Роман с феей - Сергей Фомичев

– Какая-то безнадёга, – произнёс Николай после очередных выплат. – Люди окончательно развращены деньгами. Вот признайтесь, в старые добрые времена они наверняка просили взаимности от женщины или смерти обидчика, а теперь только деньги, деньги и деньги!

– Помнится, вы и сами совсем недавно пропагандировали меркантильный подход. Зачем же возводить хулу на других? – Айви пожала плечами. – На самом деле любовь и смерть, конечно, вечные темы. Но люди гораздо чаще просили у волшебного источника здоровья. Для себя или близких. На протяжении долгих веков это было, пожалуй, самой распространённой просьбой к богам или к природным силам.

– Правда? А их подношения небось выгребал из ручья какой-нибудь доисторический Рашид и раздавал нищим на паперти?

– Нет. Прабабушкам приходилось заносить подношения илом, чтобы ни у кого не возникало соблазна. На самом деле там, под фонтаном, в окаменевшем иле целая коллекция различных безделушек. Но моя бабушка, например, иногда выполняла чью-нибудь просьбу и исцеляла. Она была альтруисткой.

– А теперь и хранительница не та, да и клиент пошёл ушлый. Загадывает если не деньги, то политические репрессии. Нет, каково? А если бы кто пожелал грохнуть американского президента? Насмотрится такой телевизора и объявит священную войну Империи зла.

– Сколько угодно. Я даже удивляюсь, что вам повезло, и вы не выловили ничего такого.

– Ну спасибо. Мне достаточно и Цветкова.

Николай в очередной раз попытался сообразить, чем можно подцепить сумасбродного пенсионера, но в голову не пришло ничего путного. Айви порою отпускала его в библиотеки и интернет-кафе, беря на себя погоню, да и сама запрашивала информацию по хитрым чародейским каналам. Но пока ничего путного ни ему, ни ей не подвернулось. Поиски в открытых источниках мало что дали. Про Дементьева, особенно в прежние времена, писали много разного, в том числе нехорошего, но главным образом перетирались намёки, слухи, никаких подтверждённых фактов.

– Ума не приложу, как подступиться к нашему якобы наркобарону, – продолжил мысль Николай. – Совершенно ничего нет.

– Ну, надо признаться, Дементьев производит неоднозначное впечатление, – согласилась Айви. – Человек на первый взгляд добродушный и увлечённый. Изучает всякую океаническую живность, собирает книги и фильмы про акул, дельфинов, медуз, такой себе ихтиолог-любитель. Поймать что-нибудь редкое на крючок тоже при случае не отказывается. А случаи ему подворачиваются часто – любит отдыхать на экзотических островах, и не только. В Антарктиду даже слетал года два назад. И другим помогает. Как меценат, пожертвовал крупную сумму на экспедицию Русского географического общества. Но вот наркотики…

– Что, не врут люди?

– Да, похоже, что не врут. Но он работает через доверенных лиц, что сильно усложняет дело. Но в деле имеются трупы, имеется коррупция и даже связь с террористическими организациями.

– Ну, это достаточно серьёзно, – согласился Николай. – Конечно, если найдём улики.

– Если найдём. И если будет кому их предъявить.

* * *

Первого важного клиента Николай перехватил в атриуме огромного бизнес-центра. Всюду сновал разнообразный народ, стар и млад, в униформе и без таковой, спешил к лифтам, к выходу, к справочным службам, а мягкие диванчики и кресла под пальмами в кадках пустовали, точно были выставочной экспозицией, на которую никто не осмелился опустить пятую точку. Именно здесь, возле кофейного автомата, некто Малышев досиживал с газетой в руках оставшиеся от обеденного перерыва минуты.

– Здравствуйте! Меня зовут Николай, и я представляю международную консалтинговую компанию…

– Идите в жопу, уважаемый! – ответил Малышев, коротко глянув поверх газеты. – Я не желаю ничего покупать!

– Вы не так поняли…

– Всё я прекрасно понял! – Клиент явно знал себе цену. – У вас благотворительная акция, так? Или, допустим, подарок от фирмы? И наверняка не один. И наверняка какая-нибудь складская заваль или что-нибудь, купленное на распродаже в супермаркете. И вот вы мне это желаете впарить под видом подарка. Но взять его будет можно, лишь заплатив якобы треть его стоимости. Якобы! Потому что на самом деле…

Он говорил, глядя через отогнувшийся угол газеты, как бы демонстрируя, что не собирается ни складывать её, ни даже прекращать чтение.

– Браво! – Николай лениво хлопнул в ладоши. – Превосходное знание манипулятивных технологий. Однако на этот раз вы ошиблись, господин Малышев, и вы бы сразу поняли это, посмотрев на меня внимательней.

Тот опустил газету и посмотрел.

– И что, по-вашему, я должен был увидеть?

– То, что у меня в руках нет ничего, что могло бы сойти за лежалый товар. Только небольшая кожаная папка. Очень ценная, между прочим, папка.

– А фуражечки киевской милиции у вас, случаем, нет? – усмехнулся Малышев. – Зря стараетесь, гражданин. За мной нет никакого криминала.

– Рад за вас, но вы опять меня приняли не за того. Я не собираюсь вас шантажировать и ничего впаривать вам не собираюсь, кроме разве наличных. И, заметьте, безо всяких расписок. Если вы, конечно, сделаете такой выбор.

– Это что, «Поле чудес»?

– Вроде того, – согласился Николай. – Только угадывать ничего не нужно. Нужно просто выбрать, что вам нужнее.

Клиент было дёрнулся, чтобы встать и уйти, и Николаю пришлось частить:

– Я сейчас всё поясню. – Он жестом остановил Малышева. – Вот в этом конверте пятьсот двадцать тысяч триста рублей и ноль-ноль копеек. А в этом – ваша мечта. Произнести её вслух?

– Нас снимает скрытая камера? Ваши дружки ожидают на улице с бейсбольными битами?

– Нет. Нет. И ещё раз нет. – Николай начал психовать: – И деньги настоящие!

– Достаточно. Моё терпение исчерпано. Прощайте.

Малышев бросил газету на столик и начал вставать.

«Мы теряем его, теряем», – пронеслось в голове Грачевского. Клиент шагнул в направлении к лифту, а его дебют, судя по всему, оборачивался неудачным.

– Ваша сокровенная мечта – свалить идиота начальника, – бросил Николай в удаляющуюся спину.

Его слова скорее были жестом отчаяния, чем заранее рассчитанным ударом. Но как это ни странно, сработало. Малышев остановился на половине пути, медленно развернулся и вернулся назад. Присел на краешек кресла и кивнул, как бы поощряя настырного собеседника выкладывать, что там у него в загашнике.

– Он достал вас пустыми замечаниями. – Николай принялся ковать железо, пока горячо. – Ненужными поручениями, неудобными командировками, из-за которых вы не можете уделить должное время семье.

Клиент явно почувствовал себя неудобно, но раз уж вернулся, уходить не спешил. Взял в руки брошенную газету, аккуратно сложил её.

– Я правильно излагаю? – продолжил Николай. – Вы даже не претендуете на его место, что, замечу, весьма благородно. Но избавиться от него любым способом – ваша сокровенная мечта.