.

— Я на своем буду стоять! — пробурчал Арве, прожигая взглядом стол. — Даже если Джемма скажет, что это она виновата! Ключ у меня! И я могу показать все то, что сделал, чтобы Эд облажался. И повод у меня…

— Смотри-ка, как ты в нашем деле под натаскался, — весело проговорил Хедин. — Хоть к себе в отряд бери. Если с эшафота тебя вытащить получится.

Арве изумленно уставился на него. Хедин вздохнул и неожиданно даже для самого себя потер руками лицо.

Он сам заварил эту кашу. Промолчал бы на смотре, предоставив Эду право самому разгребать собственные промашки, и в ус бы не дул. Но он слишком хорошо понимал, что в битве с кочевниками подобное оружие может спасти сотни жизней, и не мог позволить себе подставить своих ребят в угоду ревности. А ведь не поднимись вопрос о вредительстве, отец зарезал бы Эдриковы изобретения. Обязан был это сделать! И Хедин чуть поторопился с выступлением, не успев сходу вычислить преступника. А когда все свелось к Джемме, схватился за голову. Ночь не спал, пытаясь придумать, как отвести от нее подозрения: ну да, сорвалась девчонка из обиды на дружка-предателя, что ее теперь за это — в тюрьму сажать? Злоумышленница малолетняя! А ему, кровь из носу, надо предъявить народу преступника.