Его Кукла - Ирина Горячева

— Ты, правда, думаешь, кто-то отвалит за тебя больше пятисот тысяч галаксов? — Её тонкая бровь иронично взлетает вверх. — Что ж, я не буду против. В любом случае ты достанешься тому, кто даст максимальную сумму.

Я успеваю лишь подумать о том, что где-то там в зале сидит мужчина с татуировкой на тыльной стороне ладони. Хочу спросить о чём-то ещё, но чёртова перегородка вдруг быстро поднимается.

— Встречайте! Лот номер одиннадцать! — хорошо поставленным голосом объявляет моё появление ведущий аукциона.

Охранник, не церемонясь, разворачивает меня лицом к залу и грубо толкает в спину. Я вываливаюсь на некое подобие сцены, поднимаю глаза и чувствую, как кровь приливает к щекам.

В зале, как и говорила Мадам Кира, находятся несколько десятков мужчин. Невольно пробегаю взглядом по рядам кресел в поисках того, кого видела в своих снах. Однако найти и узнать его среди остальных покупателей мне не удаётся.

Присутствующие в зале мужчины выглядят практически одинаково. На каждом из них чёрный плащ в виде накидки и красная маска, полностью скрывающая лицо…

— Начальная цена триста пятьдесят тысяч, — начиная торги, громко произносит ведущий.

По залу мгновенно проносится недовольный ропот вперемешку с нецензурной бранью.

— Вы тут совсем обурели, что ли?! — выкрикивает потенциальный покупатель в самом последнем ряду. — Эта девка не стоит и трети такой суммы!

— Триста шестьдесят… — Один из покупателей с длинной рыжей бородой, виднеющейся из-под маски, всё-таки решается предложить свою цену.

Первый мужчина встаёт со своего места и, молча плюнув себе под ноги, демонстративно выходит из зала.

— Триста шестьдесят пять! — тут же перебивает ставку другой посетитель.

— Четыреста! — не желает уступать рыжебородый.

Я обхватываю себя руками, стараясь хоть немного унять дрожь. Но ведущий тотчас ударяет меня по рукам коротким кожаным хлыстом.

Вскрикиваю не столько от боли, сколько от неожиданности и растираю то место, куда пришёлся удар.

— Да за такие деньжищи я могу целый год трахать лучших шлюх из столичного Дома утех! — Среди покупателей почти сразу находится новый недовольный. Полный мужчина, что сидит слева. — Нет, я пас!

Он поднимается и вслед за первым недовольным покидает зал.

Но его кроме меня, кажется, уже никто не замечает.

— Пятьсот… — Выкрикивает кто-то из зала.

— Пятьсот десять! — раздаётся другой голос.

— Пятьсот тридцать…

Кажется, мир окончательно сошёл с ума. И у меня начинает кружиться голова.

— Пятьсот пятьдесят, если она и впрямь невинна!

Мне становится совсем нехорошо. Сцена, зал и люди — всё расплывается перед глазами.

Я даже не пытаюсь сопротивляться, когда ведущий в погоне за новой, более высокой ставкой подходит ближе и рывком расстёгивает молнию на моём платье.

Облегающая ткань разъезжается, обнажая грудь, живот и полупрозрачные, ничего не прикрывающие шорты.

Я ещё не поднимаю руки в попытке прикрыть наготу, а уже получаю новый удар хлыстом. На этот раз болезненный настолько, что я беспомощно всхлипываю, хватая ртом воздух.

— Шестьсот, мать вашу! — Один из мужчин вскакивает с кресла и быстрыми шагами направляется в сторону сцены. — Шестьсот тысяч грёбанных галаксов! И, клянусь, я убью на месте любого, кто рискнёт предложить больше!

Однако он зря беспокоится.

В зале царит молчание…

Похоже, в шоке пребываю ни я одна.

— Продано за шестьсот тысяч галаксов! — едва ли не подпрыгивая от радости, сообщает ведущий.

Мужчина, только что купивший меня, отталкивает его прочь.

Он быстро застёгивает молнию на моём платье, снимает свой плащ и ловко набрасывает мне на плечи, укрывая от чужих взглядов. Затем, будто опомнившись, поворачивается к ведущему.

— Мой управляющий уже перевёл всю необходимую сумму. Можете связаться с Мадам Кирой и убедиться.

Мой новый «хозяин» подхватывает растерянную меня на руки и, спустившись со сцены, направляется к выходу из зала.

И только когда мы оказываемся на улице, я вдруг соображаю, что на руке мужчины, купившего меня, нет той татуировки, которую я недавно видела.