Новая Зона. Тоннельная Крыса - Юрий Бурносов

– Петенька, это ты чихал? – высунулась из кухни мама, волнуясь.

– Тебе показалось, мама, – ответил Петя, отходя от телефона, – чем это пахнет?

Мама засуетилась, собирая на стол завтрак.

Чихал, конечно, Петя. Но понарошку, в телефон. Объяснял бывшему начальству (с особым удовольствием Петя произнес про себя слово «бывшему» еще раз) свое внезапное отсутствие.

Все должно было измениться в жизни Пети в этот день. И бывшее начальство останется в прошлом, покроется плесенью и растворится в небытии. Жлобы и жадины. И обеденный перерыв короткий. И столовая плохая, думал Петя, отправляя в рот оладушки со сметаной. Мама вздыхала от умиления. На новой работе все будет не так, мечтал Петя, попивая какао. Будет бесплатный растворимый кофе и длинноногие девушки. Будет стол орехового цвета и офисный стул с крутящимся сиденьем. Будет…

В сладкие мечты вмешался какой-то посторонний неприятный звук. Петя вздрогнул и увидел, что это скрипучая кукушка пытается выскочить из часов. Он подскочил, строго выговорил маме, что та не следит за временем, схватил портфель и ринулся из дома.

Автобус подошел вовремя, но был так полон, что двери не открывались, придавленные спинами трудящихся. Петя остервенело заколотил в заднюю дверь. Створка слегка приоткрылась, затем еще, и в образовавшуюся щель протиснулась наружу тощенькая девушка. Петя помог ей выдернуть сумку, которая, казалось, застряла где-то в середине автобуса. И тут же, змеей, просочился внутрь. Недовольно задвигал локтями гражданин ступенькой выше. Поерзав, он пристроил локоть на Петиной голове и затих. Тут же завозился сосед справа, поочередно и тщательно наступил на Петины ноги, толкнул его под коленку, да прямо в нерв, так что Петя присел. «Ничего, это ничего. Это временно. На новой работе у меня будет машина», – утешал себя Петя. Тут автобус коварно и незаметно подобрался к станции метро и открыл двери. Злобно гудящий улей пассажиров стал напирать и наседать на Петю, и он неловко, спиной вперед, вывалился из автобуса, чуть не сев при этом в корзину с цветами.

– Нашла где поставить оранжерею, – злобно осадил он молоденькую торговку букетами и рысью кинулся в переход. Толпа из автобуса заметно отстала, и Петя сам себя похвалил за хорошую спортивную форму. Когда он добежал до турникета, даже гул толпы перестал быть слышен. «Ага! Сегодня мой день!» – мысленно воскликнул Петя и, сунув карточку в турникет, ступил на пустой эскалатор. Никто не загораживал путь и не мешал движению. Петя, решившись, побежал вниз, прислушиваясь к свистящему в ушах воздуху.

Неладное он почувствовал только в самом низу, когда его оглушила внезапная тишина. Будочка дежурного была пуста. Платформа тоже была пуста. Петя прошел несколько шагов вперед, заглянул за колонну. Пусто. Никого. Над головой с неприятным треском замигало и погасло матовое световое табло. Он подошел к краю платформы и заглянул в туннель. Из туннеля пахнуло вечной мерзлотой и, отшатнувшись, Петя в страхе побежал в другой конец станции. С разбегу ткнулся в железную решетку. С тоской сунул лицо между прутьями и посмотрел туда, куда вели мраморные ступени, – вверх, наружу. Там не было света.

– Кто-нибудь? – робко позвал Петя. Стены молчали. Прошло несколько минут. Петя услышал, как где-то в желудке неотвратимо тикают внутренние часы. Через тридцать… двадцать девять… двадцать восемь минут – собеседование. Крутящийся стул и бесплатный кофе…

Оторвавшись от решетки, завывая и высоко поднимая колени, Петя помчался обратно к эскалатору. Пусть с ним, метро, думал он. Да, я потрачу эти несчастные восемьдесят, нет, семьдесят, пожалуй, рублей на такси. Деньги – тьфу! Денег будет много. Денег будет столько, что… К его ногам скатился камешек и звонко шлепнулся на мраморный пол. Петя изумленно поднял голову и обнаружил, что эскалатор как таковой существует лишь в виде перил, ступеньки куда-то делись. Кто-то украл ступеньки! – озарила Петю внезапная догадка. И он решительно начал карабкаться вверх по осыпающейся под ногами щебенке, цепляясь за перила. Но уже через три метра кончились перила, и горка поднялась перед ним почти вертикально, ударив его пребольно по лбу. Петя сполз на животе вниз, прислонил ушибленный лоб к холодному мраморному полу и полежал так немножко, собираясь с мыслями.