Умеющая искать - Татьяна Русакова

Деньги стремительно таяли. С учётом того, что я заплатила капитану Рахлату за доставку пробной партии ий-не и взноса за гостиницу, у нас оставалось чуть больше двадцати трёх граев. А ведь мы только приехали!

Корабль Рахлата отплывал завтра, но вернётся он только через три недели, и это время нам нужно было прожить экономно.

Однако новые траты не заставили себя ждать. На следующий день пришло долгожданное письмо от кортига Афалва. Капитан судна, привёзшего нас в Биссару, позаботился о магической привязке, и нам даже не пришлось идти на почту – письмо принес один из тех почтовых голубей, над которыми подсмеивался капитан.

Мы с Беаном нетерпеливо ждали, глядя, как сестра Морея распечатывает конверт. Монахиня пробежала взглядом письмо и воскликнула:

- Слава Светлейшему! Разрешение получено! – но тут же замолчала, прочитав приписку.

- Что такое? – заволновалась я.

- Ничего, деточка, - как-то излишне торопливо ответила сестра Морея.

- Вы должны рассказать нам! – твёрдо сказала я. – Ведь дело касается нас.

- Я что-нибудь придумаю, - пробормотала женщина, как будто убеждала себя.

- Сестра Морея, - я обняла женщину за плечи. – Я уже взрослая. Расскажите мне, и, быть может, вместе мы найдём выход.

- Мне разрешено оформить документы на опеку при условии предъявления адвокату первоначальной суммы обеспечения,… - монахиня замялась.

- Сколько? – спросила я.

- Сто золотых, - расстроенно закончила сестра Морея.

Невольно я присвистнула.

Монахиня укоризненно посмотрела на меня и бодро произнесла:

- Я постараюсь раздобыть деньги. Половина у меня уже есть, я отдам все свои накопления, а недостающие попрошу в монастыре.

Я покачала головой:

- Вряд ли монастырь сможет выделить вам такую большую сумму. Но у нас с Беаном есть двадцать три золотых, а уж оставшиеся двадцать семь мы как-нибудь заработаем.

- Никакой работы, пока я не попробую договориться с настоятельницей монастыря, - запротестовала сестра Морея. – Сидите дома, дети, я поеду одна.

- Ники, а что, если сестра Морея не раздобудет денег? – спросил Беан, когда монахиня уехала. – Нас снова заберут в приют?

- Нет, Беан, - успокоила я. – Я никуда тебя не отдам! Просто тогда нам придётся постоянно прятаться, пока ты не станешь взрослым. Не волнуйся, мы постараемся найти эти деньги.

Я не стала говорить брату, что сестра Морея рискует быть отлучённой от церкви, если не подчинится закону. Ни к чему волновать его ещё больше. Но сама я не могла не думать об этом. Где же их раздобыть, эти двадцать семь золотых?!

Сестра Морея вернулась с десятью золотыми. Я была рада и этому, хотя монахиня выглядела потерянной.

- Не расстраивайтесь, сестра Морея, - утешила я. – У нас ведь ещё есть время.

- Совсем мало, деточка, - сокрушённо вздохнула женщина. – Мы должны оформить опекунство до окончания месяца.

Я задумалась. Даже если капитан Рахлат привезёт мне противоядие для чейваза, нужно будет время, чтобы испытать получившиеся раневые пакеты. Да и с оформлением необходимых документов может получиться не так быстро, как хотелось бы.

- Будем надеяться, что Светлейший поможет нам, - сказала я. – Не будем падать духом.

Чтобы немного развеяться, я позвала Беана прогуляться до моря. Да и моим ногам нужно было проходить каждый день значительные расстояния, чтобы они побыстрее окрепли.

Берег неподалёку от отеля был пустынным, и мы с братом, разувшись, побрели по песку, позволяя набегающим волнам ласкать наши босые ноги.

- Может, искупаемся? – спросил Беан.

- Не стоит, сегодня прохладно, - возразила я.

- Тогда пойдём в заброшенный сад! – предложил мальчик. – Мне Лукона показала. Там столько яблок!

Лукона быстро стала подругой Беана, и крутила им как хотела. Уже успела и в какой-то сад стаскать! Но, впрочем, мне тоже было любопытно посмотреть. Да и теперь, когда каждый биз на счету, нам очень кстати были бы бесплатные фрукты.

До сада мы шли довольно долго. Подозреваю, что мелкие потратили на дорогу вдвое меньше времени, но я бегать ещё не могла, а Беан рыцарски приноравливался к моему неспешному шагу.

Наконец, я действительно увидела плодовые деревья, росшие на высоком холме. Ох, ещё и взбираться наверх! Но отказываться, когда уже почти дошли, я не захотела. В результате совсем обессилела, пока поднималась на холм, и повалилась в траву на его вершине.

Отдышавшись, я оглянулась по сторонам. Вокруг действительно росли яблони, правда яблоки, которые мне принёс Беан, оказались кислыми. Ну, не совсем такими, от которых зубы сводит, но много не съешь. Одно я всё-таки сгрызла с удовольствием. Наша нынешняя жизнь не располагала к капризам, и здесь я быстро научилась ценить то, чего раньше не замечала. Например, вазу со свежими фруктами на столе.

Беан же ел за двоих.

- У тебя же живот разболится! – предостерегла я.

- Вот забота! – беспечно откликнулся он. – Лето же на дворе!

Я повертела в руках второе яблоко и тоже решила попробовать его, но, не доев, зашвырнула в траву. Из таких хорошо делать пастилу или зефир, в кислых яблоках много пектина. Пастилу? А это идея! Что, если попросить у хозяина разрешения использовать ночью его печь? Я даже привстала от волнения. Как-то летом я гостила у бабушки, и она научила меня готовить много вкусняшек из яблок. Яблочный сыр и пастилу в том числе. На рынке я такого не видела, это точно, мы весь его облазили. А что, не зря же когда-то держали в секрете рецепт пастилы на яичных белках! И, кстати, поставляли к царскому двору!

- Беан! – окликнула я. – Надо набрать яблок побольше!

- Правильно! Угостим сестру Морею, - воодушевился мальчик.

- И её тоже, - задумчиво сказала я.

Беан был разочарован, что, немного отдохнув, я поторопила его домой. Вниз было идти веселее, но мои ноги то и дело норовили подогнуться от усталости. Хорошо хоть, что яблоки нёс брат. Он, недолго думая, затолкал их за пазуху заправленной в штаны рубашки.

Когда мы пришли, сестры Мореи не оказалось дома. Я удивилась, куда она подевалась, и отправилась на кухню на переговоры.

Фра Савур был несколько удивлён моей просьбой воспользоваться на ночь его кухней, но всё же дал указание повару предоставить мне печь и не выгонять из помещения. За это я пообещала угостить всех постояльцев удивительным десертом.

Повар, толстый Жмай, долго ворчал, что мне нечего делать на его кухне, но в конце концов сдался и дал слово не подглядывать за моей работой.

Я высчитала, что мне потребуется около десяти часов, чтобы получить готовую пастилу. Конечно, в идеале её нужно было остудить и выдержать перед разрезанием, но придётся изменить традиции делать всё, как положено.