Цирк проклятых - Лорел Гамильтон

На бегу я рассказала Ронни о жертве нападения вампиров. Этозначит, мы не слишком быстро бежали. Я увеличила темп, и мы все равно еще моглиразговаривать. Когда регулярно делаешь четыре мили снаружи в жаре Сент-Луиса,тартановая дорожка в “Вик Танни” – не бог весть какая трудность. Мы сделали двакруга и вернулись к тренажерам.

– Как, ты сказала, его звали?

Голос Ронни звучал нормально, без напряжения. Я увеличилатемп до нормального бега. Разговоры кончились.

На этот раз мы пошли на тренажеры для рук. Обычныеподтягивания для меня, отжимания веса для Ронни, два круга по дорожке и сменатренажеров.

Я ответила на ее вопрос, когда снова смогла говорить.

– Кэлвин Руперт.

Я сделала двенадцать подтягиваний со стофунтовым весом. Извсех машин эта для меня самая легкая. Странно, правда?

– Кэл Руперт? – спросила она.

– Так его звали среди друзей, – ответила я. – А что?

Она покачала головой:

– Я знаю одного Кэла Руперта.

Я стала смотреть на нее, предоставив своему телу делатьупражнение без меня. И задержала дыхание, что нехорошо. Вспомнила, что надодышать, и сказала:

– Расскажи.

– Это было, когда я расспрашивала в “Люди противвампиров” в ту полосу вампирских смертей. Кэл Руперт входил в ЛПВ.

– Опиши его.

– Блондин, глаза голубые или серые, не слишком высокий,хорошо сложен, привлекателен.

В Сент-Луисе мог быть не один Кэл Руперт, но сколько шансов,что они будут так похожи?

– Я должна попросить Дольфа проверить, но если он былчленом ЛПВ, то это может значить, что убийство было казнью.

– Что ты имеешь в виду?

– В ЛПВ некоторые считают, что хороший вампир – этомертвый вампир.

Я вспомнила “Человек превыше всего”, мистера Джереми Рубенсаи его группку. За ними уже есть убитые вампиры? Могло это быть возмездием?

– Мне надо знать, был ли Кэл по-прежнему членом ЛПВ,или ушел в новую, более радикальную группу “Человек превыше всего”.

– Хитрый вопрос, – сказала Ронни.

– Можешь узнать для меня? Если я приду к ним задаватьвопросы, они сожгут меня на костре.

– Всегда рада помочь старой подруге и одновременно –полиции. Частный детектив никогда не знает, когда ему может понадобитьсязаручка в полиции.

– Это правда, – согласилась я.

На этот раз мне пришлось ждать Ронни. На тренажерах для ногона была быстрее. А торс – это моя коронка.

– Как только мы закончим, я позвоню Дольфу. Может, этои есть картина? Если нет, то слишком много совпадений.

Мы побежали по дорожке, и Ронни сказала:

– Кстати, ты решила, что наденешь на вечеринку у Кэтринв Хэллоуин?

Я посмотрела на нее, чуть не споткнувшись.

– Блин!

– Это значит, что ты забыла про вечеринку? Ты ведь ещедва дня назад из-за нее ругалась.

– Понимаешь, я была малость перегружена.

Но это было неприятное напоминание. Кэтрин Мейсон-Жиллетбыла одной из моих лучших подруг. На ее свадьбу я надела длинное платье до полас рукавами-“фонариками”. Это было унижение. Всем нам говорят эту ложь, всемподружкам невесты. Можете, дескать, платье потом обрезать и носить в обычныедни. Как бы не так. Или можете надеть его на следующий официальный случай,когда вас пригласят. После окончания колледжа – сколько я получила приглашенийна формальные торжества? Ноль. По крайней мере ноль таких, куда я по добройволе надела бы этот розовый реликт из “Унесенных ветром” срукавами-“фонариками” и кринолинах.

Кэтрин устраивала первую вечеринку после свадьбы. Ипразднование Хэллоуина начнется задолго до темноты, чтобы я могла прийти. Когдакто-то берет на себя такие хлопоты, ты обязана прийти. Черт побери все.

– У меня на субботу свидание, – сказала я.

Ронни остановилась и посмотрела на меня в зеркало. Я бежаладальше; если она хочет спросить, пусть сначала меня догонит. Она догнала.

– Ты сказала “свидание”?

Я кивнула, сохраняя дыхание для бега.

– Анита, рассказывай!

В ее голосе слышалась неясная угроза.

Я улыбнулась и рассказала ей отредактированную версию моегознакомства с Ричардом Зееманом. Хотя опустила я немного.

– Когда ты его впервые увидела, он лежал в кроватиголый?

Она была радостно возмущена.

– Ты таки знакомишься с мужчинами в очень необычныхситуациях, – сказала она.

Мы снова бежали по дорожке.

– А когда я последний раз знакомилась с мужчиной?

– А Джон Берк?

– Кроме него.

Подонки не в счет.

Она на минуту задумалась и покачала головой.

– Слишком давно.

– Ага.

Мы пошли на последние тренажеры, потом два последних круга,растяжка, душ – и все. Тренировки мне на самом деле радости не доставляли.Ронни тоже. Но нам необходимо было быть в форме, чтобы уметь удрать от плохихпарней или их догнать. Хотя последнее время я мало гонялась за негодяями.Гораздо больше удирала.

Мы перешли на открытое пространство возле тренировочныхтеннисных площадок со стенкой и соляриев. Только здесь хватало места дляупражнений на растяжку. Я перед и после тренировки всегда растягиваюсь. Слишкому меня много травм, чтобы этим пренебрегать.

Я начала медленно вращать шеей, Ронни тоже.

– Наверное, придется мне отменить свидание, – сказалая.

– И думать не смей! Пригласи его на вечеринку.

Я уставилась на нее:

– Ты шутишь! Первое свидание в окружении людей, которыхон не знает?

– А ты кого там знаешь, кроме Кэтрин?

Она была права.

– Я знакома с ее новым мужем.

– Ты же была на свадьбе, – сказала Ронни.

– Да, конечно.

Ронни нахмурилась:

– Серьезно, пригласи его на вечеринку, а поход в пещерыотложи на следующую неделю.

– Два свидания с одним и тем же мужчиной? – Я покачалаголовой. – А что, если мы друг другу не понравимся?

– Без уверток, – велела Ронни. – Ничего так похожего насвидание у тебя уже месяцами не было. Не поломай.

– Я не хожу на свидания, потому что у меня времени наэто нет.

– Спать у тебя тоже нет времени, но ты как-то еговыкраиваешь.