Игра титанов - Дмитрий Казаков

Тощий, совершенно голый мужик с лысым черепом осмысленно и злобно пучил глаза. На шее у него висело ожерелье из черепов, в одной руке была раковина, в другой – нечто похожее на сосульку. Фигурка маслянисто блестела, словно ее долго терли и полировали.

– Мяу… – удивленно сказал лежащий неподалеку от костра Рыжий, и толстый хвост его вопросительно изогнулся.

– Жертва! – важно сообщил Юрьян, заставив Рендалла вздрогнуть, после чего установил статуэтку около пламени.

Блики забегали по темному лицу, и стало казаться, что оно морщится, а глаза то открываются, то закрываются. Заблестели черепа, а раковина почему-то стала выглядеть белой, словно только что выпавший снег.

Юрьян встал, прокашлялся и затянул невразумительную, чудовищно заунывную песню.

– Ого… – только и сказал Олен, когда его спутник принялся кланяться вырезанному из дерева уродцу.

После дюжины поклонов Юрьян взял одну из полосок мяса, положил к ногам статуэтки. Кружкой зачерпнул немного из котелка, где варилась каша, вылил туда же. Пропел еще что-то, и на круглом лице появилось облегчение, что приходит к человеку, честно выполнившему свой долг.

– Севато акаи, – проговорил беловолосый, указывая на еду.

Тон его не оставлял сомнений, что теперь можно ужинать.

Олен осторожно взял кусочек черного мяса. На вкус оно напомнило постную говядину.

Пока жевал, думал о только что увиденном ритуале. Без сомнений, он наблюдал жертвоприношение. Вот только кому молился странный чужак с белыми волосами, так похожий и в то же время не похожий на человека? Среди богов Алиона не было такого, кто носил бы ожерелье из черепов. Даже Владыка Смерти Адерг не мог похвастаться таким украшением. Или в этих далеких, неведомо где находящихся землях поклоняются кому-то из Древних?

Слишком невероятно это выглядит…

Покончив с мясом, принялись за кашу, и вскоре котелок показал дно. Рендалл отправился к воде мыть его, а к тому моменту, когда вернулся, наступила настоящая темнота. Юрьян успел закутаться в одеяло, благополучно посапывал и посвистывал носом.

На очистившееся небо высыпали сотни ярких звезд, но Олен, подняв голову, не обнаружил среди них знакомых. В первый момент решил, что показалось, попытался отыскать Звездный Круг, который в состоянии увидеть пятилетний ребенок. Но черная высота оказалась лишена привычных созвездий, желтые, синие и белые огни располагались в беспорядке.

Исчезли Молот, Большой Крест и Лев, не сияли на своих местах Тарсиллуин и Аркаин.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Рендалл у лежавшего на земле Рыжего, и по спине его побежал холодок страха.

Непривычное солнце; воздух, не желавший лезть в горло; необычный облик Юрьяна; жертвоприношение неведомому богу; и небо, пугающе чужое, – и это может означать, что…

Доводить мысль до конца Олен не стал. Поспешно лег прямо на землю и закрыл глаза. Уже засыпая, услышал, как оцилан поднялся, зевнул и зашагал в сторону от стоянки.

Рыжий отправился на охоту.

Затем Рендалл провалился в череду ярких, но бессвязных видений… летал над огромным храмом… кружился в струях разноцветного пламени… разыскивал кого-то в узких и низких тоннелях…

Проснулся от того, что его укусили за нос, ощутил мохнатое прикосновение к щеке.

– Мяу… – очень тихо сказали в самое ухо. – Мяу… муррр…

– Что… – Олен оборвал сам себя, сдержал порыв как следует выругаться и дать оцилану хорошего пинка.

Если Рыжий ведет себя так, значит, есть причина.

Кот скользнул в сторону и пропал из виду. Стараясь не показывать, что не спит, Рендалл осторожно нашарил рядом ледяной клинок и огляделся из-под полуприкрытых век.

Юрьян сопел на том же месте, на кострище тлели угли. Ручей клокотал, полная луна заливала окрестности голубоватым светом. Темнели деревья в рощице, а вот трава к северу от нее шевелилась так, словно там кто-то полз, медленно, но уверенно двигаясь в сторону стоянки…

«Нападение? – подумал Олен. – Но кто из нас им нужен?»

Дальше на размышления не осталось времени. Зашуршало у него за головой, тень закрыла звезды. Рендалл ощутил запах рыбы. Напряг мышцы живота и резко перекатился в сторону. Свистнул воздух, и в землю, там, где он только что лежал, воткнулся тяжелый топор.

– Тревога! – заорал Рендалл во всю глотку, меч вылетел из ножен и полыхнул бело-синей молнией.

Краем глаза увидел, как Рыжий засветился и прыгнул навстречу вылезшему из ручья воину с мечом. Тот попытался уклониться, но не успел, и острые когти впились в лицо.

Вопль боли заставил ночную тишину удрать прочь. Плеснуло упавшее в воду тело.

Юрьян вскочил, точно и не спал, в его руках оказался клинок. А потом Олену стало не до того, чтобы глядеть по сторонам. Едва успел встать, как на него обрушился удар топора, затем еще один. Выяснилось, что уроженца Заячьего Скока атакуют сразу трое, и он закрутился, уходя от атак или отражая их.

Пропустил чужой меч рядом с боком и ударил по нему, выбивая из руки…

Отпрыгнул и тут же атаковал вновь, над самой землей.

Ледяной клинок вонзился в пах, и враг упал с судорожным хрипом.

Другой попытался зайти сбоку, но его достаточно отпугнуть, и опаснее всех третий, тот, что с топором, напавший первым…

– Зараза… – прохрипел Олен, когда тяжеленное лезвие разорвало рубаху и оцарапало плечо.

Вершком дальше, и разрубило бы плоть, раздробило кости.

Сам прыгнул вперед, ударил крест-накрест. Поднырнул под чужую руку и вонзил острие точно под мышку, туда, где не может быть никаких доспехов. Ледяной клинок вздрогнул, вонзившись в тело. По окровавленному лезвию побежали волны бирюзового свечения.

– Колдовство! – завопил третий из атаковавших Рендалла воинов и побежал прочь.

А Олен развернулся, чтобы посмотреть, что происходит с Юрьяном.

Звенели клинки, беловолосый отчаянно рубился с последним оставшимся врагом. Еще один лежал около кострища, разбросав руки, черная в свете луны кровь вытекала из разорванного горла. Довольный собой Рыжий сидел рядом и деловито умывался, стирая с морды багровые потеки.

Помощь пока не требовалась.

– Кто это хоть такие были? – пробормотал Олен, нагибаясь, чтобы рассмотреть убитого врага. Вздрогнул, обнаружив светлые курчавые волосы, острые уши и маленькие глаза. – Родственники его?

– Мяу. – Рыжий приподнялся и выгнул спину, по шерсти его побежали золотистые огоньки.

Противник Юрьяна поскользнулся, и тот блестяще воспользовался шансом. Ударил с размаха, и широкое лезвие с хрустом прорезало ребра, изо рта раненого хлынула кровь.

– Вот и все… – сказал победитель, тяжело дыша и вытирая мокрое от пота лицо.