Броманс - Наталья Колесова

— Не знал, что у девочек такой богатый словарный запас!

Сэмми от испуга рявкнула:

— Ты чего здесь разлегся, а?! Эта наша скамья!

Принц привстал, заглядывая за спинку скамьи, потом заглянул вниз. Развел руками.

— Ты видишь здесь где-нибудь табличку с именной надписью: «эта скамья принадлежит…»? Вот и я не вижу. Садись, не съем я тебя.

— Зато весь аппетит испортишь! — буркнула Сэмми, неохотно присаживаясь на освобожденную половину скамьи. И как новичок нашел это место? Оно же со всех сторон кустами скрыто…

Зашуршала обертками. Предложить? А, раз не стал обедать в столовой, значит сытый, и совесть ее чиста! На втором сэндвиче Сэмми поняла, что глотает практически не жуя. Прямо сейчас сбежать готова, что это с ней? Насильно медленно прожевывая кусок, покосилась на соседа. Тот сидел, раскинув по спинке скамьи руки. На запястьях кроме часов ещё несколько браслетов из бус и плетеных из шнурков и кожи.

Интересно, узнал ли он в ней давешнего таскателя яблок? Вряд ли. В кабинете она сидит за его спиной. Здесь, в кустах, темно, да он на нее и не глядит особо. На лице — отрешенное выражение. Мечтает… Наверное, даже не знает, что они с одного класса.

— Значит, мы в одном классе.

Сэмми чуть не подавилась: словно ее мысли подслушал!

— Ну.

Очень красноречиво, конечно.

— Тогда пошли. Звонок через минуту.

Какие мы дисциплинированные! Впрочем, неприятностей в первый учебный день ей тоже не хотелось, успеется. Они вылезли из кустов на свет. Сэмми огляделась в поисках мусорки и уловила краем глаза, что новичок смотрит на нее со странным выражением лица. Блин, узнал!

Но Принц, которого зовут, конечно, вовсе не принц, а Хиро Лоу (Хиро — вроде японское имя?) сказал только:

— У тебя зеркало есть?

— Да…

— Это хорошо, — проронил он и пошел к школе. Сэмми моргнула, пожала плечами и, обогнув Принца по широкой дуге (еще не хватало возвратиться с ним на пару!), заскочила в класс первой.

Смысл его слов стал понятен чуть ли не в первые минуты появления учительницы английской литературы Малиновски. Всю жизнь копирующая Мэрлин Монро Тереза поприветствовала их с традиционной для начала учебного года сердечностью, поведала, как она скучала по ним все лето (ха-ха!), поздравила новичка с поступлением в их замечательную школу и не менее замечательный класс, в общем все бла-бла-бла… Потом оглядела учеников яркими от цветных контактных линз глазами и сказала:

— Я вижу, кое-кто не внял моим словам о недопустимости вызывающей косметики в школе!

Наверняка Гир опять наштукатурилась — Тереза воюет с ней уже два года, а толку… Сэмми уставилась в окно: ну почему учеба начинается не в промозглую осень, а в такие вот теплые солнечные деньки! Гулять бы ещё и гулять…

— Да ещё и делает при этом вид, что мои слова к ней не относятся! Саманта Коултер! Я о тебе говорю!

— А? — Сэмми так удивилась, что даже не сразу догадалась встать. Увидела обращенные к ней лица одноклассников: любопытные, насмешливые, смеющиеся. Черт! Она же совсем забыла о макияже от Марси! То-то глаза чешутся.

— О, Коултер наконец-то решила освоить мэйкап? — съехидничала Элис Гир, у которой Сэмми сегодня украла пальму косметического первенства.

— Ага, — сказал ее бойфренд, противный, но, к сожалению популярный в школе Рон Говард, — в готском стиле.

— Сейчас же отправляйся в туалет и не возвращайся, пока все не смоешь!

«Да пожалуйста, — пробормотала Сэмми под нос, — могу и вообще не возвращаться!»

— Немедленно!

Очень хотелось сказать заботливо: «Что же вы так орете, вам же ещё уроки вести!» Но Сэм поставила сегодня просто личный рекорд по выдержке. Может, из-за присутствия в классе персоны, чье внимание ей совершенно не хотелось привлекать. Или наоборот хотелось, но совершенно не такое.

Увидев себя в зеркале, Сэмми выпалила в стиле Клары: «Господи Иисусе!». Кажется, кличка «панда-гот» прилипнет к ней надолго! Черные пятна вокруг глаз, «полусъеденная» и размазанная помада, как у насосавшегося крови вампира. И надо же, чтобы это случилось не только в первый день учебы, но и в день появления в школе чертова Принца!

Выяснилось, что Марсина косметика действительно качественная, и к ней должна прилагаться такая же качественная «смывка»: вода и мыло справились с мейкапом далеко не с первой попытки и не до конца. С покрасневшим, растертым — и, увы, бесцветным — лицом Сэмми вернулась в класс. Домаршировала до своего места, гордо игнорируя реплики и усмешки. Тупое остроумие одноклассников все равно не переплюнуть, а если не обращать внимания, о случившемся забудут уже через пару дней.

— Так тебе больше идет, — не поднимая глаз, проронил Принц, когда она проходила мимо.

Сэмми плюхнулась на сиденье и мрачно уставилась в прямую спину соседа: а всё он! Прошипела:

— Что, сказать не мог по-человечески?!

Новичок откинулся на спинку стула, повернул голову, чтобы ей было слышнее — Сэмми видела его тонкий профиль.

— А я думал, ты просто панду косплеишь.

Оставалось только бессильно скрипеть зубами.

* * *

— Я тебя раньше ждал!

Сэмми не собиралась больше лезть в сад, у которого внезапно появились хозяева — просто ноги понесли в привычном направлении. А раз уж она все равно очутилась перед знакомой оградой… Не то чтобы так уж яблок хотелось, просто насолить надменному Принцу: проникнуть на его территорию, даже если он об этом не узнает. Надеясь, что про собак они все-таки соврали, ведь не сокровищница какая-то, не закрытая зона, а просто старый запущенный сад, протиснулась между досок щербатого забора. Сначала двигалась с осторожностью, оглядываясь и прислушиваясь, перебегая от дерева к дереву. Но убедившись, что в саду нет ни одного добермана — ни четвероногого, ни двуногого — расслабилась. Забралась в развилку любимого дерева, собирая яблоки в подол майки. Даже начала мурлыкать песенку.

И потому не услышала, как он подошел.

Сэмми испуганно обернулась на внезапно раздавшийся за спиной голос, потеряла равновесие и полетела вниз — вслед за рассыпавшимися яблоками. Хорошо, ее подхватили, не дав сверзиться носом в землю. Сэмми ошеломленно уставилась в близкое лицо Принца. Парень тоже такого падучего результата не ожидал, но быстро пришел в себя, даже перехватил ее поудобнее. Подкинул на руках, словно взвешивая:

— Какой-то ты… худосочный!

Держал он ее и правда запросто. Сэмми спохватилась, завозилась, упираясь руками в его грудь.

— Пусти! Кому говорю!

Разжав руки (Сэмми тут же отскочила), Принц поглядел на разбросанные яблоки. Сказал наставительно:

— Если уж идешь на дело, должна быть соответствующая экипировка!