Лабиринты тьмы - Виктория Щабельник

— И как ты намерен ей помешать?

— У любого существа есть слабости, используя которые им можно управлять. Она считает, что у нее остались чувства. Что же, посмотрим.

— А если это чувство — ненависть?

— Особенно, если это будет ненависть. Ничего другого от нее ждать не приходится.

— Ты знал на что шел, — возразил Советник, — твое желание завладеть этой женщиной, пусть и обладающей редкой силой… на тебя это не похоже.

— Знаю. Иногда мне кажется, то, что я испытываю к ней, ничем не отличается от стремления подчинить, сломить врага, завоевать и уничтожить.

— Это стремление имеет отношение к ее отказу принадлежать тебе? — слегка улыбнулся Лорак.

— Возможно, — Тирэн сев в кресло, уставился в темное окно, — я не ожидал такого сопротивления.

— И решил сменить тактику? Поиграть в доброго дядюшку? Зачем тебе нужно было помогать ей в убийстве Клайвера? Мы могли это сделать сами, тогда, когда это было бы выгодно нам.

— Не мог удержаться. Такая возможность, к тому же она сама предложила эту сделку, — жестокая улыбка исказила лицо Повелителя, — как можно отказать девушке, которая так трогательно просит.

— Неужели просила? — изумился Лорак.

— Ты не поверишь! Рассчитала все правильно — убить я ее не смог. Сразу. Теперь все будет иначе.

— Ты все еще можешь отобрать у нее силу и избавится от проблемы, — осторожно предположил Лорак.

— И отказаться от такого развлечения? — возмутился Тирэн, — ни за что!

— Она не единственная.

— Такая — единственная, — уверенно сказал Повелитель. Жаль, если она сломается раньше времени.

— Ты жесток. Скажи, на тебя так повлияло ее родство с Вуалом?

— Если бы я уничтожал всех, кто связан с Вуалом, то начал бы с себя. Тут нечто другое.

— Что же?

— Когда я увидел ее в первый раз, она предпочла смерть спасению, лишь бы защитить чужого ей ребенка.

— Естественное желание для человека.

— Конечно. Но к тому времени она перестала им быть. В ней кровь нашего отца. Знаешь, что он делал с теми, кто шел против него?

— Я слышал, что Владыка был беспощаден к врагам.

— Он своими руками уничтожал собственных детей, которые не соответствовали его представлению о достойных наследниках.

— Но вам как-то удалось уцелеть.

— Это было нелегко, — отрезал Тирэн, — и я уверен — наша кровь в ней сильнее ее человеческой сущности и старых привычек.

— А дальше что?

— Я еще не решил — приблизить ее к себе или уничтожить.

— Может быть, тебе стоило решить это до того, как ты привел ее сюда.

— Разве у меня не может быть собственных маленьких слабостей, — скривился в усмешке Тирэн.

— Тебе до сих пор их не хватало? До меня стали доходить слухи о твоих развлечениях. Это вызывает недовольство даже у приближенных.

— Разве я недостаточно им плачу?

— Уверен, что достаточно. Вот только…

— Что? — холодно спросил Тирэн.

— В нашем мире не так много рыжеволосых девушек. И благодаря тебе их число неумолимо сокращается. Я уже не говорю об обладательницах серых газ.

— Правда? — рассмеялся Повелитель, — что же, значит, скоро я доберусь до той, которая вдохновляла меня все это время. Тогда и решиться, хочу ли я позволить ей жить.

Я почувствовала, как меня несут куда-то на руках. Как только мы покинули камеру, стало легче дышать, тело постепенно наполнялось силой. Комната, куда меня внес Тирэн, была знакома — именно здесь я провела несколько дней, прежде чем Дрэгон… Стоп! Не думать, не чувствовать. Так легче.

Запястье правой руки сдавило что-то холодное, и раздался голос Тирэна:

— Это поможет сдерживать твой темперамент.

Шаги и стук двери и снова тишина. Подняв руку, я пару минут рассматривала толстый черный браслет из незнакомого мне материала, в виде змеи. Уроборос. Как символично, — хмыкнула я. Что же, посмотрим.

— Госпожа! Госпожа! Вы меня слышите? Прошу вас! — взволнованный женский голос вырвал меня из вязких пут полусна.

— Госпожа, прошу вас, помогите! — голос был настойчив, а рука, сжавшая плечо не переставала тормошить.

— Что. Тебе. Надо? — раздельно произнесла я, с трудов размыкая слипающиеся веки.

— Госпожа! Вы меня узнаете? Это я, Лис. Вы меня помните?

С изумлением посмотрев на девушку, я ее не узнала, и не удивительно, ведь до сих пор я видела ее скрытую тенью. Служанка, приставленная ко мне Тирэном в прошлый мой «визит». Что ей надо от меня? Что им всем от меня надо?

— Госпожа, — плачущий голос не давал мне снова погрузиться в такое привычное и спокойное забытье, — спасите ее! Умаляю!

— Кого? — отрешенно спросила я.

— Мою сестру! Она сейчас у него. Он… он… — девушка, запнувшись, замолчала.

— Что с твоей сестрой? — я отвернулась от темного окна, постаравшись сфокусировать свой взгляд на девушке.

— Повелитель… Он взял ее себе, и я боюсь, что он причинит ей боль.

— О чем ты говоришь?

— Эта большая честь, когда Повелитель обращает на кого-то свой взор. Но сейчас его внимание стоит слишком дорого. Несколько девушек пострадали.

— Насколько серьезно? — нахмурилась я.

— Достаточно серьезно. Он не всегда был таким, — выпалила Лис, — только после того, как вы…

— Я — что?

— После того, как вы вернулись.

Вот те раз! Я то здесь при чем? И вообще, оно мне надо — вмешиваться в утехи их Повелителя?

— И много девушек пострадало?

Лис, отвернувшись, всхлипнула. Я поднесла руку и повернула ее лицом ко мне:

— Ты тоже? — девушка, закрыв лицо руками, попыталась убежать.

— Стой! Отведи меня к нему.

— Он убьет меня, — обреченно призналась она.

— Везет тебе, — вздохнула я, — я не могу рассчитывать даже на это. Просто покажи мне дорогу.

Что же, кажется мне все таки придется вернуться к жизни. Как надолго — покажет время.