Право истинной невесты - Ольга Силаева

- Я в тебе не ошибся, - тихо-тихо сказал он. - Как жаль.

- Что жаль? - прошептала я.

- Что ты - не она, - просто сказал Фрэнсис. - Что у тебя нет ничего, что нужно мне. Из какой бы семьи ты ни была, власть сосредоточена не в твоих руках, да ты бы её и не получила раньше, чем через двадцать лет.

- А тебе настолько нужна власть?

- Конечно. Мне нужен статус. Мне нужны возможности. Выбраться из грязи я могу и сам, но до высшей ступеньки самому мне не добраться.

Его лицо застыло. Фрэнсис прекрасно знал и представлял, чем придётся заплатить за эту ступеньку, но отступать не собирался.

Он поднялся, и его лицо стало жёстким.

- Я иду к своей цели. И ты для меня бесполезна.

Я вскочила вслед за ним. Мы стояли друг напротив друга, сжав кулаки. В десяти шагах от нас волны плескались о берег, но мне казалось, что сейчас мы стоим на вершине скалы, а вокруг дует пронизывающий ветер.

- Ты идиот, - чётко произнесла я. - Риния, которая покупает тебя вот так, за деньги и дорогие машины, поступает подло, жестоко и... неправильно! Так нельзя!

- Нет? - Его брови взлетели. - Но так делают все. Почему не она?

Я открыла рот. И закрыла. В клане Равьер, насколько я знала, так не поступали, но бабушка и впрямь сменила шесть мужей. Кто знает, при каких обстоятельствах?

Фрэнсис усмехнулся:

- А избавиться от меня она не захочет. Я буду ей очень, очень полезен. И не в постели. -Он окинул меня злым, насмешливым взглядом. - Впрочем, что ты в этом можешь понимать?

Его скулы были напряжены, губы побледнели. Он выталкивал эти невозможные слова одно за другим, и я вдруг поняла, что не верю ему ни на йоту. Да, он решил продать себя высшей ринии, но ему было тяжело рвать со мной. Тоска, которая уже мелькала в его взгляде, вернулась, и в этот раз я была уверена, что мне не показалось.

- Вернись, - прошептала я. - Пожалуйста. Ты же не хочешь этого делать, я вижу, что ты колеблешься!

Фрэнсис молчал. На одно мгновение, на одно невозможное мгновение я поверила, что он передумает. Что он. плевать, пусть он не останется со мной, но он вернёт этот проклятый спорткар и его сердце будет принадлежать только ему самому.

- Дура, - очень спокойно сказал он.

И пошёл прочь.

Я не смотрела ему вслед. В голове звенели, гремели, перекликались слова бабушки: «Ты можешь представить, чтобы ринию оскорбил возлюбленный? Назвал её дурой, например?»

Даже рёв спорткара не заставил меня обернуться.

Волны по-прежнему накатывали на берег, и мои туфли валялись в отдалении, сброшенные так же небрежно, как и два дня назад. А на песке лежал забытый пиджак, который выглядел уютно и знакомо, и...

По щекам полились слёзы. Я с трудом удержалась от рыданий.

Нет. Я Кора Равьер. Я не могу плакать. Наследница клана должна уметь сохранять лицо.

.Но, может быть, он вернётся? Хотя бы за пиджаком. Или положит мне руки на плечи, коснётся носом макушки и скажет: «Прости». Только это.

Как глупо с моей стороны так думать. Наверное, я так и не стану настоящей ринией.

А ведь я могла признаться ему. Могла сказать, кто я, назвать имя клана, открыть, что я -младшая внучка легендарной Теры Равьер. Но какой смысл? Зачем, если бабушка права и Фрэнсису нужны лишь власть и деньги?

Я села на пиджак и обхватила руками колени. Лицо Фрэнсиса стояло перед глазами в мельчайших деталях. С сияющими глазами, улыбкой. взглядом, в котором сквозили нежность, восхищение, принятие, понимание. Чувства, которые невозможно изобразить.

Увижу ли я его снова?

Я сидела на берегу, пока не стемнело. Но он так и не вернулся.