Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка - Татия Суботина

— Не на какую-то, а на моего проректора, — поджал губы дракон. — К тому же я рассчитываю, что после посещения лечебницы вы незамедлительно приступите к своим обязанностям.

— Рассчитывайте, — закатила глаза я. — А мне положен сытный обед и отдых. Так что…

— Попрошу и вас, ректор, присесть на соседнюю кушетку, — скомандовал Арминг.

— Зачем? — насторожился Лейв.

— Мне не нравится ваша аура и состояние накопителей. Что с вашей магией?

Я перевела настороженный взгляд на Ранна, а у того даже ни один мускул на лице не дрогнул.

— А что с ней? — спокойно уточнил дракон у целителя, точно о погоде за окном.

Клауф прищурился, загадочно замолчал и стал присматриваться к Лейву магическим зрением. Мне от такого пристального внимания сделалось не по себе, но у ректора нервы оказались намного крепче. Он вел себя как ни в чем не бывало.

— Мне кажется, что энергия неправильно поступает в накопители, — наконец заключил маг. — Словно ее что-то сдерживает и не дает свободно течь.

— «Мне кажется» — в этом случае ключевые слова, — хмыкнул ректор.

Клауф даже не заметил, как его только что щелкнули по носу. Мало того что не обиделся, так еще и продолжил допытываться:

— Как у вас с оборотом?

— Прекрасно, — ответил Ранн. — Хотите проверить?

Арминг огляделся по сторонам, словно прикидывал, поместится ли здесь ректор в истинном обличье.

— Пока не стоит. У меня такое ощущение, что ваш дракон застоялся… Я вижу какие-то яркие алые всполохи вокруг капсулы со второй сущностью, — нахмурился целитель. — Ваш зверь стабилен?

Я отвела взгляд в сторону, сделав вид, что жутко заинтересовалась шкафом с зельями, на самом же деле превратилась в одно сплошное любопытное ухо.

«Так-так-так… Значит, у идеального Лейва все же есть проблемы?» — злорадствовал мой внутренний голос.

— Думаете, нестабильный маг получил бы столь высокое назначение? — выгнул бровь Лейв.

— Маг — нет, но проблемы со второй сущностью не оценивают столь категорично…

Если волшебников с нестабильной силой превращали в нантов, то к двуипостасным было иное отношение. Их не лишали магии, если зверь на нее не влиял, и давали возможность обуздать вторую сущность. Если же вторая ипостась так и не поддавалась контролю основной, то ее запечатывали, оставляя оборотней без возможностей к обороту.

— У меня нет никаких проблем, — сказал как отрезал Ранн.

Он был убедителен, но я отчего-то ему совершенно не поверила.

— А еще я вижу черное пятно на вашей ауре, — не унимался Клауф. — Вас проклинали?

«И желательно не раз», — понадеялась я.

— В силу рода моей деятельности мне приходилось сталкиваться со всяким, — ушел от ответа Лейв. — Вам не о чем беспокоиться, господин Арминг. Вы лучше помогите магистру.

В голосе дракона прозвучала такая мощь, что целитель даже голову нагнул, не в силах ей противиться.

— Как скажете, ректор, — сказал он.

Повторно прогонять Ранна мне не пришлось, дракон сам ушел, оставив меня с целителем.

— Скорейшего восстановления, магистр, — пожелал мне Лейв, бросив нечитаемый загадочный взгляд напоследок.

Знай я раньше, что неудобные вопросы имеют на него такое воздействие, — давно бы избавилась.

С моей щекой и зубом Клауф разобрался довольно быстро, безболезненно и качественно. Магия Попилькуса не смогла существенно мне навредить, лишь испугала внешними метаморфозами.

— Прекрасно выглядите, магистр, — раскланялся передо мной Ооррик, которого я встретила в коридоре. — Как и всегда.

— Льстец, — закатила глаза я. — Но прогиб засчитан.

Дух был частеньким гостем в лазарете, впитывая в себя из эфира эманации болезней. При жизни мужчина обладал темным даром, вот и тяготел к специфическим вещам и занятиям.

— Как можно, Ива? — улыбнулся призрак. — Я всегда предельно честен с дамами. Особенно с такими красавицами.

— Вы красноречивы, Ооррик, зря женитьбы боялись сильнее, чем смерти, — фыркнула я. — Даже в местные легенды вошли как знаменитый сердцеед…

— Так за гранью жизнь продолжается, а вот после прохождения брачного ритуала и связывания себя узами с одной женщиной, — дух даже передернулся, словно сама мысль об этом внушала ему истинный ужас, — не уверен, что так же.

Я лишь хмыкнула, не став разводить дискуссию.

— Сегодня-завтра на кладбище будут новые гости, — сообщила я призраку.

— Свежее мясо? — обрадовался дух.

— Ваша кровожадная сторона мне нравится еще меньше, чем любвеобильная.

— Что поделать? Я разносторонняя личность, — блеснул глазами Ооррик.

— Не мясо, а мои студенты-первокурсники, — поправила его я. — Поэтому жрать их не надо.

Призрак и не смог бы, но я всегда ему подыгрывала, чтобы не топтаться по мужскому самолюбию. Мертвые мужчины еще чувствительнее к обидам, чем живые.

— Только ради вас, Ива, — притворно тяжело вздохнул Ооррик. — Ради ваших прекрасных глаз и того, что вы частенько посылаете на кладбище подпитку для меня.

Легенда о скрытом источнике магии отлично работала до сих пор, адепты, от первокурсников и до выпускников, с завидным постоянством и упорством искали его на кладбище. Помнится, и я с Гелой однажды решилась выбраться посреди ночи, чтобы получить порцию свободной магии.

Получила синяки на заднице, потому что все ступени древнего склепа пересчитала, когда убегала от Ооррика — этот дух качественно умел пугать, — и выговор от ректора.

— Но если вы хорошенько проучите их, чтобы не забывали следовать правилам академии, я буду не против, — улыбнулась я призраку, выходя во двор.

— Все для вас, красотка, все для вас, — пообещал мне Ооррик.

Солнце ударило в глаза, и пришлось зажмуриться. Поэтому-то я и не заметила сразу мужчину, шагнувшего мне наперерез.

— Вот мы и встретились, Мастер, — хмыкнул он. — У меня есть для вас подходящий заказ на парочку запретных зелий и артефактов. В императорской темнице отличная лаборатория — не хотите ли проверить ее пригодность?

Я смотрела на дознавателя, от которого мне все это время успешно удавалось скрываться, и холодела от ужаса.

* * *

— Так ты и есть знаменитый Мастер? — сморщила носик моя настойчивая клиентка.

Обычно я старалась лично с ними не контактировать, наняв для этих дел мальчика-гнома — моего помощника. Сегодня Ом взял отгул.

А эта девица полгода добивалась со мной аудиенции и предложила заплатить десятикратную цену только лишь за встречу. Вот тогда моя жадность и оказалась сильнее осторожности.