Троя. Грозовой щит - Дэвид Геммел

— Одиссей велел мне принести тебе это, — сказал он. — Похоже, будет бой, перед которым на нас обрушится град стрел.

— С кем вы будете сражаться?

— С пиратами.

Ее охватил страх, но она этого не показала. Пирия поблагодарила его, сняла плащ Банокла и надела доспехи. Они были сделаны грубо, но хорошо ей подошли. Шлем был слишком большим, поэтому девушка отложила его в сторону. Через несколько минут она увидела, что Биас принес еще одни доспехи Каллиадесу. Надев их, микенец увидел, что она смотрит на него, и улыбнулся. Пирия отвела взгляд.

К ней подошел царь Итаки.

— Лучше тебе подняться на борт, — посоветовал он.

— Ты получил хорошую цену за свиней?

— Нет. Пришлось заплатить Ористенесу, чтобы он присмотрел за ранеными, которых мы вынуждены оставить. Идоменей уверяет меня, что возместит затраты, но у него плохая память, когда нужно отдавать долги. Я все еще жду его деньги, которые он проиграл в споре со мной двенадцать сезонов назад. — Он улыбнулся и покачал головой. — Цари! Никому не стоит доверять дальше, чем ты можешь бросить быка.

Одиссей замолчал, глядя на свиней.

— Я думаю, Генни будет скучать по тебе, — заметила девушка. Царь Итаки засмеялся.

— Он визжал, когда я забрал у него желтый плащ. Полагаю, он ему понравился. Возможно, я навещу его в следующий раз, когда окажусь в этих местах.

— К тому времени он превратится в дымящийся окорок, — усмехнулась Пирия.

— Нет, только не Генни! Ористенес клянется, что будет относиться к нему как царю среди свиней. Он будет счастлив здесь.

— И ты веришь, что Ористенес сдержит слово? Одиссей вздохнул.

— Я верю в его чувство самосохранения. Я не продавал Генни ему. Это моя свинья. Ористенес может использоваться его для спаривания, а за это он должен хорошо его кормить. Ористенес знает меня. Он сделает то, что обещает.

— Или ты убьешь его, царь Одиссей?

— Я не стал бы убивать человека из-за свиньи. Возможно, просто сжег бы его дом, а самого продал бы в рабство. Но давай поговорим о тебе, Каллиопа. Почему ты убежала с острова Тера? Это было глупо и крайне опасно.

— Ты считаешь меня безмозглой девчонкой? — возмутилась она. — Время, проведенное на Тере, было самым счастливым в моей жизни. Никаких подлых и хитрых мужчин, предателей и насильников. Я ищу подругу, потому что предсказательница сказала мне, что я понадоблюсь ей перед самым концом.

— Концом чего?

— Я не знаю. Она видела пламя и пожар, а моя подруга убегала от жестоких убийц.

— И ты спасешь ее? — вопрос был задан мягко, без следа презрения.

— Если смогу, то спасу. Одиссей кивнул.

— Я боюсь, что видение может оказаться правдивым. Близится война, которой нельзя будет долго избегать. Твоя подруга — Андромаха. Я познакомился с ней по дороге в Трою. Прекрасная женщина. Она мне понравилась. Мы с ней заключили договор, она и я, что я всегда буду говорить ей правду, — он засмеялся. — Такие обещания я не так легко даю. Рассказчики преображают правду в ложь и ложь в правду. Нам приходится. Правда часто бывает очень скучной.

— Она говорила обо мне? — спросила Пирия, прежде чем смогла остановить себя.

— Андромаха говорила о любви к Тере и о том, как ей не хотелось уезжать. Ты очень любишь ее, да?

— Она — это моя жизнь! — воскликнула девушка, глядя в его глаза в поисках презрения или отвращения.

— Остерегайся того, с кем поделишься этими чувствами, — тихо сказал он.

— И ты не собираешься говорить мне, что мои чувства изменятся, когда в моей жизни появится подходящий мужчина?

— Почему так зло? — спросил царь Итаки. — Ты думаешь, что я буду осуждать тебя? Любовь — это тайна. Мы получаем ее там, где можем. Чаще всего мы не выбираем, кого любить. Это просто происходит. Голос говорит с нами так, что ухо не может расслышать. Мы узнаем красоту, которую глаза не могут разглядеть. Мы ощущаем в наших сердцах изменения, которые нельзя описать словами. В любви нет зла, Каллиопа.

— Скажи это моему отцу. Скажите это жрицам, царям и воинам этого проклятого мира.

Он улыбнулся.

— Генни — храбрая свинья, и он мне нравится. Но я не буду тратить время, пытаясь объяснить ему тонкости мореплавания.

Пирия обнаружила, что ее гнев тает, и девушка улыбнулась царю.

— На это стоило бы посмотреть, — сказала она. Они постояли немного вместе, и девушка почувствовала тепло солнечных лучей на своем лице и свежий морской ветер в обрезанных волосах. Она повернулась к Одиссею:

— Ты сказал, что рассказчик создает правду из лжи? Как это может быть?

— Над этим вопросом я долго размышлял. — Он показал на Биаса. — Я однажды рассказал историю о крылатом демоне, который напал на «Пенелопу». Я сказал, что Биас, величайший копьеносец в мире, забросил копье так сильно, что оно пронзило крылья демона и спасло корабль от гибели. Биаса так поразила эта история, что он стал практиковаться с копьем. И в конце концов он завоевал большой приз на Играх царя. Понимаешь? Он стал великим, потому что я солгал об этом. И это больше не ложь.

— Я понимаю, — кивнула Пирия, — а как правда может стать ложью?

— О, девочка, этого никто из нас не может избежать. Наклонившись, он взял глиняную тарелку, на которой Биас ей вчера ночью принес еду.

— Что это? — спросил царь Итаки у нее.

— Глиняная тарелка.

— Да, глиняная. И она сделана руками человека, который воспользовался водой, землей и затем огнем. Без огня она бы не стала гончарным изделием, а без воды ей нельзя было бы придать форму. Все это правда. Так это настоящая тарелка?

— Да, это настоящая тарелка, — согласилась она. Внезапно Одиссей ударил кулаком о тарелку, разбив ее вдребезги.

— Это все еще тарелка? — поинтересовался он.

— Нет.

— И все же это гончарное изделие, сделанное из глины, воды и огня. Ты думаешь, что я изменил истину своим кулаком. Сделал ли я ее ложью?

— Нет, это была тарелка. Ты разбил ее, но ты не изменил правду ее существования.

— Хорошо! — восхищенно воскликнул он. — Мне нравится наблюдать за работой ума. По-моему, истина — это огромное количество сложностей, созданных из многих частей. А какая твоя правда? Главная жрица на Тере заявила бы, что ты предала Порядок, твои эгоистичные действия могли принести несчастье в мир, разбудить Минотавра и повергнуть все в темноту. Это правда? Ты бы сказала, что тобой движет любовь и желание защитить подругу, ты хочешь рискнуть своей жизнью ради нее. Главная Жрица приняла бы такую правду? Если бы я выдал тебя Порядку, та же Главная жрица назвала бы меня хорошим человеком и наградила бы меня. Будет ли это правдой? Если я отвезу тебя в Трою и это обнаружат, меня назовут безбожником и проклятым. Меня назовут плохим, злым человеком. Это правда или ложь? Одновременно? Это зависит от восприятия, понимания, веры. Поэтому, возвращаясь к твоему первоначальному вопросу, не трудно сделать из правды ложь. Мы делаем это все время и часто даже не осознаем этого.