Факультет некромантии. Выживут (не) все - София Чар

Наемница появилась на его горизонте буквально через несколько недель после того, как папочка простил законного сына. Того самого, которого он на целое столетие упек в темницу за бунт.

Прошло много времени, владыка успел немного остыть и теперь почти раскаивался в том, что поспешил с решением. Да, бастард, конечно явился вовремя, помог укоротить строптивого наследника трона, но называть его новым кронпринцем было слишком уж поспешным решением.

Конечно можно было его сместить, но народ бы этого не понял. Новый кронпринц оказался неожиданно ответственным и умным парнем. Не в пример отцу и брату, едва не развалившим страну.

Владыка это прекрасно понимал и не рисковал действовать так топорно. За время правления он так и не сумел в полной мере поймать пульс своего народа, своей страны. Но при этом он научился замечать, когда стоило затаиться, не раздражать этого могущественного зверя.

– Хитрозадый урод… – поднеся стакан к губам, пробормотал он и все же оглянулся к женщине.

Смерил ее взглядом и чуть прищурился. Эльфийка была хороша. Особенно сейчас, с откровенно ненавидящим взглядом и заострившимися чертами лица. Это было куда лучше той кукольной маски, с какой Лутинэль показывалась ему на глаза до этого.

– Даже как-то обидно, что меня считают настолько болваном. – Отставив стакан, мужчина неспешно приблизился к постели. – Лу-Тин, лучшая и самая известная из наемных убийц с крайне интересной историей. Предполагалось, что я такой болван, что не знаю тебя в лицо?

Скривившись, будто хотела плюнуть в несостоявшуюся жертву, Лу-Тин только вскинула руки, требуя развязать.

– Заказ прогорел.

Хмыкнув, Най не стал возражать. Болтуном он никогда не был и не жаждал получать ответ. Именно поэтому небрежно полоснул когтем изогнутого кинжала, появившегося из рукава широкой одежды, по веревкам. Едва те опали, Най отступил и сложил руки за спиной.

Приглашать убраться ее не пришлось. Едва получив свободу, эльфийка змеей скользнула к двери, захлопнув ее за собой. Уже через мгновение о ней напоминала только нотка сладкого парфюма и мятая простыня.

– И не стыдно? Ты ведь едва не изменил дорогой супруге, убив другую!

Преувеличенно трагичный мужской голос со стороны окна вынудил Найстиэля закатить глаза.

– Тебя мне только не хватало…

Обернувшись к брату, он только бесконечно терпеливо вздохнул. Вид придурковато улыбающегося Кирана, планомерно опустошающего бутылку коллекционного спиртного обрадовал мало.

– Конечно не хватало! – жизнерадостно воскликнул Киран и резко поднялся с места, мгновенно посерьезнев.

Шутки закончились, пришло время говорить о деле.

– Най… Зачем бы ты сюда не явился – подумай, прежде чем творить. Ты же столько лет хотел помириться с Анькой.

Выслушав брата, Найстиэль только медленно кивнул и будто невзначай отошел в сторону, открывая дорогу к двери.

– Я пришел, как глава комиссии. Не больше и не меньше.

Отставив бутылку, Киран внимательно посмотрел на брата. Привычно невозмутимый и собранный, демон казалось ни на йоту не изменился в лице, но Киран отлично знал своего братца.

– Упертые бараны… – только и ругнулся Киран и все же не стал задерживаться.

Оттолкнувшись от подоконника, мужчина быстрым шагом направился к коридору.

– Ах да… – остановившись в двери, Киран резко щелкнул пальцами. – Только что был с Анькой на погосте. Ну, там, где убили мастера Горика. И вот-те раз, на нас вдруг напала какая-то неведомая тварь. Ее не взяли пульсары, она нас немного погоняла, оставила пару пятен зеленой слизи и исчезла. Только плащик и остался. Странный такой плащик. Тварь скакала, как ужаленный кузнечик, но даже капюшон не слетал. Чисто приклеенный… Не видел такой?

Судя по тому, как дернулась щека обычно невозмутимого Найя – видел. Очень даже видел. И мог бы многое рассказать. Но предпочел смолчать и, взяв себя в руки, пожать плечами.

– Мало ли какая тварь могла забрести на погост некромантов. Это дело обычное…

– Да?.. Ну пускай, – криво усмехнувшись, Киран развернулся на пятках, чтобы все же скрыться за дверью.

Кажется, дело было куда сложнее. Раз Най так яростно упирался, значит ему было что скрывать. Не мелочи, а что-то настолько глобальное, что пускать это на самотек не стоило.