Чародей - Джин Вулф

— Надеюсь, нет, котик. Скорее воздадим ему почести. Ваш король прислал вас, поскольку желает подружиться с нашим королем.

— Мани он не посылал, — сказал Тауг. — Он послал лорда Била и леди Идн с чудесными дарами.

— Тогда как его величество, — продолжал Тиази, — желает подружиться с зеленым всадником, чье имя…

Тауг молчал.

— Да полно тебе. Вероятно, мне следует объяснить политическую ситуацию. Отец его величества в свое время был королем. Мудрым королем, как и нынешний, но королем, требовавшим неукоснительного и ревностного выполнения своих приказов. В конце концов, он был королем, и все, кто забывал об этом, рисковали головой.

Тауг кивнул.

— Увы, он умер. Его сын, принц Гиллинг, взошел на престол и стал нашим правителем. Ты, — он наставил на Тауга указательный палец, длиной превосходящий кисть последнего, — еще не вступил в пору зрелости. Король Гиллинг тогда находился в таком же возрасте. Его, молодого и неопытного, считали слабым. Правители отдаленных герцогств подняли мятеж. Когда мы отправили войска на восток, мятеж вспыхнул на западе. Когда войска отправились на запад, мятеж на востоке разгорелся с новой силой. Обитающие в южных горах мыши замыслили свергнуть чистокровных потомков Ангр. О доверии к твоим соплеменникам не могло идти и речи. Преданность многих была под вопросом, если не хуже. Нам никак нельзя было проиграть сражение, и любой самый незначительный поступок, способный подтвердить ложь о пристрастном отношении его величества к вам, обернулся бы катастрофой. Поэтому он обращался с вами крайне сурово. У него не было выбора.

— Разве сейчас положение изменилось? — спросил Мани.

— О, конечно. — Если Тиази и уловил иронию в вопросе Мани, то никак не показал этого. — В королевстве наведен порядок. Мятежники убиты, а равно их дети и родители. Их крепости находятся в руках вассалов, доказавших свою преданность. Сам я… возможно, когда-нибудь я покажу вам Тиазбор и Флинтвол, но я не в силах описать словами красоту этих замков.

— Если король желает наладить отношения с нами, он мог бы впустить людей лорда Била в Утгард, — заметил Тауг.

— Что он и сделает, когда окончательно определится со своей позицией. — Тиази улыбнулся. — Когда мы решим, как с ними обращаться. Вы помогаете нам в этом, и я пришел — я говорю совершенно искренне, — чтобы посоветовать вам, какую линию поведения лучше выбрать. Вы преданы своему королю, как вы указали. Вы вступили в бой с нашими людьми, чтобы вернуть собственность своего короля. Ты изъявил готовность понести наказание за содеянное.

— Ну, не… — начал Тауг.

— Ваш король ищет дружбы его величества. Следовательно, вы послужите интересам своего короля наилучшим образом, если угодите его величеству.

Тауг медленно кивнул.

— Его величество держит в рабстве ваших соплеменников. Ты их видел.

Тауг снова кивнул:

— Мне нужно поговорить с вами о них.

— Ты получишь такую возможность.

Мани зевнул:

— Это меня не касается.

— Касается, как ты скоро убедишься, киска. Рабы хорошо служат нашему королю. Он обращается с ними лучше, чем мог бы, и они сознают, насколько почетно зваться королевскими рабами. В отдаленных местностях — особенно на юге — нередко происходят беспорядки. Мыши в горах и прочие — ропщут. У короля есть верные слуги, готовые действовать, однако он должен десять раз подумать, прежде чем отправить туда войска. Но что, если вспыхнет новый мятеж? И не воодушевит ли повстанцев отсутствие войск в Утгарде?

— Я понимаю, — сказал Тауг. — Вы хотите, чтобы это сделали мы.

— Все очень просто, не правда ли? — улыбнулся Тиази. — Если рабы, принужденные служить, служат хорошо и преданно, разве друзья — доблестные всадники, связанные с его величеством узами благодарности, — не станут служить еще лучше? У него есть золото, земли, рабы, слава — все достояние истинного короля. Все, что желает иметь любой доблестный воин.

— Я передам ваши слова сэру Свону, когда снова увижусь с ним, — сказал Тауг, надеясь, что он действительно еще увидится с сэром Своном.

— А что насчет зеленого всадника? Ему ты тоже передашь?

— Если увижусь с ним.

— Наверное, это можно устроить. Ты знаешь, где он сейчас?

— Нет, — сказал Тауг. — Он уехал.

— А ты, котик? Ты же умный.

Мани открыл глаза:

— О ком идет речь?

Огромная рука Тиази опустилась на плечо Тауга.

— Скажи ему!

— О сэре Эйбеле, конечно.

— Ага!

— Они не были уверены, — пояснил Мани. — Теперь они знают.

— Мы обратились за помощью к моему кристаллу. — Тиази откинулся на спинку кресла, с довольной улыбкой. — И нам явилось видение говорящего кота. Ни его величество, ни я понятия не имели, каким образом кот может помочь нам заполучить зеленого всадника, но мы положили сделать все, что в наших силах. По моему совету его величество задержал посла с сопроводительным отрядом на подступах к замку и отправил одного из офицеров за котом. — Тиази почти дотронулся указательным пальцем до носа Мани. — За тобой. — Он отнял палец. — Офицер его величества справился с заданием, а ты, оруженосец, в присутствии короля подтвердил, что кот говорящий. Затем ты сообщил нам, что кота подарил леди Идн некий рыцарь. — Тиази выдержал паузу. — Неплохой подарок, верно? Говорящий кот! По-видимому, он высоко ценит леди.

— Безусловно, сэр, — сказал Тауг.

— Тебе придется обсудить его почтительное отношение к ней с королем Гиллингом. — Тиази встал. — И решить, каким образом вы с котом убедите его поступить к нам на службу. Я уверен, его величество попросит тебя об этом. Хорошо бы прийти с уже готовым ответом. Да, еще умойся и переоденься.

Когда дверь закрылась, Тауг соскользнул с кровати, нашел рубашку из кожи летучей мыши и надел, бросив в угол рваную и страшно грязную сорочку, сшитую матерью.

— Интересно знать, сколько уже времени я отсутствую, — пробормотал он.

— Дома-то? Ты что, не знаешь?

Тауг помотал головой:

— Многое происходило в Эльфрисе, а там время течет медленно, так говорит сэр Эйбел. Правда, моя сестра Ульфа не была в Эльфрисе, а значит, сможет сказать мне.

Мани зевнул со скучающим видом:

— Ты по-прежнему полагаешь, что она здесь?

— Помнишь, король приказал принести стол, чтобы мы на него встали? Слепые тащили стол, а женщина служила поводырем.

— Разумеется.

— Так вот, это была моя сестра. — Поскольку Мани промолчал, Тауг спросил: — В чем дело? Ты мне не веришь?

— Конечно верю. Я просто осмысливаю сообщение. — Мани широко раскрыл глаза, два сверкающих изумруда. — Тебе требуется опытный, мудрый и проницательный советчик, молодой человек.