Шпаргалка для некроманта - Дарья Сорокина

Юноша перечитал горы старых фолиантов, пока не нашел простой ритуал крови. Брат оставил книгу в комнате Натт, надеясь, что сообразительная девочка разберется во всем, а демон не почует подвоха. И она смогла! Самолично избавилась от паразита, связав его проклятием. Но даже после освобождения от власти духа Натт не стала счастливее, а лишь больше замкнулась в себе.

Через пару часов Квелд остановил фургончик и заставил сестру поесть. Натт сначала упиралась, но едва брат открыл пару коробочек, которые собрал повар семьи Мёрке, как девочка сдалась и с удовольствием запустила зубы в сочный мясной рулет, запивая его горячим чаем. На какой-то миг ей даже почудилось, что они сидят не в фургончике, а дома. Она с удовольствием облизала пальцы и блаженно прикрыла глаза. Дуться на брата больше не было желания, по телу разливалось приятное тепло, а в повозке все еще витал аромат травяного чая.

– Как зовут того студента-некроманта? – небрежно спросила Натт, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно равнодушнее.

– Имя не помню. А вот фамилия его на слуху: Форсворд, – оживился Квелд.

– Это не те самые Форсворды, которые находятся на службе у наместника западной провинции? – поинтересовалась Натт.

– Да вроде они.

– Тогда неудивительно, что их сынок прохлаждается в академии все лето. Его же явно сослали куда подальше. Хотя не проще ли было держать свое чадо поближе, в академии Штернвест, например? – хмыкнула Натт.

– Тэнгляйх – лучшая академия в стране, – твердо заявил Квелд, но в глубине души он был согласен с сестрой.

Очень похоже, что высокородная семья сплавила ребенка с неугодным даром в соседний регион. Даже удивительно, что отпрыск Форсвордов не отправился учиться за море. С глаз долой…

– Ага, как же! Именно поэтому, а не из-за того, что он адепт смерти. Но мне уже нравится этот Форсворд. Так и быть, попробую завести с ним знакомство, – снизошла юная Мёрке.

Квелд едва сдержал улыбку от напыщенного тона младшей сестры. Его изрядно утомила дорога, да и бессонная ночь давала о себе знать. Тревога за Натт вкупе с собственными переживаниями свели его попытки уснуть на нет, и теперь усталость навалилась с утроенной силой.

– Слушай, Натт, ты вроде говорила, что могла бы доскакать до Тэнгляйха в одиночку? – припомнил юноша.

– Говорила, а что?

– Я бы вздремнул полчаса. Дорога будет прямая еще очень долго, последишь немного? – попросил Квелд, и девочка с радостью взяла у него поводья.

Ей нравилось править лошадьми. Конечно, с верховой ездой это было не сравнить, но ощущения того, что целая повозка находится у тебя под контролем, были непередаваемые. Несколько раз мимо них проносились экипажи, и девочка гордо приосанивалась, встречаясь взглядами с кучерами.

Постепенно становилось темнее. В северной провинции, откуда были родом Натт и Квелд, вечер наступал рано, но, в отличие от других регионов, ночи в Форкелелсе не были непроглядными. Заснеженные пики гор, словно гигантские фонари, дарили округе тусклое сияние. Иногда девочке хотелось настоящей черной ночи с небом, усыпанным звездами, но здесь оно всегда было затянуто белесой пеленой.

Натт задрала голову вверх. Без изменений. Она обязательно наведается в зал астрономии в Тэнгляйхе и рассмотрит ночное небо во всей красе! Может, даже в первый день по приезде попросит этого самого Форсворда. Наверняка он за лето уже излазил весь замок вдоль и поперек.

На сердце стало веселее, и девочка понемногу расслабилась. Ей все еще было стыдно перед братом за свое поведение, и она решила не будить его, когда дорога вывела их фургончик к большому указателю. Натт без труда нашла направление на Тэнгляйх и свернула с центрального тракта. Как назло, по обеим сторонам дороги раскинулось кладбище. Она сильнее сжала поводья и старалась не обращать внимания на оживившихся духов.

Среди них были в основном неупокоенные: одни желали мести, другие соскучились по родным, которые в одночасье перестали посещать могилы. Девочка еще не научилась полностью закрывать свой разум от непрошеных гостей и потому перепугалась, когда призраки накинулись на нее со своими просьбами. Они не желали некромантке зла, а лишь умоляли о помощи. Натт не заметила, как из ее глаз потекли слезы от печальных историй, которые нашептывали ей духи. Она принялась вытирать лицо рукавом и случайно выпустила поводья, когда фургончик подскочил на очередной кочке. Лошади явно нервничали, оказавшись на земле мертвых, а почувствовав внезапную свободу, понесли.

– Квелд! – закричала Натт.

Брат тут же бросился на подмогу. Он пытался магией успокоить взбесившихся скакунов, но они не слушались его.

– Ухватись за что-нибудь и держись крепко! Не знаю, что это на них нашло, – растерялся брат и продолжал колдовать.

Юная Мёрке вцепилась в каркас навеса фургончика и зажмурилась. От нее уже ничего не зависело, вся надежда была только на брата.

Повозка неслась все быстрее, и лошади вдруг стали сильно забирать вправо. Фургон начало кренить, и на девочку скатились сумки и сундуки. Натт прижало к бортику, и она едва не взвыла от боли, когда на ногу навалился бочонок с водой. Центр тяжести заметно сместился влево, и Натт почувствовала, как два правых колеса оторвались от земли. Всего через мгновение повозка рухнула на бок, и девочка выкатилась наружу. Она пролетела несколько метров, сдирая в кровь локти и коленки.

Когда Натт наконец решилась открыть глаза и осмотреться, то увидела, что лежит на плите старого надгробия. Она попыталась встать, но камень под ее ногами треснул и начал стремительно осыпаться. Натт не успела ни отпрыгнуть, ни схватиться за уступы и провалилась в темную яму, слишком глубокую для обычной могилы.

Холодная ладонь нежно гладила Натт по голове. Сквозь звон в ушах девочка слышала не то женское пение, не то плач. Она попыталась разобрать слова, но так ничего и не поняла. Юная некромантка открыла глаза – со всех сторон подступала темнота, и лишь откуда-то сверху тонким бледным лучом пробивался свет. Чья-то рука порхала у самого лица, а голос становился разборчивее:

Не дай ему случайно оступиться, м-м-м…

Девочка медленно вспоминала, как оказалась в этом мрачном сыром месте.

– Луны обманчив бледный лик, м-м-м…

Упущенные поводья, повозка, падение. Квелд…

– Квелд! – истошно закричала Натт и вскочила на ноги.

Ее перепуганный голос глухо отразился от сводов пещеры, куда она угодила.

– Квелд, – уже шепотом повторила Натт.

– Его здесь нет, – ответила незнакомка, прервав свои тоскливые завывания.

– Кто ты? Где мой брат? Где я нахожусь? – девочка дрожала от страха, глядя на размытое серебристое сияние перед собой.

– А ты осмотрись.

Натт обвела взглядом пространство. Свет, исходящий от грустной певицы, выхватывал из темноты земляные стены и потолок. Вокруг торчали старые серые кости и полусгнившие доски с ржавыми гвоздями. Сердце девочки забилось в ужасе. Словно почуяв ее страх, зашевелились и останки. Некоторые были настолько древними, что при движении превращались в муку и осыпались с потолка вместе с землей.