Вторники в замке - Джессика Дэй Джордж

– Не волнуйся, так надо, – негромко проговорила Селия. – Покои принца Хелша ужасно тесные, темные и отвратительно обставлены.

Она выразительно вскинула брови, дожидаясь, поймет ли кухарка ее намек.

– А-а, – сказала та и тоже вскинула брови.

– Я слышала, что покои принца Лулата, напротив, выглядят замечательно, – так же осторожно продолжила Селия.

– И верно, – согласилась кухарка. – Горничная, которая там убирается, об этом упоминала.

– Я хочу узнать, как они выглядят сейчас, – заключила Селия.

– Можно послать горничную…

– Нет, – перебила ее Селия. – Я должна увидеть это собственными глазами. Так надо.

Она не стала пускаться в объяснения, поскольку и сама толком не знала, что ею движет. Селия уже видела покои Лулата, но нечетко, сквозь вуаль гобелена. Вправду ли они такие просторные и пышные, какими показались тогда? Замок ли их обставил, или слуги принца привезли всю обстановку с собой? Селии было о чем расспросить принца, но ей не нравилось, что служанки с кухни, навострив любопытные ушки, ловят каждое их слово. Вдруг одна из этих девиц – соглядатай совета?

– Ладно, – сказала кухарка. – Уж я знаю, что ничего дурного с тобой не случится. Замок любит тебя, как никого другого.

На этих словах она повысила голос, и Лулат сумел их расслышать. Он закивал и согласно заулыбался, затем снова подал Селии руку, и на сей раз она не ответила отказом.

– Корзина с едой будет готова через пару минут, – сообщила кухарка, и эта фраза тоже предназначалась не столько для Селии, сколько для принца Лулата.

– О, спасибо, – отозвалась Селия таким легкомысленным тоном, словно собиралась на пикник, а не пряталась в своем собственном доме от врагов.

– Кухарка есть преславная женщина, – заметил принц Лулат, когда они вышли из кухни и начали подниматься по длинной лестнице.

– Да, очень, – согласилась Селия. – Она правит кухней, как настоящая королева.

Лулат рассмеялся.

– Прекрасно говорено, – сказал он. – Я бы желал весьма и весьма, чтобы она приезжала в Грат. Она бы так превосходно кухарила также и для нас! Но замок Сиянн преисполнился бы сердитости! Я не посмел бы удалить из замка ни единого человека. Ни единого, – повторил он, многозначительно сжав локоть Селии.

– Весьма любезно с вашей стороны, – отозвалась Селия, – но… вы хотите остаться здесь навсегда?

Не слишком учтиво, однако ничего лучшего ей в голову не пришло. Хелш вроде бы тоже никого не хотел «удалить из замка» – разве что избавиться от Рольфа, – но и возвращаться в Вэрвин, судя по всему, не стремился.

Гратийский принц сдвинул брови и задумался. Селии было неясно, понял ли он ее вопрос, знает ли, как на него ответить, и хочет ли вообще отвечать. Она замолкла, предоставив Лулату разбираться во всем этом самому. Так, в молчании, они прошли по длинному коридору и, поднявшись еще на один лестничный пролет, оказались в гостевом крыле замка.

– Я не знаваю, – заговорил наконец принц, останавливаясь перед широкой дверью, на которой был вырезан герб Сияннов – стилизованный абрис замка, над которым парил огромный крылатый силуэт. – Не знаваю, что хочу. Первое я хочу помогать вам, и другой принцессе, и новому королю быть благополучными.

С этими словами Лулат распахнул дверь в свои покои, и Селия сразу поняла, что принц Гратский абсолютно чистосердечен. Поняла она также, что замок любит его, быть может, не меньше, чем саму Селию и ее близких.

Покои Лулата оказались и впрямь громадны, с высокими потолками и балконами – все в точности так, как увидела Селия в смотровой глазок. В огромном камине без труда можно было зажарить целого быка, а перед камином стояла изящная собачья корзина, в которой нежились две другие собачки.

Четвероногая спутница Лулата спрыгнула на пол и стремглав помчалась к своим товаркам. Все три принялись кататься по пышному ковру, звонко тявкая друг на друга.

– Мои детки, – с нежностью проговорил принц. – Они есть такие баловницы, правда ли?

– Э-э… да, – согласилась Селия, не без труда оторвавшись от созерцания собачек, и снова огляделась по сторонам.

Они находились в просторной гостиной; с одной стороны сквозь высокую арку дверного проема видна была спальня, с другой – гардеробная, битком набитая вешалками с одеждой. Селия точно знала, что и вешалки, и собачью корзину гратийцы привезли с собой – в замке она ничего подобного не видела. Зато более крупные предметы обстановки были, вне всякого сомнения, предоставлены замком: покрытые искусной резьбой буфеты, диван с высокой спинкой и серо-голубыми подушками (Селия точно помнила, что такие же когда-то были в детской) и широкая кровать с балдахином, украшенная гербом Слейна.

– И в самом деле, очень красивые покои, – вслух сказала она. – Вы привезли все это с собой? – С этими словами Селия положила руку на спинку стула с витыми ножками – таких стульев ей в замке видеть не доводилось.

– Некоторое – да, – подтвердил Лулат. Он указал на этот самый стул и на коврик, расстеленный на полу. – Посол говаривал, может быть, замок вас не полюбляет, потому я прихватывал сюда несколько любимых удобств.

Селия подумала: интересно, как выглядят комнаты гратского посла и почему он так беспокоился, что Лулат может не понравиться замку?

– И я без условий имею множество одежд. – Принц самокритично рассмеялся, махнув рукой в сторону гардеробной. – А моим девочкам нужно иметь свою постельку.

Услыхав это, все три собачки подбежали к хозяину и принялись весело прыгать вокруг его ног. Лулат снова засмеялся и сел на коврик, ничуть не беспокоясь о том, что изомнет свой безупречный камзол. Собачки вскарабкались к нему на колени, состязаясь друг с другом за самое удобное местечко, а одна из них, цепляясь лапками, забралась на грудь Лулату и облизала его подбородок.

– Ах, мои девочки!

Селия не вынесла искушения и, опустившись на колени, протянула руку. Собачка цвета жженого сахара тотчас направилась к ней, виляя всем тельцем, и Селия погладила ее мягкие ушки. Собачка стала исступленно лизать ее пальцы, а Селия свободной рукой погладила ее по спинке.

– Она весьма и весьма вас полюбляет! – возликовал Лулат. – Собаки очень хорошие в узнавать сердца людей, а Жужу крайне умная.

– Жужу?

Услышав свое имя из уст Селии, собачка радостно затявкала и прыгнула к ней на колени. И тотчас съехала на пол, потому что черный атлас траурного платья был необыкновенно скользким. Селия рассмеялась. Собачка перевернулась на спину, и Селия почесала ее круглый животик.

– И смотрите, – сказал Лулат, – собаки полюбляют вас, и я полюбляю вас, а замок полюбляет меня. Теперь вы должны говорить, что я поделаю для вас, и для нового короля, и для сестры. Что есть мне поделать, чтобы помочь?

– Принц Хелш ужасный… то есть не очень хороший человек, – медленно проговорила Селия.