Наследство - Екатерина Оленева

Ветер налетал жёсткими порывами, трепал вывески, ветви деревьев, одежду и волосы – словом, всё, до чего только мог дотянуться. Хотелось поскорей найти надёжное укрытие, но Кора, как назло, никак не могла вытащить мобильник из сумочки. В ней оказалось слишком много складок и лишних предметов – нужно будет провести генеральную ревизию и выкинуть всё лишнее.

– Собираетесь вызвать такси?

Опять он?!

– У меня есть предложение получше – могу подвезти.

Он когда-нибудь от неё отвяжется?!

– Я не сажусь в машины к незнакомым мужчинам, – гордо заявила Кора, для пущей убедительности гордо встряхнув головой.

На что получила резонное:

– Мы уже знакомы, нравится вам это или нет. Перестаньте упрямиться, сейчас начнётся ливень. Завтра вы же всё равно сядете ко мне в машину?

Он был прав, что б его! Прав во всём. С северо-запада, как назло, надвигалась сизая туча, чьим предвестником был поднявшийся порывистый ветер, а у Коры с собой даже зонтика не было.

– Глупо отказываться от хорошего предложения, – засмеялся Дориан, распахивая перед Корой дверцу автомобиля.

И она не устояла перед искушением – автомобиль был новым и дорогим, в нём было тепло, сухо и безветренно.

– Судя по тому, что вы можете позволить себе новенький Бентли-Континенталь, мои родственники неплохо платят вам за услуги.

– Всё потому, что я виртуозно умею их оказывать. Я делаю это – хорошо.

И снова в его словах подтекст был более говорящим, чем произнесённые слова.

– Постараюсь запомнить. Так это автомобиль Гордонов? Или ваш личный?

– Как думаете?

– Ваш личный. Хотите знать, что я ещё думаю о вас в связи с этим фактом? Не исключаю, что вы нечисты на руку, но, если вы действительно так хорош, как себя рекламируете, может быть, я и закрою на это глаза.

Он бросил на неё быстрый взгляд и в очередной раз криво ухмыльнулся, не разжимая губ.

– У вас впереди много времени, чтобы оценить меня.

– У вас гораздо меньше, чтобы себя показать.

В некоторые игры можно играть вдвоём. Она перестанет подчёркивать их положение хозяйки и слуги сразу же, как он прекратит делать свои намёки, столь прозрачные, на которые и возразить-то оскорбительно.

– Я не ворую ваши деньги, – ледяным тоном, с подчёркнутой небрежностью проговорил он, так круто развернув машину, что тормоза визгнули, а сзади кто-то возмущённо посигналил. – Мне и без того хорошо платили. Я слишком многим обязан вашему дедушке. Гордоны для меня всё равно, что родня – у своих не воруют.

Ещё один резкий вираж, заставивший Кору охнуть:

– Аккуратнее!

– Я вам не нравлюсь, мисс Аддерли?

– Это так заметно, мистер Дангирэй? И сбросьте скорость!

– Мне кажется, я ещё ничем не успел задеть ваших чувств? Ничем не оскорбил вас? Отношусь со всей бережливой предусмотрительностью, на какую только способен? С чего же я успел впасть у вас в немилость?

Кора отвернулась к окну. Начавшийся дождь успел прочертит по стеклу тонкие дорожки воды, преломляющих действительность, как линза.

– Я задал вопрос. Вы меня игнорируете?

– Я не… я не знаю, что вам ответить.

– Скажите правду.

– Ничего личного и не придумывайте лишнего. Я интроверт, вообще плохо схожусь с людьми. Предпочитаю держать дистанцию.

– Значит, интроверт? И – ничего личного? Вы – трусишка и лгунишка.

– А вы лощённый лицемер и шпион!