Благословение Луны - Лилия Бланш

Я вошла в Храм Луны под руку с Алехаром и зажмурилась от ослепительно-белого света, исходившего просто отовсюду. В мраморные стены, были вмонтированы светильники в форме древнеэтернийских рун, вместо потолка – настоящее звёздное небо и полная луна. Конечно, это либо иллюзия, либо проекция, но выглядело очень реалистично. Расспрашивать никого не стала, не время для любопытства. Когда глаза немного привыкли к свету, я увидела далеко впереди алтарь, к которому нужно было пройти сквозь живой коридор из собравшихся.

Народу собралось на удивление много. Видимо, событие вызвало такой интерес, что главы младших ветвей рода Кетро, принявшие его силу и покровительство, всё-таки явились.

Незнакомые, надменные лица, десятки сияющих золотом глаз. Мой взгляд отыскал Занин Таэлар, целительница Императорской Академии держала за руку девочку лет двенадцати и ободряюще мне улыбалась.

В первом ряду я увидела Рэма, маму и дедушку. Граф Фьери выглядел хмурым, но я всё равно улыбнулась и кивнула ему.

У алтаря – мраморной стойки, украшенной этернийскими завитками, с проекцией луны, замершей в нескольких сантиметрах над поверхностью столешницы, меня ждали. Главы трёх Правящих родов, Император Гехарии и лунный жрец, облачённый в серебристую тунику, вышитую перламутровыми символами, на лбу – венец богини Исилторе, мягко сияющий серебром и скрывающийся в светлых волнистых волосах.

Алехар подвёл меня к алтарю и отступил на шаг, занимая своё место в кругу.

Лорды Сильяэр и Алриат смотрели на меня с плохо скрываемой ненавистью, отца просто распирало от радости – и он этого не скрывал. По лицу главы рода Аэлрад невозможно было что-либо понять, а Император Наилам смотрел на меня благосклонно. Правда почему-то в искренность верилось с трудом.

- Приветствую тебя, дитя, - произнёс жрец, внимательно рассматривая меня серыми глазами. – Правящие скажут своё слово.

- У меня нет вопросов, я – за принятие девушки в род Кетро, - начал лорд Аэлрад, который стоял справа от жреца и, очевидно, по этой причине первый имел права голоса. – Стоит лишь посмотреть на Калерию и Алехара – и отцовство очевидно.

- Отцовство – очевидно, - подтвердил лорд Сильяэр, опасно сверкая голубыми глазами. – Вопрос в том – почему мы свидетельствуем принятие в род не месячного младенца, а взрослой девицы. Алехар, может объяснишь нам этот феномен, а заодно и всем присягнувшим твоему роду?

- Всё очень просто, - спокойно ответил отец. – Я встретил мать Калерии, а потом встретил Гиэлрин. Я знал, что Катерина ждёт моего ребёнка, но она умоляла позволить ей вырастить дочь самостоятельно, обещая, что после её двадцатилетия отправит в столицу учится в Императорской Академии, как и положено наследнице рода Кетро. Кроме того, мы боялись реакции Гиэлрин, поэтому скрывали девочку, и как видно, не зря.

Как складно привирает мой отец! Конечно, вся эта история о том, что он якобы знал о моём существовании, придумана с целью оправдать мою мать, но то, с какой лёгкостью он лжёт, не может не беспокоить. Хотя я бесконечно благодарна за то, что он не стал подавать жалобу.

Лорд Сильяэр перевёл на меня тяжёлый взгляд и кивнул.

- У меня нет причин не доверять твоим словам, Алехар. Надеюсь, у тебя нет причин обманывать нас.

Прозвучало многозначительно и даже угрожающе, но сути не меняло. Лорд Сильяэр ничего не мог сделать или сказать против моего принятия в род.

- Надеюсь, лорд Кетро, - хмуро завершил высказывания Правящих родов отец Малика, - вы осознаёте, что создаёте прецедент. Взрослых детей-полукровок находили многие этерны, но ещё никто не отказывался обвинить мать в сокрытии наследников и не утверждал, что знал о ребёнке и позволял ему расти без должной подготовки. Ваша дочь, насколько я знаю, проявила себя в Академии не самым сильным бойцом.

- Вы правы, лорд Алриат, - спокойно ответил отец. – У неё другие таланты, которые, к слову, помогли ей одолеть в бою Малика на вступительных испытаниях. Тактическое мышление не менее, а порой и более важно, чем физическая сила.