Школа монстров - Лизи Харрисон

– Он просто запаркует нашу машину, – шепотом объяснил Виктор. – За мной!

Он взял своих девочек за руки и отвел их в кусты. Торопливо оглядевшись, он наклонился и принялся ощупывать мокрую траву.

– Нашел! – сказал он, дергая за какое-то ржавое кольцо. Открылся люк, и он поспешно загнал туда Фрэнки и Вивеку.

– Что это? – спросила Фрэнки, с изумлением глядя на подземную дорожку, которая змеилась у них под ногами. Дорожка была вымощена булыжниками и освещена фонарями. Тут пахло землей и опасностью.

– Этот тоннель ведет в ЛИТ, – голос Виктора откликнулся в подземелье гулким эхом. – «ЛОТСовскую интеллектуальную тусовку»!

– Так это будет тусовка?! – просияла Фрэнки.

– Может быть! – Виктор подмигнул жене.

Вивека хихикнула.

По улице над ними с басовитым гудением проносились машины, стены и пол тоннеля вибрировали. Но Фрэнки не уронила ни единой искорки. Она надеялась, что скоро увидит Бретта, и шагала следом за родителями вприпрыжку, как ребенок, которого ведут в Диснейленд.

В конце короткой прогулки их встретила старая деревянная дверь на массивных железных петлях.

– Пришли! – шепнул Виктор.

– М-м, пахнет попкорном! – Фрэнки погладила себя по животу.

– Это потому, что мы сейчас под ларьком Мэла, который торгует попкорном, – объяснила Вивека, пока Виктор рылся по карманам в поисках ключа. – А скоро мы окажемся под каруселью!

– Высоковольтно! – воскликнула Фрэнки и задрала голову, но ничего не увидела, кроме земляного потолка и сломанных крючков, на которых раньше висели фонари.

– Видишь ли, карусель тоже построили ЛОТСы, – с гордостью объяснила Вивека. – Очень славная греческая пара, у них раньше был конезавод. Их фамилия Горгоны. Кажется, их сынок, Девл, учится в твоем классе.

«Парень Клео?! Интересно, она знает, что он ЛОТС?»

– Горгоны – потомки знаменитой Медузы Горгоны. Они превращают в камень все, на что ни взглянут, – продолжала Вивека. – И вот однажды Мэдди Горгон услышала в конюшне дикий шум. Оказалось, что сынишка конюха швырялся камнями в соседний улей и разбил его. Мэдди прибежала, пчелы набросились на нее, она стала отмахиваться как сумасшедшая, очки с нее свалились, она нечаянно взглянула на лошадей, и вот пожалуйста – все они обратились в камень! Следующие пять лет Горгоны расписывали лошадей всеми цветами радуги, – прошептала Вивека, как будто размах проекта внушал ей несказанное благоговение. – А в 1991 году миссис Горгон преподнесла их в дар городу!

Она хихикнула.

– О, слышала бы ты, как она об этом рассказывает! Умереть можно со смеху!

– Я думаю! – сказала Фрэнки с деланым интересом. На самом деле ей было не до того: все ее мысли были поглощены тем, что находится за дверью, а не над ней.

Клац!

Виктор отпер дверь, ведущую к ее новым друзьям и знакомым.

– Не забывай! – напомнил он напоследок. – Это здесь мы все – одна семья. Там, наверху, – он указал на карусель, – о ЛИТ и ее членах упоминать строго-настрого запрещено. Даже среди своих. В том числе в электронных письмах, блогах и эсэмэсках.

– Да ладно, ладно, я все поняла!

Фрэнки втолкнула отца в круглое помещение и огляделась, разыскивая Бретта.

Вокруг сидели одетые в пижамы дети и подростки разного возраста. Они непринужденно развалились на диванах и мягких креслах, как будто в гостях у приятеля. Комната действительно смахивала на цокольный этаж какого-нибудь коттеджа, только стены здесь были отделаны отполированным белым камнем. По-видимому, миссис Горгон теряла очки не раз и не два.

– Высоковольтно! – ахнула Фрэнки. – Сколько тут ребят!

– Виктор! Вив! – к ним навстречу с распростертыми объятиями бросилась женщина в огромных черных очках от Диора. Ее волосы были уложены в высокую прическу и подвязаны аквамариново-зеленой косынкой «Pucci», а ее белый брючный костюм смотрелся на удивление элегантно, хотя и выглядел так, словно его купили на распродаже прошлогодней коллекции.

– Привет, Мэдди! Это наша дочь, Фрэнки, – сказала сияющая Вивека.

Мэдди схватилась за щеку.

– Ох, Ви, да какая ж она у вас красавица! Да уж, Виктор потрудился на славу!

Фрэнки буквально растаяла от удовольствия. Она была совершенно зеленой, и тем не менее хоть кто-то считает ее красавицей! Ну, кроме родителей, конечно.

– Приятно познакомиться, миссис Горгон! – Фрэнки протянула руку, ничуть не боясь ударить собеседницу током.

– Нет-нет, зови меня просто Мэдди, а еще лучше – Тетушкой!

Она наклонилась к уху Фрэнки и шепнула:

– Если Девл когда-нибудь бросит свою Клео, я непременно позову тебя!

И она постучала по своим очкам, делая вид, будто подмигивает.

Фрэнки расплылась в улыбке.

– А теперь прошу прощения, – сказала Мэдди, внезапно сделавшись серьезной, – мне придется забрать твоих родителей!

Она обняла их обоих за плечи и увела в каменный дверной проем.

Как только старшие удалились, кто-то врубил «Bust Your Windows» из музыки к сериалу «Лузеры», все вскочили и принялись танцевать. Насколько могла видеть Фрэнки, ни швов, ни контактов ни у кого не было. Но она заметила нескольких парней со змеями в волосах, рядом с горшком с кактусами целовалась парочка с жабрами, кое-кто помахивал хвостом, а у одной девочки была змеиная кожа, совсем как на том высоковольтном клатче «Fendi», который Фрэнки видела в журнале «Vogue».

– Фрэнки! – окликнул ее знакомый девичий голос.

Она обернулась.

– Ляля?! А ты что здесь делаешь?

– Ну, я бы спросила о том же тебя, но... – она коснулась зеленой руки Фрэнки, – это более или менее очевидно. А потом, не так давно до меня дошли слухи, что твой папа делает себе ребенка. Я просто не думала, что ты окажешься такой... высоковольтной!

Фрэнки было ужасно приятно услышать от нее свое собственное словечко.

– Так ты знала, кто я, когда мы поехали в спа?

– Ну, я вроде как чувствовала... Мы все это подозревали, – призналась Ляля. – Но нам же нельзя обсуждать дела ЛОТСов там, наверху! – И она ткнула пальцем в потолок. – Мы ждали следующей ЛИТ, чтобы удостовериться.

– Ну вот, можете считать, что удостоверились. – Фрэнки лучезарно улыбнулась, наслаждаясь легкостью и свободой. – Э-э... а ты кто? – брякнула она, не зная, как спросить повежливей и принято ли вообще об этом спрашивать.

Ляля отступила назад, подбоченилась и улыбнулась.

Волосы, черные с розовыми прядями... черная атласная пижама, усеянная розовыми летучими мышками... кашемировый шарф и перчатки... черные глаза... пятна туши на лбу... Ляля как Ляля.

– Не знаю! – пожала плечами Фрэнки.