Мент, меч и муж - Валерия Малахова

Мы тряслись по безымянной пустой дороге, и уже за первыми всадниками вздымались клубы пыли. С чего бы это, интересно, ведь лошади шагом идут… Или по этому тракту в принципе проехать без пыли нельзя? Непонятно.

А вот неприязненные взгляды, которые бросали на меня спутники, были абсолютно естественны. Еще бы – из-за одной дуры плестись чуть ли не пешком, а время-то на счету!

В принципе лошадиный шаг – это где-то человеческий бег. Но я понимаю: этих четвероногих можно использовать и получше.

Если уметь ими пользоваться, конечно. Но лошадь – не ментовский «УАЗ», который я худо-бедно водила. Тут все намного сложнее и мерзопакостнее. Начать с того, что в машине сложно натереть все мыслимые и немыслимые места… Кроме того, конский пот дико воняет. Лето, жара… В романах этих милых подробностей мне почему-то не попадалось. А жаль, подготовилась бы морально.

Спрашивается, как водили лошадь… тьфу ты – ездили на ней, разумеется, – все великие герои? И почему в фильмах крутой супермен прыгает на спину коняке с третьего этажа и галопом по Европам, Азиям и Америкам?.. Тут бы часок на шаге усидеть!

Я вцепилась в поводья самой смирной, как уверяли меня, кобылы и материла жизнь, Роннена, мужиков, коней, снова жизнь, Айсуо, Маркинуса Уртама… Ругалась, само собой, про себя. Вслух только охала, если копыто моей мучительницы попадало в какую-нибудь выбоину. Или на холмик. В общем, на каждом шагу.

Очень хотелось вцепиться в седло, но шипение со стороны едущего рядом лорда Крима действовало, как хлыст. Каковой Роннен держал в левой руке, хотя был правшой, уж это-то я заметить в состоянии. Демонстрировал, зараза. Один раз уже огрел – когда сгорбилась. Не слишком больно, но обидно.

Да знаю, знаю: учиться с самого начала нужно правильно. А то птичкой полечу в неведомые дали, стоит перейти на легкую рысь. Только до чего ж муторно!

Утешало одно: вот доедем до трактира… вот подеремся там… вот убьем всех плохих… и мне купят телегу. Обычную телегу, без седла, стремян и поводьев. Роннен обещал. От верховой езды мне, конечно, не отвертеться, но пока научусь, пока привыкну… В общем, время от времени буду сидеть, как нормальный белый человек, а не враскоряку.

Насчет «убить» я шучу. Потому что как только слезу с этого угробища, так на месте и упаду. Заниматься мордобоем станет мой лорд со товарищи. Самое мужское дело – показывать молодецкую удаль перед прекрасной дамой. А дама будет их подбадривать. Лежа. Ну, может, присесть удастся, не знаю.

Между прочим, убивать есть за что. Ведь именно благодаря Маркинусу Уртаму я терплю этот ужас… эээ… овладеваю новыми умениями, которые в ближайшем будущем мне весьма пригодятся.

Век бы этих лошадей не знать!

И лордов тоже.

Начиналось-то все вполне невинно: прилетел голубок с записочкой. Я страшно удивилась: до сих пор считала, что тупые птицы летят домой, а не ищут конкретного человека. Вислоносый Хамек посмеялся, Айсуо жарким шепотом принялся объяснять магический механизм, а Нен-Квек хмуро буркнул:

– Пль’хо. Вт’роой.

– Чего? – не понял юнец.

Хамек посмурнел.

– Второй голубь. Больше нету. А чего пишут-то, лорд Крим?

Физиономия Роннена ничего не выражала.

– Мимо них только что проскакал Маркинус в сопровождении полусотни людей. Уходить надо!

Люблю военных – красивых, здоровенных и знающих свое дело. Сборы прошли без лишней суеты, народ деловито упихал пожитки во вьюки – и мы рванули из гостеприимной таверны.

Конюшни находились на соседней улице. По пути Роннен излагал дальнейший план действий. Сволочь-коротышка действительно покинул город, но далеко не убежал. В одном конном переходе от Гертинги стоял трактир с премиленьким названием «Удобный двор». Вот в эти-то удобства во дворе типчик и направился.

Люди лорда Крима тоже осторожно сунули туда нос. И выяснили, что Маркинус Уртам сделал заведение временной штаб-квартирой. А сегодня чуть свет отправился в Гертингу. По чьи души, гадать не приходится.

– Там еще дюжина осталась, – степенно рассуждал Роннен. – Коней лорд Уртам гнать не станет – вряд ли он подозревает о слежке. Да и когда увидит, что птичка улетела, вначале по городу поищет: вдруг мы дружно на ярмарку пошли? Вечером умный человек на этот край города не сунется, а коли сунется, то сам виноват. Может, не все отсюда и уедут, о раненых, опять же, надо позаботиться… Стало быть, время есть. Перехватим провизию, свежих лошадей, информацию получим.